«Мы не одни»

      POV Мира.       Ночь. Паша едет домой на машине, на переднем сиденье лежат его вещи, а на заднем спит Мира. Через 30 минут Павел останавливается на заправке, пока он отсутствует, я разлепляю глаза и жмурюсь от света ламп. Павел возвращается, отгоняет машину на парковку, поворачивается ко мне и спрашивает: - Будешь чай или кофе? - Ммм, чай черный и возьми три сахара, - немного подумав, отвечаю я. - Хорошо. Паша хлопает дверцей и уходит. Я выпрямляюсь, тянусь и зеваю, шея затекла от однообразного положения в течение долгого времени. Откидываю голову назад и снова прикрываю глаза, в голову лезут разные мысли и события сегодняшнего дня.                                                                         ***       Утро. Я открываю глаза, откидываю часть одеяла и смотрю на настенные часы. Половина первого, практически обед, еще вчера это расстроило бы, но сегодня, после такой интересной ночи, было все равно. На тумбе лежит кинжал, дотягиваюсь до него и верчу в руках, подставляя под лучи солнца из окна. Орудие по размерам достает до локтя и довольно увесистое, рукоятка красного цвета, с вырезанными на ней орнаментами в виде цветов и неизвестных мне символов. Настроение было отвратительным, я поняла, что мы не в сказке, вот если бы был восемнадцатый век, где вместо машин коляски с лошадьми, вместо эликтричества свечи, а языческое влияние и страх заставляет людей верить в Мар и уважать их, вот тогда бы мои надежды и мечты были бы значительней и легки в реализации. Из открытого окна слышу разговор бабушки с соседками: - Слышали, что Юля утонула, а? - говорит первая. - Что? Да не может быть! - удивляется вторая старушка. - Вчера только выловили, да так странно, дождей было много, но не столько, чтобы в прудике утонуть. - Да, да странно, - говорит уже моя бабушка. - И Юля, какая же напасть свалилась на нашу деревню! - Это ты к чему? - А вот к чему. Недели две назад Катька там себя утопила и после этого, всякая чертовщина творится, тело не нашли. Она с отцом жила, а как он умер, с ума сошла, не знала, что делать без него. Он же болел сильно, и она всю себя угробила из-за него вот и ... не выдержала, наверное. - Кошмар какой! - ужаснулись подруги. Они еще долго сидели и разговаривали, поминая всех в деревне добрым словом или перемывая им кости.              Я села на кровать, накинула на плечи одеяло, как плащ, и открыла ту самую книжку про Мар и Мороков. Книга была небольшая, но содержала самую драгоценную информацию. Прочитав главу о нитях жизни и осознав глупость, которую сморозила при Паше, я начала бесцельно перелистывать страницы, останавливая взгляд на оглавлениях. Глава про утопленниц. Утопленницы или русалки - девушки, которые утонули или были утоплены кем-то и по какой-то причине не могут покинуть этот мир. Невольно вспомнилось о разговоре бабушек, а вдруг эти пропажи не просто так случились.       В три часа все-таки пришлось вылезти из теплой кровати и хотя бы поесть. Бабушка приготовила суп. Пока мы ели, забежал Васька - мальчик двенадцати лет, он помогал почтальенке письма доставлять по адресам за бесплатный детский журнал. Бабушка в прихожей перекинулась с ним парой обычных фраз: как дела? как мама? Она поблагодарила его за письмо, проводила. Я убрала со стола, помыла посуду и собрала вещи, вечером поезд. Села снова за книгу и вдруг отвлеклась, задумалась, уставившись в одну точку. В голове всплыл разговор с утра и слова Васьки. "- Слышали, что Юля утонула, а? - говорит первая.- Вчера только выловили, да так странно, дождей было много, но не столько чтобы в прудике утонуть. - Дела хорошо, сегодня пойду на пруд порыбачить." Кажется снизошло озарения, я кинулась с кровати к двери, но вспомнила, что в одной ночнушке, поэтому быстро оделась, взяла кинжал на всякий случай и побежала к третьему дому, где жил Вася. Еще не добежав до ворот дома, громко зову его, но слышу только голос его матери. - А, Мира, ты что ли? - Я, я. - Ушел он на пруд. - А давно? - Мунут двадцать назад, наверное. А тебе зачем? - А, Бабушка его на чай вечером позвала, вот пришла передать, - соврала я, не задумываясь. Только вот уверенность в том, что он вернется, гаснет с каждой минутой. В голове летали фразы, мысли, нужно было что-то делать. Может у меня получится ее убить, ну или хотя бы отвлечь. Лучше позвать Пашу, он опытней, да и по нашей дибильной потасовке стало понятно, что с годами хватку он не потерял. Игнорируя всеми силами боль в боку, я рванула к Павлу.       