Часть 1

За окном били молнии, но даже их яркий свет не мог разогнать тьму неба. Она была поглощающей и вселяла отчаяние в каждого, кто посмотрит вверх уже на протяжении 3000 лет. В зале усопших было так тихо, что глухие стоны из гроба резали по ушам, каждый раз юноша с пшеничного цвета волосами держал себя, чтобы не вздрогнуть. Молния ударила вновь, рядом с этим зданием, и осветила двух человек, мужчину и женщину, что корчились в гробах, их губы потрескались, а лица побледнели, будто те уже умерли, но нет… пока нет… — Это наша судьба. Это проклятие, которое мы несём. Это воля Бога… Подними свой меч, Деррик. Это знак уважения к твоим родителям. После этого, когда ты успокоишься, ты сможешь попытаться стать Воином Божественной крови. Из гроба, где лежал мистер Берг, из-за потрескавшихся губ раздался хрип. Он пытался что-то сказать своему сыну, но безрезультатно. Судорожно открыв и закрыв рот и сделав робкий вдох, Деррик стиснул челюсти и широкими шагами подошёл к серебряному мечу. Схватив рукоятку, юноша ощутил, как его кожу пронзила боль от холода, серебро было таким ледяным, что напомнило лёд, который принёс его отец с охоты. Отец… С силой зажмурив глаза, будто это могло сдержать стоящие в уголках слёзы, Деррик почувствовал, как на него нахлынули воспоминания. Его строгий отец, что учил владеть мечом, а также добрый отец, что после того, как сбил с ног, аккуратно поднимал и стряхивал пыль со спины. С губ слетали слова скупой похвалы, но Деррик знал, насколько тяжело получить иную в Серебряном Граде. Мать, что штопала его износившуюся одежду, улыбалась, когда юноша подходил к ней, и рассказывала своему сыну о Боге, что вернётся к ним однажды, увидев все старания своих преданных верующих, а также храбрая мать, защищавшая его от чудовищ… Как вся семья из трёх человек собиралась вместе, чтобы разделить скромную трапезу при свечах и поделиться человеческим теплом… Чвак! Деррик с силой вонзил лезвие меча в грудь своего отца. Гром молний и крик боли родного человека ударили в уши, оглушая. Руки юноши дрожали, а по щекам катились дорожки слёз от осознания, что пролетевших в его голове сцен больше не повторится, от того, что больше не было в этом мире никого, кто будет учить его владению мечом, штопать его одежду, делить с ним трапезу… В его доме теперь нужен только один набор посуды… Один набор постельного… Сдерживая всхлип, Деррик с трудом достал серебряный меч из тела и, обогнув гроб, ударил в грудь своей матери. Послышался ещё один крик боль. Звон!.. Ноги юноши подогнулись после того, как его долг сына мистера и миссис Берг был выполнен. Вместе с мечом он упал на пол, он не желал смотреть на содержимое гробов, лишь вперил взгляд в потрескавшуюся плитку. Его глаза зацепились за сколы, в голове промелькнула мысль, что кто-то промахивался во время удара… А он сделал его с одного раза… Деррик почувствовал себя ещё хуже. Поджимая свои губы, он пытался удержать слёзы, чтобы не разрыдаться прямо здесь, перед телами родителей. Он желал не оставаться один. Возможно это стало причиной того, что он услышал голос в своей голове. «"Это наша судьба"… Хе-хе, если ложь работает из-за неосведомлённости других, это не так весело». Деррик недоумённо поднял голову и огляделся. Наблюдающий до этого за процессом старик подошёл к нему, подняв серебряный меч, но с его губ сорвался лишь один вздох. Это был не его голос… Юноша так боялся, что сходит с ума или его разум захватил монстр, что перестал плакать, находясь в некотором ошеломлении. Но больше ничего не прозвучало. Ровно до его возвращения домой. *** Прошло больше года с момента, как Деррик присоединился к экспедициям за пределы Серебряного Града. Он вернулся в свой дом, доставшийся по наследству от родителей, когда