Часть 1

в училищах, как водится, у большинства девчонок был свой объект воздыхания. чаще всего им служили одноклассники или ребята чуть постарше. не миновала эта участь и меня в стенах средней школы. но вместо того, чтобы грезить о ком-то из парней, мое сердце предательски забилось при виде моего преподавателя. разница в возрасте – чуть больше десяти лет – казалась мне сущим пустяком. он добрый, невероятно умный, легко поднимал настроение, выделил меня среди прочих студенток с моим то талантом, а я, в его присутствии, теряла дар речи, как глупая девчонка. при виде профессора мишимы кисть замирала в моей руке, а взгляд, словно привороженный, неизменно возвращался к его фигуре в очках. когда же он приближался, чтобы оценить мой скромный прогресс, меня охватывал трепет. губы невольно сжимались в тонкую линию, глаза отводились в сторону, а сердце, подобно пойманной птице, отчаянно билось в грудной клетке. возможно, это было наивно и глупо, но факт оставался фактом: я утонула в безоглядной влюбленности в своего преподавателя, возвела его в ранг божества, идеализировала до нереальности. и эта одержимость, точно мрачная тень, легла на мою успеваемость. именно по этому поводу он и подошел ко мне сегодня. я же, онемев от его близости, застыла, без слов концентрируясь на его обеспокоенной тираде. и внимание мое зацепило одно словосочетание — приватные занятия… идеальный вариант догнать прогресс и сблизиться, от этого в моем сердечке разгорелось пламя отчаянной надежды. безмолвно внимая каждому его слову, я лишь кивнула, соглашаясь на индивидуальные встречи. профессор мишима одарил меня улыбкой с легким смешком, поправляя очки, и, продиктовав свой адрес, добавил, что мне не стоит беспокоиться о художественных принадлежностях – у него есть все необходимое. день тянулся неспешно, словно патока, пока, наконец, занятия не остались позади. на пути домой опьяняющая волна любви пульсировала в висках, грозя обмороком. едва переступив порог дома, я, не дав себе передышки, принялась собираться на наш первый приватный урок с профессором. после долгого рытья в гардеробе, бесконечных колебаний, мой выбор остановился на юбке, чуть открывающей бедро, и легкой, почти невесомой желтой футболке. под этой невинной оболочкой скрывались трусики нежно-розового оттенка, а от лифчика я решила отказаться… соски, слава богу, не просвечивались. не утруждая себя прической и накинув на плечи белую олимпийку, я выпорхнула из дома, навстречу прохладному дуновению ветра. дом учителя всего в двух кварталах от меня, рукой подать. и спустя пару минут я уже стояла в коридоре его скромных апартаментов. не вглядываясь в окружающую обстановку, я жадно вцепилась глазами в расслабленную фигуру мишимы, еще не успевшего переодеться после школы. он, словно сканером, прошелся взглядом по моему облику, оценивая с головы до пят, и, едва заметно кивнув в знак приветствия, жестом пригласил пройти вглубь квартиры. завороженная, я не отрывала взгляда от него и, словно под чарами, не заметила, как оказалась на диване. выйдя из транса, я огляделась. просторная гостиная утопала в творческом беспорядке. возле меня возвышался мольберт, несомненно, приготовленный мишимой для нашего урока. я смирно сидела в ожидании профессора, и вскоре он вернулся с двумя чашками дымящегося чая, водрузив их на кофейный столик. он смотрел сверху вниз на мою застывшую фигуру, и внезапно в голове вспыхнула мысль: что, если бы он сейчас нежно коснулся моей щеки кончиками пальцев, а потом…