Терапия против инфантилизма

Клэр давно наблюдала десятый сон, поэтому, у Маргариты и Эша впервые спустя долгое время, в столь поздний час, была возможность провести время вместе и поговорить тет-а-тет. Но диалога у них не вязалось. Маргарита с фанатизмом развертывала очередную конфету, не отвлекаясь от решения невероятно увлекательной логико-математической игры под названием "Судоку". Эш же сидел напротив, складывая из фантика уже не первую оригами фигурку. Скручивая в руках обёртку от конфеты, он боролся с сильным желанием ляпнуть какую-то "наитупейшую хрень", но в последнее время он так сильно обижался на свою наставницу, что из принципа не заводил диалога в ожидании извинений. Настолько обижался, что даже не делал ни одного замечания по поводу ее нездорового образа жизни! Целую неделю! Только вот Маргарита в упор не замечала ни бойкота своего грешника, ни его влажных мечт об искренних извинениях. Напротив, она стала жить намного спокойнее, ведь больше она не слышит по сто раз на дню какой-то неинтересный факт об СССР или идиотский пересказ ночной программы с канала для фанатиков конспирологии и лжеистории, никто не мешал тратить деньги на пылесборники, которые прохайпуют один месяц в соц сетях и уйдут в небытие и никто не мешает вести затворнический образ жизни. Эта своевольность призрака обижала еще больше. У него было ощущение, что он воспитывает неблагодарного трудного подростка которому стоит дать чуточку свободы, как он тут же забывает всё, чему его учили долгое время. Но с другой стороны, абсолютно "неправильное" поведение по мнению Эша, соблазняло его еще больше нарушить своё молчание: — Ну вот... Вот ты же знаешь, что если перед сном много сладкого съесть, то спать плохо будешь... — с большой неуверенностью начал он, — Потом еще "похмелье" утром будет, и даже вот не жалуйся как голова болит! Маргарита подняла взгляд с надеждой, на то, что ей послышался обиженный и "до неприятного писклявый " голос Эша, и одновременно с тоской, будто закончился какой-то долгожданный отдых на курорте. Когда она поняла, что это не слуховые галлюцинации, а суровая реальность, ума хватило только быстренько швырнуть гору фантиков собеседнику в лицо. Призрак ничего не ответил, лишь посмотрел ведьме в глаза, видимо, пытаясь там разглядеть задатки совести. Маргарита, поймав на себе кислый взгляд Эша и осознав всю нелепость ситуации, отвернулась от него. Она крепко впилась ногтями в чулок на ноге, пока быстро бегающим взглядом искала повод сменить тему, иногда пытаясь проверить, не перестал ли кое-кто прожигать в ней дыру своим призрением. Зацепившись взором за ванную комнату, она быстро метнулась туда, а вернулась обратно уже со стопкой изрисованных листов бумаги и разложила их одним движением перед Эшем на столе, как игральные карты: — Раз уж ты закончил свою игру в молчанку — с уже привычным для ее оппонента повышенным тоном обращалась наставница, — Я хочу с тобой обсудить что-то действительно важное, а не что-то мелочное и незначительное, как ты любишь! Надеюсь, ты хотя бы сейчас не будешь играть блондинку из анекдота и воспользуешься своей такой людской суперспособностью, как разум, не чтобы пафосно нарушать мое спокойствие!.. — с каждой фразой голос Маргариты становится все громче, будто она пыталась перекричать Эша еще даже когда он не начал говорить, — пока ты обижался на меня как маленькая девочка, не претерпевшая никаких метаморфоз в своем интеллекте, твоя ровесница по разуму уже успела наплодить стопку шедевров. Эш рассматривал листы бумаги на столе: там были пейзажи и ведьминских улиц, и родных для неё миланских, и неизвестные для него персонажи, и карикатурные Эш с Маргаритой изредка появлялись, ну и все остальное, что сама бы Клэр назвала "ну так, набросала за пять минут, ну криво, да...". Право сказать, он ничего не понимал в рисовании чего-то, кроме анатомических верных людей, и никогда даже не увлекался этой сферой искусства, но это не помешало ему с детским интересом разглядывать все, что он видел. Он был на месте расхвалить девочку, но положение не позволяло ему этого — Вот-с, красиво конечно, — резко опомнившись, со строгим голосом продолжал мужчина, — ну о-о-о-о-о-о-очень красиво! Только-с я, как маленькая обиженная девочка, не понимаю к чему это всё ведёт, — скрестив руки на груди, Эш продолжал насильно поддерживать зрительный контакт с собеседницей. — Не утруждайтесь, Ахо, снова меня осведомлять о вашей тупости. Я ни на секунду в ней не сомневалась! — старательно игнорируя все попытки призрака хоть как-то огрызнуться продолжала девушка, — Я ведь знаю, что ты уже смог воспитать одну успешную творческую личность, что тебе мешает это повторить и получить свое заветное искупление в тысячу раз быстрее! На твоём языке — "пятилетку в четыре года выполнить" — нет, это оно вот конечно да-а-а, только вот как бы не испортить Клэр. Мне то, тупице, явно далеко до гения воспитания. Может кому-нибудь поумнее и поуспешнее заняться этим? Ну знаешь, тому, у кого образование в этой области, и кто этим не первый и не последний раз занимается? — хоть Эш и старался сохранять свой демонстративно обиженный вид, его рука сама так и тянулась что-нибудь потрепать, подергать или покрутить, а поза из просто закрытой становилась более сжатой. Он уже жалел, что нарушил свое молчание и был неуверен в правоте своих действий, но видя как зрачки его наставницы нервно бегают с одной точки к другой, заставляло его продолжить. — ах вот так! Ну да...ну да... Все вы мужчины такие чёрствые и безответственные! Сам подобрал с улицы и теперь? На меня ты всё остальное скинул?...Даже не подумал, как она в вашем гнилом скучном мире, где у всех вместо мозгов циферки и уравнения, будет выживать!?... О-о-ох, чувствую, долго ты ещё будешь в статусе грешника полы в моем доме вымывать... Как же я могла упустить твоё полнейшее отсутствие эмпатии? Неужели это я такая плохая? — ныла Маргарита с до смешного наигранной драматичностью, — А ты мне еще большую ответственность взять предлагаешь, чтобы потом она совершала такие же жестокие поступки как ты! — чуть съехав вниз со стула, всем своим видом показывая какая тяжёлая ноша для нее жить в одном доме с таким эгоистом(!), она быстро печальными глазами посмотрела на призрак а, чтобы проверить, не перестал ли он пилить ее своим взглядом. — ну...допустим, я вот, чисто теоретически, соглашусь.... Мне, конечно же, несложно научить Клэр чему-то новому. Мне есть столько всего ей рассказать! И я, вопреки твоим словам, могу взять ответственность. Но, ты должна понимать, или хотя бы догадываться, каким будет результат, если я буду это делать с обидой на того, кого вижу и я, и она каждый день. Да и тебе... Же-же.. Тоже нужно налаживать контакт с Клэр. Я ведь не навсегда здесь.... Как ты будешь с ней вместе уживаться, если даже сейчас не можешь признать вину и сказать одно слово? — Эш начинал с тихой неуверенности в собственном поступке, а заканчивал уже зная, за что можно еще пристыдить ведьму. Слова в его голове появлялись сами, ведь за все это время у него появилось столько накопленной обиды, — или, например, как ты будешь общаться с другими грешниками? Далеко не все будут также молчать как я ... Ты понимаешь о чем я? Может это не у меня ограниченное время, чтобы что-то переосмыслить, а у тебя?