молнии на небе почти не били; значит время близилось к ночи. В зданиях вокруг либо горел тусклый свет, обозначающий, что жители ещё бодрствовали, возможно, даже собрались семьёй, чтобы отужинать или прочитать молитву, либо не горел вовсе, и таких было большинство. В том числе и дом Бергов. Усталость навалилась на Деррика, когда он толкнул дверь. Но глаза тут же расширились от удивления при виде тусклого света с кухни, он не испугался и не достал топор лишь потому, что это было не самым странным, что делал время от времени навещающий его гость. Как только дверь за ним закрылась, во всём доме зажёгся свет, а с кухни повалил приятный аромат, заставивший пустой желудок вопрошающе урчать. Деррик смущённо погладил себя по животу, сколько бы времени ни прошло, ни он, ни другие жители Серебряного Града не могли привыкнуть к присутствии в их жизни… нормальной еды. Сглотнув вставшую в горле слюну, юноша прошёл к кухне, заглядывая в неё. И его снова настигло удивление. — Уже вернулся, мой милый Блаженный? У пустой плиты стоял мужчина с широким лбом и вьющимися волосами цвета вороного крыла. Он поправил свой монокль, когда обернулся к Деррику, показывая очаровательный розовый фартук с вышитым на нём сердечком, контрастирующий с мантией волшебника. Это было самой яркой тканью, которую когда-либо можно было увидеть в Серебряном Граде. Крайне довольный читаемым на чужом лице шоком, Амон улыбнулся и указал рукой на блюда, что стояли на столе. — Прошу, ужин одного магната из Бэклунда~ — Мистер Ангел, Вы опять украли чью-то еду?.. — с трудом отведя взгляд от накрытого стола, Деррик пожурил Короля Ангелов перед ним. — Я же говорил, что нельзя так поступать. Нужно добывать всё своим трудом. Амон лишь одарил его скучающим взглядом, явно не прислушиваясь к этим нравоучениям от какого-то сопляка, что и сотни лет не прожил на земле, не говоря уж о нескольких тысячах. Но под чужим взгляд, Он закатил глаза и махнул рукой, позволяя с десятку блюд, включающим аппетитную золотистую курочку, печёный картофель, мороженое и другие исчезнуть, а затем вновь появиться на кухне Дуэйна Дантеса, где царил полный хаос. На столе остался лишь торт, покрытый сливками и ягодами, а также чайник с горячим чаем. Ворчливым тоном Король Ангелов сказал: — От одного несчастного торта тот человек не обеднеет, — отвернувшись к окну и сложив руки на груди, Он закрыл себя для любых других недовольств. — Иди и ешь. Деррик улыбнулся, когда Амон всё же послушал его. Слегка склонившись, он поблагодарил Его. — Спасибо за еду, мистер Ангел. — Мой имя — Амон… Это всё твой Клуб Таро с этими кодовыми именами… Тц-тц. Проигнорировав очередное ворчание, Деррик сел за стол. Перед его глазами стоял лишь один набор столовых приборов, но научившись маленькой хитрости от Ангела Обмана, он нарезал сливочный торт, положил один кусочек на тарелку и пододвинул её в сторону всё ещё дующегося Амона. — Давайте вместе поедим. Переведя на него взгляд, Амон прищурился и поигрался со своим моноклем. В такие моменты Деррик не знал, о чём именно Он думал, то ли действительно раздумывал над предложением поесть вместе, то ли замышлял очередной розыгрыш. Наконец улыбнувшись, Амон наблюдал за тем, как за столом возникло несколько фигур, они выросли незаметно и тихо и все имели одно лицо — широкоролобого мужчины. Но у одного Короля Ангелов было красивое оборчатое платье и спадающие на плечи золотистые локоны, у другого одежда больше подходящая моряку. Проходя позади этих фигур, Он представлял каждого: — Судя по твоим рассказам, мисс Справедливость аристократка, нужно добавить немного этикета, — Амон с золотистыми кудрями вежливо улыбнулся, сложив руки на коленях, — мистер Висельник грубый моряк, мистер Мир холодный авантюрист, а