Парень кажется собирался уезжать, складывая вещи, я увидела их, когда без приглашения ворвалась в его дом. - Помоги, беда! - еле отдышавшись выдавила я. Павел опешил, но увидев мое состояние, видимо не решился задавать вопросы, просто сказал вести его. Мы побежали в лес, чтобы быстрее добратся до места, шли по непротоптанным тропинкам. Паша разрезал ветви мечом, я пыталась кинжалом, но мои жалкие попытки, смешили меня саму, поэтому я бросила это дело и просто координировала взмахи его меча. Мы остановились около большой ели, за которой уже хорошо был виден пруд. Васька как завороженный смотрит вглубь пруда. Паша одевает маску Морока и тени вокруг него сгущаются, образовывая плащ. От неожиданности я отпрыгиваю в сторону и ломаю какую-то палку под ногами. Громкий хруст ветки привлекает внимание утопленницы, и она выныривает из воды, поворачивает голову в нашу сторону. Павел выходит из-за дерева и медленно подходит ближе, кажется он в замешательстве. На него смотрит девушка с синей кожей и черными волосами, кожа немного неестественно обтягивает череп, она снова не сводит глаз с Васьки, умеет ли она говорить и способна ли на разговор непонятно. Я наблюдаю, но нужно как-то действовать, отвлечь ее и дать время Паше, поэтому выбегаю из-за дерева и кричу: - Эй, утопленница, русалка или кто ты там? Этой маленькой заминки хватает, чтобы Павел успел запрыгнуть на ближайщей к ней камень и отсечь утопленнице голову, тело выкидывает на землю, Васька, который все это время стоял неподвижно, резко падает на землю. - Что с ним, - с тревогой спрашиваю я и подбегаю к Васе. - Скорее всего потерял сознание, все будет хорошо. Мира ты можешь проверить, я все перерезал? - А ты что? Не видишь сам? - отвечаю с раздражением. - К сожалению нет. Его ответ меня озадачивает, но уже через минуту стою над телом и смотрю. - Вроде все. А что теперь с ней делать, оставим так лежать? - Нет, надо сжечь, на всякий случай. Уведи Васю домой, дальше я сам. Васька уже постепенно приходил в себя. Я помогаю ему подняться, закрывая спиной Морока ну и то, что осталось от утопленницы. Поддерживая Ваську под руку, веду его домой уже обычной тропинкой, а не той, которую мы прорубили с Павлом. Спрашиваю как он себя чувствует, он отвечает, идет практически сам. Пока мы идем, я оглядываюсь по сторонам, слышу шум веток, как будто кто-то идет, подумала это Паша, но никого нет. Ускоряю шаг, Вася идет сам. Слышу песню, это странно. Потом чей-то рык. Толкаю Ваську в спину и говорю ему бежать домой, достаю кинжал, ускоряю шаг и оглядываюсь по сторонам, прикрывая его спину.       Из-за деревьев выскакивают те самые упыри, которых я видела в овраге, только вот овраг далеко, значит они не отсюда и где-то еще есть места их обитания. Две твари бегут прямо на меня, левой ногой откидываю в бок первого, второго задеваю кинжалом, когда наугад махаю им вперед. Одного взмаха не хватает, втыкаю лезвие ему в шею и провожу резко вниз, это срабатывает и он падает на землю. Но совсем забываю про первого, которого откинула. Чувствую резкую боль в плече, клыки, как иглы вонзаются в кожу, не могу удержаться и вскрикиваю от боли, перед глазами промелькает вся жизнь и чей-то силует за елкой. Сдаваться я не намерена, хватаю больной рукой его за голову и отягиваю вытаскивая его клыки из себя, другой отрезаю ее и падаю на землю. Повезло, что клыки не осталсь в моем плече, мне хватило сил их вытащить. Смотрю на лес, кто-то идет, но не в мою сторону, последнее, что помню - это черные волосы длинные длинные, а дальше темнота. Чей-то голос, наверное, Паши, чьи - то руки перевязывают мне плечо.       Открываю глаза. Паша несет меня на руках домой, я уже вижу огни фонарей. Он спрашивает, как я. - Нормально, могу сама идти. - А мне не тяжело, так что расслабься. - Постой сколько время? - Часов шесть, может пол седьмого. - Кошмар, - выдаю я печальнее, чем хотела. - Что? - Паша смотрит на меня с непониманием. - Поезд, я кажется проебала. - Тогда поехали со мной. - Поехали, на ночной я не хочу. Неси меня, мой верный конь, к бабаушке. Я смеюсь. Павел недовольно косится на меня, но вроде не кидает на землю.       Я беру вещи у бабушки, обещаю ей, что позвоню завтра и все объясню. Перед тем как поехать Паша обрабатывает мою рану и уже нормально перевязывает. -Когда приедем, сходи в больницу, скажешь собака укусила. Пусть тоже посмотрят, вроде зашивать не надо, но на всякий случай.                                                                         *** - Мира. Открываю глаза, пребывая еще в воспоминании, но меня выдергивают из мыслей слова Павла. - Ты опять задремала, вроде обезбол был не такой сильный, бери чай. Паша подает мне чай. В салоне пахнет кофе. Я слащу сбе чай, Паша кофе и мы едем дальше. Через некоторое время я решаюсь спросить, ведь этот вопрос мучает меня еще с начала поездки: - Ты никого не видел, пока был на пруду? - Нет, а что? - Мне показалось я видела, девушку с очень длинными черными волосами. - У нас такой в деревни нет? - Не знаю. Как-то не особо со всеми дружу. - Жаль.