Часть 23

***

      На следующий день Фрея и Гермиона отправились в мэнор Краучей. Барти прислал им портключ. Оказавшись в мэноре Гермиона передернула плечами и пробормотала: — Здесь немного жутковато. — Да темно. — согласилась Фрея.       Тут появился Барти и взяв дочь за руку повел её в ритуальный зал, после чего вернулся и произнёс: — Мисс Майклсон. — Называйте меня Фрея. — произнесла девушка. — Да, Фрея, скажите правильно ли я понимаю, что ваша семья не совсем обычная? — поинтересовался он. — С чего такие выводы? — спросила Фрея. — Я заметил то как передвигалась ваша сестра. Без шума и то как вёл себя ваш брат Клаус. В нем явно есть что-то дикое. Я сравнил его с оборотнем. Уж больно похожи. — произнёс Барти.       Фрея усмехнулась и произнесла: — Вы же понимаетете, что без приложного обета я вам ничего не скажу?       Барти кивнул и дал неприложный обет, так как он хотел знать из какой семьи происходит его дочь. И что ему следует ждать от навоявленных родственников.       Тем временем Фрея Майклсон произнесла: — Отчасти вы правы. Клаус он действительно относится к оборотням, но он не только оборотень, он ещё и вампир, как и большая часть моей семьи. — Я так и понял, просто ваш брат ввёл меня в состояние шока. Я не понял в чём дело. А как же так получилось, что вы являетесь ведьмой? — спросил мужчина. — О. Это грустная история. Дело в моей матери. У неё долго не было детей и она заключила сделку с родной сестрой. Далия должна была дать зелье плодородия, а моя мать в замен отдать своего первенца. По иронии судьбы это оказалась я. И вот на протяжении тысячи лет я жила вначале с тёткой, потом в бегах от неё, а теперь с семьёй. — коротко рассказала Фрея. — Действительно грустная история. — произнёс мужчина и тут появились Гермиона и Бартимиус Крауч. — Как всё прошло? — спросила Фрея, обнимая дочь. — Хорошо. — отозвалась девочка.       Внимательно осмотрев дочь Фрея заметила, что внешность её дочери немного изменилась.       Теперь у Гермионы были не лахмотья на голове, а очень красивые крупные локоны. Фрея улыбнулась и произнесла: — Ты у меня на точная красавица.       Гермиона улыбнулась, но ничего не сказала: — Бартимиус Крауч взглянув на сына и внучку произнёс: — Вынужден вас оставить. Мне нужно вернуться на работу. — Конечно, отец. — отозвался Барти, а затем проводив отца взглядом добавил: — Предлагаю посетить косую аллею и сходить в кафе. — Хорошая идея. — отозвалась Фрея, а потом поинтересовалась: — А здесь только косая аллея имеется? Неужели маги Англии развлекаются только там? — Нет, конечно. — с улыбкой ответил Барти и добавил: — Косая аллея это место где принято закупаться к школе и появляться хотя бы иногда, чтобы люди не забыли как ты выглядишь. У нас кроме косой аллеи есть ещё Голубая аллея, Синяя, и многие другие. Там имеются различные рестораны, библиотеки, кафе, магазины. Просто в эти места не все могут попасть. — Здорово! Вот бы попасть хотя бы в одну такую аллею. — с восхищением пробормотала Гермиона. — А почему бы и нет. — произнёс мужчина и они переместились в косую аллею, откуда перешли на Синюю. — Ого! А здесь и правда всё очень отличается. — произнесла Гермиона. — Идём! Я покажу вам место, которое вам точно понравится. — произнёс Барти и спустя несколько минут они оказались возле большого книжного магазина.       Глаза Фреи и Гермионы тут же заступились и они вбежали внутрь. Барти лишь улыбнулся, он сразу же с первого взгляда понял, что Фрея очень любит узнавать много нового и Гермиона явно не ушла от матери далеко. Да что там говорить он сам тоже из семьи где в первую очередь ценятся знания. Когда Барти зашёл в магазин, то увидел светлую макушку Фреи за одним из стелажей. Он улыбнулся и подошёл к ней со спины.       Фрея развернулась на лестнице и начала падать. Барти её поймал и они застыли в такой позе. Так прошло пару минут пока не появилась Гермиона и Барти пришлось отпустить Фрею. Гермиона заставшая данный момент мысленно улыбнулась и подумала: «Вот бы мама и папа сошлись, тогда у меня бы была настоящая семья «.       Фрея же от данной ситуации смутилась и спрятала глаза. Она ещё не понимала как нужно вести себя с этим мужчиной. К тому же она боялась, что его отец не захочет, чтобы Барти связывался с вампирами. А ещё Клаус, вот кто мог воспративиться её возможным отнашениям с Барти. Итогом похода в этот книжный магазин стало то, что Барти купил несколько книг по чарам, заклинаниям и зельям. Книга по зельям кстати была авторства Северуса Принца. — Надо же не знала, что наш профессор зельеварения так популярен. — произнесла Фрея рассматривая книгу, когда они сидели в одном из ресторанов.       Барти посмотрел на название и произнёс: — Да, Северус ещё со школы часто что-то изготавливал, составлял различные заклинания. Поэтому я не удивлён тому, что он столько всего достиг в столь сопливом ещё тогда возрасте. — А я нашла ещё одну книгу авторства нашего профессора. — произнесла Гермиона и указала на книжку по заклинаниям. — Я же говорил. — произнёс мужчина. — А вы хорошо друг друга знаете? — спросила Фрея. — Да, мы учились вместе, только я на год младше. — произнёс мужчина, а затем поинтересовался: — Ну, как вам понравилась прогулка? — Очень. — с горящими глазами произнесла Гермиона. — В следующий раз я поведу вас в ателье Нарциссы Малфой. — произнёс Барти. — А у неё есть своё ателье? — удивилась Гермиона. — Да, оно открылось ещё в конце прошлой войны. — ответил мужчина и Фрея поняла для чего это было сделано.       После этого они вернулись домой.

***

      Так незаметно пролетели каникулы и настал день возвращения в Хогвартс. Когда Гермиона появилась на перроне в обществе Краучей и Майклсонов, то некоторые волшебники принялись их разглядывать. Лили Поттер фыркала, так как видела, что Ребекка и Эстер выглядят куда как лучше и красивее чем она. Тут голос подал Карлус: — Мама, перестань уже так смотреть на этих людей. — Да я… — начала Лили, но Джеймс её оборвал: — Хватит уже. Карлус, удачной дороги, пиши как можно чаще и не влезай в неприятности. — Хорошо, папа. — отозвался мальчик и ушёл в поезд.       Там его ждал Рон, и Карлус вздохнув зашёл в купе друга. В этот момент он подумал: «Когда уже Рон изменится, это же невыносимо».