мистер Луна высокомерный сангвин, — Амоны, представляющие этих членов Клуба Таро сменили позы. И они были пугающе похожи на оригинал. — Мисс Маг и мисс Отшельница… От них так мало впечатления. Оставлю так. Дойдя до другого конца стола, что в один миг стал длиннее, а на его поверхности появилось несколько наборов столовых приборов, Амон раскинул руки и почти пропел: — Что же делать, твоего невероятного мистера Шута позвать не выйдет… А, но можно дать другим Богам тоже отпраздновать этот день, — поправив свой монокль, Амон улыбнулся шире, наблюдая за ошеломлённым Дерриком. — День, когда родился мой милый Блаженный. С щелчком пальцев весь Серебряный Град наполнил колокольный звон. Он с грохотом расходился по всем домам, и Деррик вздрогнул, думая, как жители сейчас переполошатся от шалостей Короля Ангелов, но будто слух тех украли, никто не вышел на улицу. Звон колокола закончился и в ушах Деррика было слышно лишь его ускоренное сердцебиение… Ба-бах! Взгляд юноши обратился к окну, за ним одна за другой небо рассекали молнии. Они накладывались друг на друга, создавая причудливый узор, всё небо было таким ярким, что могло осветить Серебряный Град целиком. Амон подошёл к окну и представил это невероятное зрелище: — Видишь? Я же говорил, что даже Боги будут праздновать день рождение моего Блаженного. Скорее они проявляли свой гнев… Только спустя пару мгновение до Деррика дошло, что только что сказал Амон. В Серебряном Граде трудно было понять какой был по счёту день в году да и традиции как таковой праздновать свой день рождения не было. Но живущий в своём ритме Амон просто решил организовать празднование, включив в него всех, до кого только смог дотянуться. Почему? Потому что мог. Наконец Деррик понял что от него хотели с самого начала. Покачав головой, будто ребёнком здесь был Король Ангелов, а не он, юноша улыбнулся и обратился к стоящему у окна Амону: — Разве не хорошая погода, чтобы разделить торт с моим Ангелом? — И правда, — немного удовлетворённый то ли тем, что Деррик снова позвал Его к столу, то ли тем, что теперь головы Богов разрывались от боя колокола, Амон шагнул к столу, а сидящие за ним фигуры членов Клуба Таро исчезли, — и лишние нам не нужны. В очередной раз Деррик удивился тому, насколько Амону не угодило тайное собрание мистера Шута, и тому, что Он позволяет его посещать, не вмешиваясь, хотя ворчит каждый раз после него. Сев за стол, Король Ангелов не стал касаться торта, лишь вернув тарелку своему Блаженному и лениво облокотив свою голову на руку. В свете свечей и бьющих без продыху за окном молний Его глаза казались такими тёмными, что в них ничего нельзя было разглядеть. Будто они могли украсть абсолютно всё — вещь, память, судьбу… Но пока этот взгляд был обращён к Деррику, лишь одаривая его благами. Деррик не знал чем заслужил внимание Короля Ангелов. Просто старался сохранять баланс между безопасностью Серебряного Града, предупреждающему об опасности Клубом Таро и стоящему за ним Богом, а также ведущим какую-то свою игру Амоном. Хотя тот пока лишь помогал, говоря, что чем больше Он сделает для местных жителей, тем меньше вероятности, что те уверуют в мистера Шута. Деррик попробовал торт, что украл для него Амон, и сладость растеклась на языке, вызывая разошедшееся по всему телу блаженство. Он поглощал один кусок за другим, пока тарелка не оказалась пустой и он не потянулся за добавкой под пристальным взглядом Короля Ангелов. Тот просто наблюдал, не беспокоя юношу и напевал себе под нос: — Ребёнок есть ребёнок~ Он лишь слышал, что все дети любят сладкое, но это оказалось правдой. Имея много времени, пока Деррик ел, Амон задумался о событиях год назад. Он раскидал пару паразитов в Серебряном Граде, чтобы наблюдать за изменениями