3. The rustler

В библиотеке Хогвартса пахло старыми книгами, пылью и тишиной. Пылинки танцевали в столбах закатного света, падавшего из высоких окон. Гермиона сидела, уткнувшись в «Теорию магии против магии крови», ее брови были сдвинуты в напряженной складке. Тень упала на страницу. Она подняла взгляд. Теодор Нотт стоял перед ее столом, держа в руках потрепанный том. Его лицо было бледным и невозмутимым, но в глазах, казалось, плясали отблески того самого заката. — Ты читала «Парадоксы Парацельса»? — его голос был тише шелеста страниц. Он протянул книгу. Старый переплет, та же, что и у нее, но иное издание. Их пальцы едва коснулись, передавая тяжелый фолиант. В этом мимолетном прикосновении, в тишине, нарушаемой лишь биением сердца, витал невысказанный вопрос. Не о магии, а о чем-то бесконечно более сложном.