Часть 1

Ворох газет, вывески из полицейского участка с пропавшими людьми, остро точенные осиновые колья, связки чеснока, чертежи его новых смертоносных изобретении и кружка крепкого кофе - всё это смешалось в хаос на столе в доме охотника на вампиров. Единственного охотника на вампиров на этой позабытой Господом Богом земле. Хозяину стола плевать на бардак на его столе, он полностью погружен в свои мысли и планы по порабощению и уничтожению кровососущих чудовищ. Каждая ночь - новые планы. Но новый план - новый крах. Однако, твёрдому характеру крах за крахом нипочём. Его ловушки и приспособления становились всё более и более смертоносными и хитрыми, а поэтому старик не отчаивался; азарт бурлил в его венах и он верил: однажды их ничего не спасёт. Ни чёрная магия, ни тёмная алхимия, проклятия и чёрт знает что ещё. Всё канет в Лету перед его гениальностью, граничащую с безумием и соседствующей с манией отомстить и спасти сотни ни в чём неповинных душ, которым не повезло родиться в филиале Ада на Земле. В молодости он пролил уж слишком много слёз и даже поседел на десять, а то и двадцать лет раньше, когда увидел бледный труп своей дочери на берегу озера. Когда увидел в своём доме растерзанных в клочья мать и отца. Когда увидел бабушку и дедушку, сваленных в свежие могильные ямы с абсолютно пустыми надгробиями... Все они были абсолютно бледны, на их лицах навеки застыла гримаса ужаса... А на шее у всех, как и одного, виднелись роковые рваные укусы. Больно. Очень больно терять своих родных по мере взросления и становления личностью. Тогда ещё молодой Кузьма ничего не ведал о вампирах, горько плакал на семейном захоронении, махал руками в небо и проклинал убийц. Однако, один поход в городскую библиотеку в тематический день по просьбе Солнышко перевернул с ног на голову всю его жизнь. Он тщательно вчитывался в каждое слово и предложение писателей-фантастов, сравнивал события в книгах с тем, что произошло в его жизни и... понял, что виновники всех трагедий - это вампиры. Он было обрадовался по своей неопытности, решив сообщить местным органам полиции о разгадке тайны цепочек убийств, произошедших давным-давно, но столкнулся с недопониманием, возмущением и оскорблениями, упрёками в адрес его психической неполноценности. С тех пор старик и понял, что защитить этот город способен лишь он сам. Люди отказывались верить в существование вампиров. А зря. И очень зря. Неужели они не видят возвышающийся над городом старинный замок? Неужели люди думают, что этот огромный артефакт древности полностью заброшен? Неужели они по вечерам не видят чертовщины, творящейся в тех окрестностях? ...И стабильно вылетающих в одно и то же время летучих мышей? После прочтения книг об ужасах, летящих на крыльях беспробудной тьмы, у старика словно появился третий глаз: он видел то, что полностью не замечали люди, ужасался воочию, как они шли по своим делам бок-о-бок соседствуя со своей промелькнувшей кончиной. В толпе людей его зоркий, орлиный глаз то и дело цеплялся за странности и подозрительное поведение отдельных личностей. Вот он в парке развлечений, сидящий на лавочке и делающий вид, словно читает газету. Мимо него проходят толпы. Стоят у разных ларьков, веселятся и катаются на аттракционах в самый канун праздника мёртвых - Хеллоуина. Прошёл только час, но он уже нервно, на автомате запускает руку за пазуху пальто, крепко сжимая в руке осиновый кол, висящий возле иконы Богоматери. Их слишком много. Один не справится. Едва даст клич - набросятся. И плевать им на толпу. Один мальчуган зашёл в зеркальный лабиринт. Всё бы ничего, но ни на одном из зеркал его отражения видно не было. Ни под каким углом. А вон тот парень в гриме вампира... Слишком бледен для