здесь, предчувствуя, что скоро что-то произойдёт, и после смерти мистера Берга, Червь Времени прицепился к сыну этого человека. Он даже и не думал, что так… проникнется этим ребёнком? Амон не знал, можно ли так сказать, учитывая, что единственным общим между ними была смерть отца. Но в этом мире множество детей потеряли своих родителей, почему же именно он… Когда Деррик закончил есть, он облокотился на спинку стула, блаженно выдохнув. Он съел так много сладкого, что в ближайшее время точно не захочет его видеть. Но как только он прикрыл свои глаза, в его уши влился завораживающий голос, будто вводящий в гипноз. — Ты же не думал, что это всё? Я могу даровать тебе исполнение одного желания — переместиться куда угодно, — Амон прищурил свои глаза, на глубине тёмных зрачков таилось что-то опасное, затягивающее в пучину бездны. — Заброшенный город, где живут лишь марионетки одного изворотливого демонического волка; состоящая из тумана стена, за которой расположен Западный Континент; Чернобыль, место, где родился мой Отец; а также Двор Короля Великанов, за которым находится выход из Забытой Богом Земли… Деррик вздрогнул от этих слов. Выход… Это то, чего желали достигнуть все жители Серебряного Града. И Амон играл на этом желании, накапливающимся вместе с отчаянием более 3000 лет. — Хотя зачем такие обходные пути. Я могу просто вывести тебя наружу, показать Бэклунд, где живут твои друзья, и множество других государств, где каждый день восходит солнце и нет монстров… — То есть, моё желание — выйти наружу? — вдруг спросил Деррик, обернувшись к появившемуся за его спиной Амону, который нашёптывал ему на ухо такие красочные картины, что трудно было не очаровываться ими. Немного подумав, Амон кратко ответил: — Да. — Тогда… Могу я копить эти желания каждый год и взять с собой всех жителей Серебряного Града? Король Ангелов некоторое время смотрел на Деррика, как на полного идиота. Он потерял своих родителей из-за проклятия, которое жители наслали на себя сами, никто не собирался помочь ему, четырнадцатилетний ребёнок был вынужден продать последние вещи, оставшиеся от покойных родителей, ему пришлось участвовать в тайном собрании, стать Потусторонним и сражаться с монстрами… Но его милый Блаженный всё ещё желал спасти других. И кого же это Ему так напоминает… Возможно Его Отца в рассказах других. Немного подумав, Амон решил не давать ребёнку перед ним надежды. — Это невозможно. Но ты можешь отправиться в любой уголок Забытой Богом Земли или за её пределы. Только подумай, сам Король Ангелов проведёт тебе экскурсию… — Но Вы можете сделать это в любое время. В этом был смысл. Когда Амону надоедала своя компания, он просто таскал своего Блаженного с собой, рассказывая историю этих мест единственному слушателю. Было что-то в том, когда ты оборачиваешься, а за тобой кто-то есть, и он верно идёт сквозь монстров следом. Его пшеничного цвета волосы развеваются на ветру, они напоминают лучи солнца, что освещают мрак. Поправив свой монокль, Амон быстро перевёл тему. — Но этого не сделает для своего Блаженного ни один другой Бог, твой Шут в том числе. Так что я лучше их. Он замолчал, ожидая подтверждения своим словам. Ни один Бог не станет красть торт, надевать фартук, злить других, заставляя небо озариться светом, и предлагать устроить экскурсию с исторической справкой длиной в 3000 лет. И если надо, Амон не устанет делать это из года в год. Деррик на мгновение был ошарашен, а затем улыбнулся и ответил: — Да, мистер Ангел самый лучший. — Вот и хорошо. Это был один из вечеров известного богохульника Амона и Его Блаженного из Серебряного Града, что когда-нибудь развеет тьму этого места своим ярким сиянием, став ещё одной строчкой в рассказах Короля Ангелов о прошлом…