Часть 8

Часть 8 - Располагайтесь пока в казарме. В отсутствии генерала, главный у вас я, майор Крошин – сказал офицер. Он был рад, снова видеть Данилюка. - Тебе-то майор, как новое звание после наших подвигов не дали? – поинтересовался Анатолий Данилович. Крошин смутился. - Не я же приведение обезвреживал. А вообще, обещают со дня на день подполковника дать. Так что еще и отметим вместе. Тебе еще за свое проставляться – напомнил Крошин. - Да я всегда за! Ты же меня знаешь! – сказал Данилюк. - А кормить нас скоро будут? – спросил Бутонов. У него уже журчало в животе. - Кто о чем, а Бутонов о еде. Скоро Юра, скоро! К тому же ты еще пока не поработал. А знаешь же, как у нас?! Кто не работает, тот не ест – напомнил Анатолий Данилович. Рядовой взглянул на лейтенанта, надеясь на его участие. - Я, между прочим, согласен! Тебе Бутонов вообще есть вредно и так посмотри, как отъелся. Вы еще даже толком не работали. А разложить свои вещи, это не работа. И не надо улыбаться Суслопаров. Сейчас до улыбаешься и вообще сегодня есть не будешь. Завод будешь осматривать до утра. Мы приехали сюда, с определенной целью и командование нам дало всего неделю. А это значит, что вы должны работать, работать и еще раз работать. Это всех касается! А сейчас, выходим на улицу, и все строятся, после чего майор объяснит нам задачу – сказал Дубин. Крошин одобрительно на него посмотрел. Он почему-то сначала подумал, что с лейтенантом у него возникнут проблемы. Солдаты выстроились в шеренгу. - Значит так мужики! На заводе происходят странные вещи, поэтому если увидите или услышите что-то подозрительное, сообщайте своим непосредственным начальникам, либо мне. Предлагаю вам просто разойтись в разные стороны по двое и исследовать территорию завода. Задача всем понятна? – спросил Крошин. - Так точно! – хором ответили солдаты. - Вот и славненько! – сказал Крошин. Шматко сидел у себя на складе и пересчитывал ветошь. - Блин емаё! Опять сбился! – проворчал он. После отъезда его боевого товарища, ему стало совсем скучно и нечем заняться. Из вентиляции послышался странный шум. Олег Николаевич прислушался. Звук был такой, будто там сидело десятка два обезьян. Начальник вещевого склада залез на стол, чтобы убедиться, что ему не послышалось. Из вентиляции снова раздался звук, напоминающий обезьяну. Шматко подумал, что он совсем заработался. Мужчина попытался открыть решетку, но она была хорошо прикручена. В этот момент дверь склада отворилась, и вошел зампотыл. - Как это понимать товарищ прапорщик? А потом вы ко мне придете с заявкой на новый стол – сказал майор. Шматко резко развернулся и отдал честь, при этом, чуть не упав со стола. - Здравие желаю! У меня тут это самое, обезьяны в вентиляции, представляете?! – ответил Олег Николаевич. Кайгородов подошел ближе. - А ну-ка дыхните! Я понимаю еще на складе ГСМ может что-то померещиться, но, на вещевом! – заметил Василий Брониславович. Шматко дыхнул. - Да не пил я! Можете встать на стол и приложить ухо к стене и вы поймете, что я не вру – предложил Шматко. - Что еще прикажите мне сделать?! Вы совсем распустились прапорщики! Если ты думаешь, что я так просто это оставлю, то ты ошибаешься. Алкоголем от тебя не пахнет, но я не удивлюсь, если ты сейчас под наркотой. Признавайся, что употребил с утра? – устроил допрос Кайгородов. Шматко слез со стола. - Да вы что такое говорите, ёмаё! Я сроду ничего крепче водки не употреблял. Но на работе я вообще не пью – спохватился Олег Николаевич. - Будьте уверены, что об этом инциденте станет известно командиру части – ответил майор. Он вышел со склада и отправился в сторону штаба. - Хороша та как банька! – заметил Антипкин. Генерал посмотрел на него. - Ты прям так восхищаешься, будто первый раз сюда зашел. Нас с тобой сейчас еще соленья из погреба ждут. - Я, пожалуй, пойду товарищ генерал, у меня там солдаты одни – вспомнил Дубин. - Не дрейф лейтенант. Прапорщик с ними твой, да наш майор. Где же они одни то. Успеешь еще послужить. Поди напрягают на службе то? – спросил генерал Васильев. - То что нас не убивает, делает нас сильнее! Трудности же они как… Закаляют настоящего офицера – ответил Дубин. Его стало совсем вырубать. Он вытер пот со лба и начал падать. Антипкин вовремя подхватил его. - У! Вытаскиваем его! Похоже, лейтенант перегрелся – заметил Васильев. Дубина вытащили из бани и вывели на улицу. - Да, так намного лучше! Это я перегрелся пока сидел или у вас и правда во дворе лежит снег? – спросил Дубин. Он видел все вокруг, сквозь сон. - Это и есть та мистика, из-за которой нас всех прислали сюда. Я да к вообще здесь уже второй раз – вспомнил капитан. - Долго стоять нельзя! Простынете! Сейчас водочки намахнем, да под свежий огурчик – мечтательно сказал генерал-майор. Он вытащил ключ из кармана, убрал снег с погреба и начал открывать замок. После чего достал баночку помидоров и баночку огурцов. Он потер руки в предвкушении. - Все к столу! – сказал Васильев. Все трое вошли обратно в дом. - Так Степаныч! Мне это совсем перестало нравится. Черт знает, что происходит в последнее время. Тебе удалось найти розовую корову или может того, кто газ распылил сонный? – спросил Зубов. Он внимательно посмотрел на друга. - Корова как сквозь землю провалилась, а вот газ пустили через вентиляцию. Предлагаю спуститься в подсобные помещения и все там проверить – предложил Староконь. Майоры вышли из кабинета. Староконь и Зубов вошли в кательную. Предположительно газ распространился отсюда. - Я прям, чувствую запах корицы! Интересно, какому умнику пришло в голову устроить такую диверсию? – спросил Зубов. - А мне еще интересно зачем! Ведь ничего не пропало. Мы все проверили! – вспомнил Староконь. Они уже собирались выходить обратно, так как не нашли ничего интересного, но дверь не поддалась. - Что ты там так долго? Каши мало ел?! – посмеялся Николай Николаевич. Замполит со страхом в глазах посмотрел на друга. - Сам попробуй! Посмотрим, насколько ты ее любишь добавлять в рацион – ответил Александр Степанович. Командир части закатал рукава и потянул ручку двери, но она не поддалась. - Что за черт?! Эта дверь сроду не закрывалась. И связи здесь нет! Твою дивизию! Не одной полоски! – выругался Зубов. - Хорошо когда не одной полоски – пошутил Староконь. Но после того, как друг смирил его взглядом, замолчал.