Потрогай его палкой.

Ныряльщик путает север с югом, Он забывает, где верх и низ. Он связан долгом или испугом, Не знаю точно, но он повис, И льётся кровь, прорастая в уши, Перегорождая обзор для глаз. Ныряльщик-висельник ей послушен, И головою роняет фас. К секундам ценным стучится сердце, И забирает их навсегда. Ныряльщик помнит — в глубинах место Есть, где во тьме упадет звезда. Он углубляется. Он повисший. Ему все кажется — он плывёт, И в рёбрах боль — как пещеры выси, И кровь к глазам — сущность темных вод. Ты знаешь много таких историй, Про паразитов и их дома. Червь, заражая улиток, вскоре Хочет чтоб птица его нашла. Ты знаешь — дайверам участь храбрых, Ценнее прочих, но почему? Что заставляет спускаться в ямы, Где не протиснуться, не вдохнуть? Ныряльщик путает север с югом. Он забывает, где верх и низ. Он связан долгом или испугом, Не знаю точно, но он повис. ***...— Стиль как у Гибли, бюджет подсчитан. Прекрасный день увольнять троих. Ушли редактор и композитор, И вместе с ними дизайнер-лид. Нужны нам, разве, сейчас поэты? Живём в прекрасные времена, Где рынок слёз не прощает мелким Индюшкам-студиям, и всегда На помощь — лишь обменяй секунду — Своего времени на вопрос — Придёт компьютер, и несомненно, Он нарисует любой запрос! Поэт капризен. Он просит денег. Ему зачем-то нужна еда, Кровать и крыша. И даже мыться Поэт хотела бы иногда. Поэтому, господа поэты, Собраться просим вас в ровный круг, Закрыть глаза. Как бывало раньше — Вас расстреляют, затем сожрут. ***...Повязан висельник за лодыжку. Ему удобно, и цель близка. Всего секунда, и станут искры Звёздные жаться к его рукам. Он думает, что отдаст секунду — Всего мгновение глубже внутрь. В глазах темнеет. Звезда снаружи. Не двигаться и не повернуть.