Пролог

Лежа на кровати, с прохладной мокрой тряпкой на лбу, Шираюки считала секунды, когда же чертов салют, запущенный в честь дня рождения владелицы мотеля, наконец закончится. Взрывы раздавались в небе настолько громко, что Амбервиль иной раз казалось, будто залпы искр разлетаются у нее в голове, под самой черепной коробкой. Шираюки слишком устала от всей окружающей суеты, и на море она выбралась, не для того, чтобы сходить с ума от взрывов разноцветных салютов, в которых вообще не находила ничего завораживающего. Что интересного в том, чтобы разглядывать цветные звездочки в небе? Впрочем, ей этого не понять. Амбервиль просто хотела отдохнуть: расслабиться в чарующей тишине близь лазурного берега моря, купаться в прохладном воде и кушать мороженое целыми днями. Увы, почти половину своего отпуска она провела за работой, коей ее благополучно снабдили коллеги, и прочей подобной возней. Надеялась, что хоть остатки дней и без того короткого отпуска удасться провести в спокойствии. Да не тут-то было. Однако, в тон ее вопрошающих мыслей все вдруг затихло. Успев обрадоваться, что угнетающий смех вкупе с безудержными криками и залпами взрывов наконец прекратился, открывая прямой путь к долгожданному сну, Шираюки сразу же разочаровалась, услышав стук в дверь. Ну, и кого в такое время нелегкая принесла? Лениво поднявшись с кровати, кряхтя, подобно старой, больной женщине, Шираюки босиком добралась до двери, дергая ручку, без задней мысли. В конце концов, кто, кроме горничной или владелицы этого мотеля мог к ней наведаться? — Доброй ночи. — Отступив на полшага назад, Шираюки замерла, осматривая с ног до головы женщину в полицейской форме. Вот так неожиданность. — Мисс Амбервиль, верно? — Да, — В лёгком негодовании кивнула Шираюки, стаскивая со лба тряпку. Пара коротких прядей ее отстриженной челки мигом упали на глаза, путаясь с ресницами. — Чем могу помочь? — Я старший офицер полиции — Аманда Коллинз. Не могли бы вы пройти со мной? — Прошу прощения, — Шираюки коснулась пальцами майки в районе груди, тем самым спеша погасить уголек зародившейся тревоги. — Что-то случилось? — Пойдемте. — Женщина предпочла не разглашать нюансов, рукой призывая следовать за собой. Забрав с кровати телефон и кошелек, на всякий случай, Амбервиль обула резиновые тапочки и вышла в коридор, где толпилась куча людей, встревоженно перешептывающихся между собой. Как это она не услышала их галдеж, в тот короткий промежуток времени, между последним залпом салюта и стуком Аманды? Попытавшись заглянуть в эпицентр заинтересованных взглядов, Шираюки ощутила, как Аманда грубо схватила ее за руку, протаскивая через толпу четко за собой, хвостиком. Спустившись на первый этаж, женщина провела ее к самой дальней комнате, где жила владелица мотеля, и запустила внутрь, любезно придерживая дверь. Не успев толком ничего понять, Шираюки приземлилась на стул, рядом с блондинистым парнем, смотрящим на происходящее таким же бессознательным взглядом, что и она сама. Куча вопросов ворохом устлали все пространство черепной коробки, но ни один из них Шираюки не смела озвучить, взглядом вылавливая глаза владелицы. С Ирмой они были знакомы достаточное количество времени, ввиду чего, Амбервиль надеялась услышать внятное объяснение, тем не менее, женщина лишь жалостливо изогнула брови, пожав плечами. И что это значит? — Извините, но, может уже объясните, зачем нас позвали? — Тишина треснула по швам под натиском незнакомого доселе блондина. Он, точно мысли ее прочитал, озвучив слово в слово созревший у нее в голове, самый важный вопрос. — Что ж, пожалуй. — Женщина, представившаяся