Часть 1

—Ох, я вас ждал— голос эхом отдавался от стен храма, стояла мертвая тишина, которую нарушал лишь голос мужчины, стоящего за кафедрой. Голос пробивал до мурашек, он был тихим, но таким отчетливым, будто говорящий кричал в громкоговоритель, а не разговаривал с гостями на небольшом расстоянии. Услышав слова и тон, срывающиеся с его уст, хотелось тут же рвануть к выходу и никогда не возвращаться. Улыбка, скрытая за глубоким капюшоном и маской, и доброжелательный тон никак не казались такими радушными и добрыми. Он–верховный жрец–носил ауру не подходящую тому, кто прощает чужие грехи. Ощущения и дискомфорт рядом с ним вызвали чувство, словно ты стоишь перед самим Сатаной. —Присаживайтесь и я начну исповедь— все такой же голос и парень за стойкой пошевелился. Впервые за это время, которое длилось мучительно долго. Жрец перевернул страницы книги, кажется, священного писания, и посмотрел на гостей. Перед ним стояли пятеро человек, настроенных явно враждебно. Эти люди пришли не ради исповеди и не хотят вымаливать свои грехи. Выражения их лиц недовольны и злы, готовые в любой момент напасть. —Жрец— от невежественного обращения одного из гостей выражение лица жреца дрогнуло, хоть и за золотой маской, украшенной золотыми узорами, явно имеющими более глубокий смысл, чем листья и завитушки, этого нельзя было заметить- прекращай это все дерьмо… —Какое невежество— перебил мужчину жрец, закрывая священное писание и спускаясь с кафедры, которая находилась на возвышенности— в стенах своего храма я не позволю грязным словам неверующих даже вырываться из их уст — очевидная злость читалась в его напряженном тоне — попрошу покинуть священное место, либо ограничить себя в сквернословии — жрец сравнялся с гостями, многие из которых были выше жреца. —Ваше святейшество!—громко сказала девушка, все это время стоящая в стороне — мы пришли для переговоров —Что же вас интересует? — Жрец тихо выдохнул и перевел взгляд на девушку, отводя руки назад и сцепляя их в замок, слегка наклоняясь —Ваши приспешники не дают людям нормально жить — выдохнув начала девушка, испытывая явный дискомфорт возле жреца — они прерывают любые концерты, праздники и даже ярмарки, которые жители проводят в этом городе. —они следуют моему приказу — спокойно и казалось бы с добром сказал жрец, однако лица гостей стали еще более хмурыми — Все мы жители города, государства, которое является главной точкой нашей прекрасной религии, все мы тут создания Элианора, а Он запрещает праздный образ жизни, Он презирает музыку и танцы — Жрец начал привычную себе речь, которую говорил на каждой проповеди, каждый божий день и даже перед отходом ко сну, ни один жрец не оставался обделен и каждому ведется проповедь, рассказы о истине, каждый час, каждую секунду. От Элианора нет спасенья. Элианор и есть спасенье. —Но это неправильно!- воскликнула девушка, делая шаг вперед — Люди вольны делать собственный выбор, в государстве ведь полно неверующих, почему они не могут жить спокойно? — Они заблудшие.. —нет!— перебила его девушка и подошла близко, так близко, что, если бы не напряженная атмосфера, можно было бы подумать, что они любовники —Они не заблудшие! Они свободные люди и делают так, как велит им их душа! Вы не имеете права запрещать им жить, так, как хотят они! — продолжала девушка, не давая Жрецу сказать и слова, хоть ей было и страшно, но она считала своим долгом выступить за свободу своего народа — Продолжайте пропагандировать свою религию тем, кто этого хочет, не трогайте мирных жителей! — И скажи же ты тем отступникам: «Воистину, свет Элианора осветил меня и дано мне было распространить благо, запрещая запретное и порицая порицаемое!» — Перебил девушку Жрец, отступая на шаг назад — И я лишь следую тому, чему обязал меня Элианор. Мой Бог, Создатель и тот, кто даровал мне Свет. Я продолжу делать то, что делаю и если это все, то попрошу покинуть храм. Гостям было нечего ответить, да и что бы они не сказали – этот поехавший фанатик точно не станет их слушать и дело может дойти до драки. Всем известно, на сколько Верховный Жрец силен и его магии нет равных. Сражаться с ним приравнивается самоубийству. Так что им не оставалось ничего, кроме как уйти. Первой ушла девушка, та, которая больше всех разговаривала с Жрецом. Она была красива, хотя явно не типаж для некоторых, в том числе и Жреца. Черные, словно ночь волосы она оставила распущенными, позволяя развиваться от каждого движения, а одета она была в весьма простой черный костюм. —Женщина в брюках, что за недоразумение— мысленно усмехнулся жрец и, провел взглядом оставшихся гостей, которые были ничем не примечательны и лишь один из них, самый высокий, был очень сильно похож на ту девушку, словно они родственники, который за все это время не проронил ни слова. Жрец развернулся и скрылся за массивными дверьми, ведущими куда-то внутрь храма. —Черт бы побрал этого жреца — выругался мужчина, пиная небольшой камень на дороге и плюя в сторону храма. — Не кипятись, еще сможем нормально переговорить, он не сможет долго противится, люди уже готовятся к бунту, не смотря на страх перед Жрецом — выдохнула девушка и повернулась к высокому мужчине — Уилли, что скажешь? —Что я могу сказать, Бель, этот жрец выбесил меня знатно — хмурясь сказал Уильям, проводя рукой по волосам — Но нам необходимо добиться хотя бы частичной свободы для жителей города, не знаю, как обстоят дела за пределами Элианора — Уильям прошел вперед и подол длинного плаща, едва достигающего земли, встрепенулся — Кстати об этом, есть письмо от Сокола? — Нет, он не связывался с нами с начала прошлого месяца — напряженно ответила Аннабель, следуя за парнем и жестом приказывая остальным не отставать, да и они не горели желанием долго находится возле храма, которое так и источало ауру смерти и запах крови. — Отправь ему письмо, нам необходимо узнать состояние дел до начала месяца жертвоприношения, пока этот психопат не начал силком вытаскивать из домов знати и крестьян детей — еще сильнее нахмурившись сказал Уильям, скрываясь за дверьми кареты.

