Часть 1

Жизнь не настолько коротка, чтобы лишать её вежливости! Это дома вы можете быть едкими тиранозаврами. А на людях следует носить маску благодетеля! И кто придумал это глупое правило? Кто воздвиг моду, новое преобразование – не обсуждать близких особ в контексте духовных ценностей, не вдаваться в споры, вынашивая истину, не любезничать друг с другом, подчевая гостей, а голо и нагло прямо за столом обсуждать кто как устроился и за какую цену, лицемерно выгадывая плюсы? С тонко сосущим чувством быть вот-вот опрокинутым неуместно завышенными тратами, а если и уместно шиковыми, то быть мысленно осуждёнными за кощунственные растраты. И эта повсеместная политика! Превратилась в индийский сериал! И всё к этому и сводится. И каждый раз. И перестали пить на посошок и обниматься рьяно. Поостыли и насытились. А между тем, тургеневская девушка в пышной ситцевой юбке в пол, с играющими складками, была свежа и прелестна в этом городе подсчёта издержек. Её белая блуза с закрытым декольте была опоясана тоненьким ремнём на изящной талии. Длинные каштановые волосы собраны в хвост, а личико поддато естественным румянцем опьяняющей молодости. Тонкие пальчики листали мелованные страницы тяжёлого переплёта Александра Фридмана "Делегирование". Я сидел рядом и был слегка шокирован. Потом в автобус вспрыгнул худощавый мужичок в брюках и заправленной летней рубашке под кожаный ремень. Спортивный рюкзак выбивался из общего комплекта одежды, так же как и книга Фридмана на светлых руках тургеневской девушки. Тогда моему удивлению настал предел. Я, только что осознающий тягость перенасыщения материального и культурный голод общества гостей, вдруг оказался в автобусе с неординарными провинциалами. – Давайте я подержу рюкзак – предложила девушка костлявому мужичку. В ответ он, отказавшись смущённо, разулыбался – Нет, что вы, что вы, он не тяжёлый. – Ну, как хотите. Это сцена прервалась. Вежливо-элегантный спортсмен остался висеть на натянутой кверху жилистой руке и, держась за верхний поручень, болтался вместе с тренировочным рюкзаком в движениях автобуса. Лишь выглядывающая из-под короткого рукава рубашки волосатая подмышка, напомнила мне о внутреннем чувстве отчаянья от благородства моветона только что ушедших гостей, стёрла восторг увиденного в автобусе и привела в чувства.