Часть 1

На улице уже третий день моросил противный дождь, превращая лондонские мостовые в мокрое зеркало, в котором тускло отражались силуэты прохожих. Майкрофт ехал в карете и смотрел в окно, стараясь не думать о чём-то плохом. Рутинные дни продолжали тянуться, даже если несколько месяцев назад в них что-то кардинально изменилось. Когда кучер свернул на Бейкер-стрит, Майкрофт слегка сжал руку — то ли от напряжения, то ли от чего-то ещё, но в груди разлилась заметная горечь, словно он наелся полыни. Или чего-то настолько вязкого, что этот привкус не мог перебить даже чай, который так любила заваривать мисс Хадсон. Карета остановилась. Майкрофт вышел и поднял взгляд на дверь дома 221b. До боли знакомая, она в сером лондонском свете казалась выцветшей, хотя это было лишь обманчивое впечатление. Он закрыл глаза, сделал шаг вперёд, поднялся по ступенькам и несколько раз постучал. Изнутри донеслись шаги — лёгкие, быстрые. Майкрофт сразу узнал походку хозяйки дома. Дверь открылась, и перед ним предстала мисс Хадсон в своём привычном платье, отчего стало чуть теплее на душе: хоть что-то в этой жизни оставалось неизменным. Она смотрела на него с лёгкой улыбкой и, распахнув дверь шире, жестом пригласила войти. — Входите, мистер Холмс, вы словно знаете, когда появиться. Я уже и чайник согрела. У Джона сегодня ранний приём, он ещё не вернулся. Вот сижу, дожидаюсь. Майкрофт снисходительно улыбнулся, снял пальто и шляпу, аккуратно повесил их на вешалку. — Да будет вам, просто проезжал мимо. Подумал, что неплохо бы повидаться. Хадсон лишь кивнула и направилась на кухню, чтобы разлить чай по чашкам. Майкрофт же остался стоять у лестницы, ведущей на второй этаж. В голове тут же пронеслись воспоминания — острые, как иглы, вонзающиеся снова и снова. Горечь, засевшая внутри, становилась лишь противнее. Он сглотнул, глубоко выдохнул, пытаясь отогнать эти мысли. Но не думать не получалось. Даже спустя столько времени это чувство не растворялось само собой. И лекарства от него ещё не придумали. Когда мисс Хадсон вернулась, они молча поднялись наверх. Казалось бы, обычный жест, но теперь, когда дверь в кабинет Шерлока открывалась, там никого не оказывалось. Руки Майкрофта дрожали. У мисс Хадсон — тоже, но ни он, ни она не проронили ни слова. Сев на диван, Майкрофт огляделся. Здесь стало так тихо. Обычно Шерлок ворчал, отпускал колкости, а то и вовсе пытался поскорее спровадить брата. Но теперь — ничего. Он взял чашку, осторожно отпил. Мисс Хадсон заметила, как ему тяжело. Её удручало, что она ничего не могла сделать, чтобы облегчить эту боль. Лишь чашка чая да беседа — но разве это могло закрыть рану в его сердце? Поставив чашку, Майкрофт грустно улыбнулся, словно вспомнив что-то, и тихо хмыкнул:— Спасибо, что всё ещё приглядываете за этой комнатой. Хотя, Шерли… Грусть, которую он так старался подавить, накрыла с новой силой. Он махнул рукой: мол, неважно. Но мисс Хадсон поспешила сменить тему, чтобы не усугублять его страдания. — Не стоит. Лучше расскажите, как у вас дела? Есть какие-нибудь новости? Майкрофт скользнул взглядом по вещам в комнате. Даже тщательная уборка мисс Хадсон не могла скрыть лёгкий слой пыли, оседавший на полках. Однако на её вопрос он не нашёл ответа. Да и не привык делиться подобным. Он мягко улыбнулся: — Я в порядке, всё по-прежнему. Расскажите как вы сами-то. Этот короткий ответ показался Хадсон лишь попыткой казаться сильнее. Но потеря брата, потеря Шерлока, больно ударила по нему. Она лишь вздохнула, понимая, что любые попытки заговорить о чувствах сведутся к тому же. — Я тоже в порядке. Хотя дом стал казаться пустым и холодным. Но Джон не даёт слишком грустить. Майкрофт прикрыл глаза. Он был рад, что она не выглядела подавленной — стабильность была единственным, что ещё поддерживало в нём силы. Но сколько бы он ни притворялся, сердцу не прикажешь. — Я рад слышать, что у вас всё хорошо, — он встал, допил чай и ещё раз окинул взглядом комнату. Всё здесь осталось нетронутым, застывшим во времени. Словно часы остановились вместе с исчезновением хозяина. Солнце, прятавшееся за тучами, на мгновение выглянуло, и комната наполнилась бледным, почти призрачным светом. В воздухе кружили пылинки, и Майкрофту показалось, будто он видит Шерлока у стола с колбами — тот что-то мешал, сосредоточенно нахмурив брови. Но солнце снова скрылось, и видение растворилось. В груди сжалось от тоски, но нужно было двигаться дальше. Хадсон заметила, как он задержал взгляд, и тоже поднялась. Они вышли, и она тихо закрыла дверь последний раз взглянув на вещи в комнате. Перед тем как уйти, Майкрофт уже надел шляпу и пальто, когда мисс Хадсон вернулась с кухни с небольшим бумажным пакетом. В её глазах читалась нежность — и это значило больше любых утешительных слов. — Возьмите булочки с мясом. Перекусите по дороге. Он принял тёплый свёрток и улыбнулся. Ему нравилась её ненавязчивая забота — что-то неизменное, по-домашнему уютное. — Обязательно. Спасибо. — Приезжайте ещё. — Конечно. Передайте привет доктору Ватсону. — Передам. До свидания, мистер Холмс. — До свидания. Майкрофт вышел на улицу и сел в карету. Развернув пакет, он взял одну булочку, и на душе сразу потеплело. Аромат свежей выпечки, вкус мяса — маленькое утешение в этом сером дне. Возможно, даже сквозь пелену дождя теперь проглядывало что-то светлое.