***

— Ваше Святейшество, они уехали — В слабо освещенный кабинет, наполненным различными бумагами, книгами и религиозными атрибутами вошла девушка, это было понятно по голосу, однако тело ее было скрыто в белом плаще с золотыми вставками, а на голову накинут капюшон, голос звучал приглушенно из-за маски на лице, почти такой же, какая у жреца, но менее роскошная. — Отлично, ты все подготовила, Создание Элианора? — Обычное обращение Жреца и ко всем он всегда обращался именно так. Создание Элианора. Сам он сидел за деревянным столом, покрашенным в темно-коричневый цвет, перебирал какие-то бумаги и ставил подписи. На нем до сих пор был плащ с маской и разглядеть его внешность не давалось возможным. Да и за свободной одеждой было плохо понятно, какого телосложения Жрец. —Да, Ваше Святейшество, месяц жертвоприношения пройдет гладко, положитесь на нас. — Верю, свободна — Жрец махнул рукой и, когда девушка вышла, закрыв за собой дверь, жрец откинулся на спинку кресла, снимая маску с лица. Пару секунд ее разглядывая – множество узоров покрывали края маски, а на лбу был изображен символ религии - солнце, которое рассекает стрела, а вырезов в маске было всего два, для глаз, которые были прикрыты белой полупрозрачной тканью, будто того, как они одевались было недостаточно, что бы скрыть внешность– Жрец положил маску на стол и снял капюшон, подходя к окну. Солнечные лучи слабо проникали в кабинет, уже вечерело…