Курсы личностного роста, где учат имитировать оргазм.

Жаркий пот лип к коже под дешевым синтетическим костюмом. Инструктор, с лицом вымученным и отутюженным как его галстук, вещал о “пике самореализации”. Господи, да я чувствовал себя ближе к краху всего, чем к реализации хоть чего-то. Я записался на эти курсы “Трансцендентный Ты: Достигни Оргазмического Сознания” после того, как меня выгнали из группы поддержки для мужчин, страдающих от чувства собственной ничтожности. Сказали, я слишком “апатичен” и “деструктивен”. То есть, я честно признался, что вместо того, чтобы петь “Кукабарру” и гладить пушистые игрушки, представляю, как взрываю к чертям этот унылый подвал с диванами из кожзама. Здесь было еще хуже. Двадцать лузеров, с глазами, полными надежды и отчаяния, пытались изобразить экстаз. Инструктор, мистер Смайл (или как его там на самом деле звали, я был слишком занят борьбой с приступом паники), учил нас “диафрагмальному дыханию” и “правильным вокализациям”. Типа: “Ах! Ох! Еще! Да! Боже мой!” Боже мой, я хотел блевать. Я смотрел на женщину в первом ряду, с розовыми очками и исступленным выражением лица. Она дергалась и стонала так, словно ей вырезали аппендикс ржавым ножом. Мужчина рядом с ней, с лысиной и галстуком с утками, пыхтел как паровоз, пытаясь скопировать ее. Я вспомнил свою бывшую жену, как она фальшивила удовольствие годами. Теперь я понял, где она училась. Мистер Смайл говорил, что мы должны найти “источник нашей сексуальной энергии” и “выразить ее наружу”. Я думал о том, как моя сексуальная энергия утекала сквозь дыру в моем прохудившемся банковском счете, чтобы заплатить за эти чертовы курсы. В перерыве я вышел на улицу. Откинул голову назад, пытаясь поймать хоть немного солнца. Рядом стояла молодая женщина, с коротко стрижеными волосами и татуировкой в виде змеи, обвивающей ее руку. Она курила тонкую сигарету и смотрела на меня с насмешливым интересом. “Ну что, достиг трансцендентного сознания?” - спросила она. Я покачал головой. “Мне кажется, я ближе к тому, чтобы засунуть себе эту брошюру в задницу.” Она рассмеялась. “Я знаю. Это все полная чушь. Я здесь, потому что мой психотерапевт сказал, что мне нужно ‘выйти из зоны комфорта’.” “Зона комфорта? Моя зона комфорта - это когда я один, с бутылкой дешевого виски и молчу.” Она выпустила дым. “Звучит неплохо. Хочешь сбежать отсюда? Могу достать что-нибудь покрепче вина.” Я посмотрел на здание, на лица людей, пытающихся имитировать что-то настоящее. Я посмотрел на нее, на ее змею, обвивающую руку. “Только если ты пообещаешь не стонать, как будто тебе режут аппендикс.” Она улыбнулась. “Гарантирую. Я предпочитаю тишину. Или хороший панк-рок.” Мы выкинули брошюры в мусорный бак. Я почувствовал, как что-то отпускает меня. Может быть, единственный способ почувствовать что-то настоящее - это перестать пытаться изображать это. Может быть, настоящее оргазмическое сознание – это когда ты просто, черт возьми, валишь от всего этого дерьма подальше.