грима, не так ли? И разве могут так шевелиться накладные уши? У только что прошедшего перед Чесноковым подростка тень будто бы сама не успевает за владельцем, а? Ну, а девчонка на Американских горках отчего-то не визжит вместе со всеми, её безжизненный взгляд устремлён в усеянное звёздами небо. Люди при приливе адреналина так себя не ведут. Женщина в красном платье уже три часа не выходила из туалета на отшибе, зато из окна вагончика уборной вылетела крупная летучая мышь. Совпадение? Навряд ли. Повсюду зло, повсюду смерть. Хитрая и коварная, смешавшаяся в этом беззаботном веселье сотен людей, готовая жестоко убивать, как только наступит час Х. Но нельзя зазеваться и в одиноких закоулках ночью. Тут можно ставить высший знак опасности. Свидетелей нет. Никто не услышит. Никто не спасёт. В это время всем гражданам лучше бы плотно запереть дверь, плотно зашторить окна и лечь баиньки. Если люди и спали в эти ночи, то Чесноков абсолютно нет. Он мастерил ловушки, тестировал их, читал литературу и проклинал кровососущих существ. Ведь если он однажды просто так расслабится и закроет глаза, то случится что-то очень плохое... Чесноков всегда очень подозрительно относился к ночным гостям. Любым. Он делал вид, что дома никого больше нет, выключал везде свет, не отвечал на подозрительные телефонные звонки, зашторивал окна и молчал. Молчал, стоя с осиновым колом в руках у двери, ручка которой очень-очень пыталась открыть незнакомую дверь. Однажды даже чьи-то неестественно тонкие и длинные пальцы пролезли в щель между полом и дверью, пытаясь неизвестно до чего дотянуться. При свете фонаря они очень медленно втянулись наружу. Эта чертовщина заставила проползти армию мурашек по его коже, а дыхание полностью перехватило. Страшно представить, что бы он увидел в окне или дверном проёме, будь он менее бдительным... -Привет, Оскар! Чесноков резко выныривает из забвения кошмаров и пережитых событий за своим столом, услышав счастливый возглас внучки из прихожей и нервно сглатывает. С голосом Солнышко часы на стене начали идти в противоположную сторону. Начался обратный отсчёт. Даже если нечисть не достанет тебя с улицы, то вполне сможет достать дома. Почему-то Солнышко никогда не задавалась вопросом почему же её возлюбленный приходит к ней в гости так поздно. Даже по выходным. В упор не замечает его клыков и кошмарной улыбки, не присущей человеку и чувствует себя прекрасно в объятиях холодного, как труп, бледного мертвеца. Поддаётся соблазну и его обманам, не замечая странностей вокруг. На плёнке не отображается, в зеркалах не отражается, свечи в его присутствии начинают сходить с ума: затухать и коптить, а лампы начинают зловеще моргать. И при этой суматохе света, сидящий перед ним Оскар словно ухмыляется, смотря на человека исподлобья, словно говоря: "Я тебя достану, я тебя убью. Только засни, только отвлекись на что-нибудь. Я нападу на тебя сзади. Схвачу шею и высосу всю кровь..." Кошмарные костлявые руки сжимаются в кулаки, а тень медленно отслаивается от хозяина и начинает зловеще, едва слышно хохотать, распускаясь по всему дому серыми отростками. Отростки словно щупальца плетутся к охотнику на вампиров и тот чувствует холод. Страшный холод, когда нечто бесформенное, едва уловимое человеческому зрению обкручивается вокруг него... -Де-душ-ка! - нервно рявкнула внучка, пытаясь перенести на себя чересчур пристальное внимание деда. Как вдруг во всём доме стабилизируются источники освещения, как по щелчку пальцев. Что это было? Откуда возникли эти жуткие образы? Игра взбудораженного воображения или же... Чесноков продолжает смотреть в глаза вампиру на диване напротив него, сделав хмурое лицо. Под столом дрожит рука от страха, стиснувшая связку чеснока. Не