Амандой села за стол рядом с Ирмой, складывая руки в замок. Взгляд ее был требовательным, властным, противным. Глядя на нее создавалось беспричинное чувство отвращения. — Скажите, где вы были, с десяти до одиннадцати часов вечера, сегодня, пока все отмечали праздник на берегу моря? Шираюки опустила взгляд к экрану телефона, проверяя время. Тринадцать минут первого. Что такого могло случится за столь короткий срок? — Пыталась уснуть в своем номере. — Честно ответила Амбервиль, от волнения поправляя локоны своих волос, выкрашенных в красный. Взгляд Аманды нагонял на нее панику. — Под залпы взрывающихся фейерверков? — Я слишком сильно устала. — Зачем-то начала оправдываться Шираюки. Быть может, потому что хотела, чтобы Аманда перестала сверлить ее своим взглядом, а может потому, что впервые присутствовала на допросе у полицейского.— К тому же вы сами видите, что у меня не получилось уснуть. — Предположим. Ну, а вы? Где были вы? — Женщина наклонила голову на бок, намереваясь, кажется, залезть к блондину в самую душу. Ужас. — Вы же все прекрасно знаете, почему снова спрашиваете? — Судя по всему, парень просидел в этой комнате достаточное количество времени, чтобы все происходящее успело начать его раздражать. — Господин Вистериа, не соизволите ли вы четко отвечать на поставленные вопросы? Если я спрашиваю, значит, этого требует ситуация. — Аманда высоко задрала брови, смотря с некоторым пренебрежением. Впечатление о ней складывалось, мягко говоря, отвратительное. Может, она, конечно, хороша, как следователь, но не как человек уж точно. — Я работал у себя в номере, затем вышел в бар, чтобы взять себе выпивки, нашел на полу у барной стойки парня в отключке, проверил у него пульс и вызвал скорую. — Вистериа закинул ногу на ногу, облокотившись о спинку стула. Каждое свое слово он проговаривал четко, словно представлял, как они, кирпичными блоками, разбиваются о голову Аманды. Тон его голоса был уставшим и грубым, ввиду чего, Шираюки невольно заслушалась этой интересной манерой речи, не сразу понимая суть сказанного им предложения. Вот почему в холле так столпились люди! Повернувшись в сторону окна, слишком резко, судя по тому, как на нее покосился блондин, Шираюки заметила огни скорой помощи. — Что ж, правильно ли я понимаю, что никто ваше алиби подтвердить не может? Шираюки перевела взгляд на Аманду, поднявшуюся на ноги. Теперь она возвышалась над ними грозовой тучей. Захотелось как можно скорее скрыться от ее взгляда в мягкой кровати, под тонким пледом и стрекотом цикад. — Да, — Ответил за них обоих блондин. Шираюки лишь покачала головой в тон его словам. Медленно подняв взгляд, столкнувшись с глазами Аманды, Шираюки мгновенно ощутила табун мурашек, пробежавший по спине и затылку. Ох и не к добру это все. — Что ж, в таком случае, — Женщина повернулась к Ирме, словно спрашивая ее одобрение на дальнейшее умозаключение, но та лишь пожала плечами, пребывая в той же самой растерянности, что и сама Шираюки. Посмотрев на блондина, многозначительно вздернувшего бровями, Амбервиль вдруг резко прошибло осознание того, зачем именно ее сюда привели. Эти взгляды в купе со стоящей у входа в мотель каретой скорой помощи и присутствие следователя в одной из его комнат. Того парня, про которого говорил этот незнакомый блондин, сидящий рядом с ней, нашли мертвым. И вопросы, ставящие в угол, без возможности убежать вели лишь к одному логичному выводу. Выводу, после которого, как правило, рушились судьбы. — Один из вас обвиняется в убийстве Терри Скотта. И нам необходимо выяснить, кто именно подсыпал яд в его бокал.