Часть 10

Глава 9. Бал в тенях Бал в честь Самайна проходил в Зале с зачарованным потолком, который в ту ночь стал чёрным, как омут, и расцвечивался серебристыми молниями. Факелы освещали стены мягким алым светом. Музыка была чарующая — скрипка, будто зачарованная плачем призрака, перекликалась с барабанами, звучащими как удары сердца. Селестина спустилась по мраморной лестнице медленно, с достоинством. На ней было длинное чёрное платье с рукавами из тонкой ткани, похожей на паутину, и маска с серебряными перьями. Её волосы были распущены и мерцали при каждом движении. Зал замер. Селестина Роуквуд была той, кого невозможно было не заметить. Первыми к ней подошли Маттео Ридл и Лоренцо Беркшир — оба в масках, но она безошибочно узнала их по взгляду. — Сегодня ты особенно опасна, — сказал Маттео, протягивая руку. — Потанцуешь со злом? — Если оно умеет вести. Он усмехнулся. Лёд между ними будто треснул. Их танец был напряжённым, будто игрой — каждый шаг словно проверял другого на прочность. Он держал её крепко, но она не давала захватить инициативу. *** Лоренцо наблюдал, сжав кулаки. Когда Селестина отошла за бокалом тыквенного пунша, он подошёл первым. — Я не хочу играть в игры. Я просто хочу тебя. — А если я — сама игра? Он наклонился ближе. — Тогда я готов проиграть. И вдруг — на фоне музыки — зазвучал голос: — Слишком много сладких слов в одной ночи. Надо разбавить чем-то... настоящим. Это был Драко. Он был в чёрной маске с тиснением в виде змеи, его костюм — простой, элегантный, но в каждом движении была сила. Он подошёл уверенно, не спрашивая разрешения, просто взял её за руку и увёл в танец. — Я устал смотреть, как они пытаются тебя «понять». Ты — не загадка. Ты — буря. Селестина посмотрела ему в глаза сквозь маску. — Ты не боишься бури? — Я сам её создаю. И тогда — неожиданно даже для неё самой — она наклонилась… и поцеловала его. Музыка будто смолкла. Воздух замер. Поцелуй был мимолётным, но в нём было больше магии, чем в любом заклинании. Когда она отстранилась, все трое — Маттео, Лоренцо и Тео, который всё это время молча стоял в тени — смотрели на неё по-разному: с яростью, с разочарованием, с болью. Но её взгляд был направлен только на одного — на себя, отражённую в витраже рядом с залом. И отражение её — улыбалось, хотя она сама — нет. Это была не она. *** Поздно ночью, когда бал закончился, и коридоры опустели, Селестина нашла у себя в спальне новую карту. На ней было написано: «Каждый выбор — это ключ. Ты открыла первую дверь. За ней — не любовь. За ней — ты сама.»