убьёт, но обезвредит. По крайней мере, хватит времени, чтобы убить этого оглушённого чесноком гада более надёжным приспособлением. - А... может, мы лучше чаю попьём... все вместе. А? - наконец раздаётся низкий, словно из могилы, голос. Совсем не громкий, даже... дрожащий? Нечистая сила боится! Отлично. Поза кровососущего гада тоже изменилась. Он сидел, словно загнанная собачка, а злобный блеск глаз полностью потух. - Дедушка, хватит пугать Оскара! Пошли действительно пить чай! Скоро совсем рехнёшься со своими воображаемыми чудовищами! Внучка начинает терять терпение и буквально выталкивает дедушку из-за стола по направлению к кухне. Связка чеснока падает на пол, он обезоружен... Он обезоружен! Ноги Чеснокова плетутся от страха и напряжения, словно у пьяного, при этом он будто их и не чувствует. Он настороженно смотрит назад, на Оскара за плечом Солнышко, пытаясь заметить ещё кое-что. Но мертвец лишь спокойно идёт за Солнышко неестественными, страшными движениями. Чем они отличались от человеческих - Чесноков так и не смог понять. Но на этом странности кончаются. Они сидят за одним столом, как большая и дружная семья, словно ничего и не было. И так происходит почти что каждый долбанный раз. Иногда могут меняться места встречи и действия. Чеснокова душит паранойя и страх при виде его любимой Солнышко в обнимку с этим чудовищем. Когда она с ним, дедушка никогда и ни при каких обстоятельствах не оставляет её одну. Ему не хотелось, чтобы его девочку пытались похитить ещё раз. Ему очень не хотелось бы остаться одному. Он действительно не хочет видеть её смерть, а затем оказаться в её лапах самому. Ну, это если повезёт и девочка скоропостижно умрёт. А если обратится в кровососущего монстра? Нет... Нет... Старик не хотел об этом и думать. Он это сделает. Обязательно сделает, несмотря на все протесты внучки. На её просьбы и мольбы. На её плач. Чесноков чувствовал всем естеством. Это не Солнышко говорит. Это ОН за неё говорит. Просит пощады и остаться в живых чужими, ещё не остывшими и тёплыми устами. Ну уж нет. Гонцу царства мёртвых не перехитрить матёрого волка. Он это закончит. Он его обязательно прикончит. На его окне модифицированная под осиновые колья винтовка, в руках его бинокль. Снизу слышен хохот Солнышко и чужие возгласы, пытающиеся имитировать человеческую радость. Маска радости, за которой кипит кровожадность, злоба и дикий голод. Старик терпит, облизывая обсохшие губы и стоя на карауле. Вот, кажется, друг Солнышко прощается. Резко хлопает дверь. Они, наконец, остались одни. Чесноков закрывает дверь на замок и выключает свет в своей комнате. Голова мягко прилегает к прицелу винтовки. Он отчётливо видит, как вампир уходит вдаль, к кладбищу. Идёт совсем неторопливо, словно поддразнивает своего убийцу, о котором он давно уже знал или... шёл совсем безмятежно, не подозревая о том, насколько его век короток. В дверь к нему стучится внучка. - Дедушка? Он не обращает на неё внимания. Он не отвечает ей. Охотник на вампиров лишь подсекает нужную минуту, когда кадавр отойдёт достаточно далеко, чтобы не были слышны его душераздирающие вопли агонии и чтобы с высоты его окна совершенно был не виден труп. Нужно лишь дождаться до утра. Лишь до утра. Когда останется лишь кучка пепла... Мысли обрываются, как только в перекрестье оказывается испуганное лицо Оскара, который слишком поздно заметил, что за ним всё ещё наблюдают. Чесноков улыбается, чувствует своё превосходство, бурлящее в его горячей крови и нажимает на спусковой крючок. Как же долго этого он ждал: когда наконец воцарит спокойствие в доме. Его доме. Рано или поздно спокойствие воцарит и в городке. Первый шаг почти проложен. Они увиделись в последний раз. -Здравствуй и прощай.