3. Против себя

— Эти таблетки можно использовать в качестве слабительного. — Шираюки коснулась пальцами подбородка, выстраивая мысленную хронологию. — Да и реакция ее показалась мне странной. Она, как будто испугалась меня. Может, поэтому отказалась от помощи? — Так, — Осадил ее Вистериа. — Поосторожней на поворотах. Рано ее в преступники записывать. — Он положил ладонь ей на плечо, как бы призывая остановить поток безосновательных подозрений. — Я ее и не обвиняла. — Фыркнула Амбервиль. — Лишь намекнула на возможность ее причастия. — Шираюки взяла в руки веточку, лежавшую у ее ног и принялась рисовать на земле план в картинках, предполагая, что это поможет ей лучше понять ситуацию. — К тому же, Аманда ведь могла рассказать всем о том, что в убийстве подозревают именно нас с тобой. Если это так, то реакция той особы мне вполне понятна. Убить ее в лесу было бы хорошим вариантом. И она об этом догадывалась. — Такие твои умозаключения немного пугают. — Зен наигранно дернул плечами изображая страх. — Стараюсь. — Подстать ему, зловеще улыбнулась Амбервиль, выводя на земле коробочку таблеток, тут же расцеркивая ее. — Но мы не можем убрать ее из подозреваемых. У нас буквально кроме этой зацепки ничего нет. — Значит, нужно побольше разузнать об этой самой девчонке. Втереться к ней в доверие, узнать, что она делала до момента убийства. И только потом, если все сойдется — вынести обвинения. — Если она убила Терри, то правду нам ждать не стоит. Она же не дурочка, чтобы сдать себя. — На такой случай, люди придумали алкоголь. Пойдешь, напоишь ее, позадаешь вопросы, а там гляди, она чего и наговорит тебе. — Я? — Шираюки выронила из пальцев палочку, недовольно поворачиваясь к Зену. — А почему не ты? — У нее есть парень? — А я откуда знаю? — Ну вот именно поэтому твоя кандидатура лучше впишется в ситуацию. Во-первых, ты с ней уже коммуницировала, а во-вторых, если у нее есть молодой человек, то мое вторжение в ее личное пространство, да еще и в компании алкоголя, может: первое — нанести ей некоторые неудобства, второе — приукрасить мне лицо парочкой гематом. Конечно, я утрирую, но уверен, суть ты уловила. — Шираюки понимающе нахмурила брови. — Что не так? — У меня крайне натянутые отношения с алкоголем. — Грустно констатировала факты Шираюки, косо поглядывая на коктейль в руках Зена. — Что, прям совсем? — Да… — Помрачнела Амбервиль, вспоминая свою прошлые, редкине попойки. — Мой предел — один бокал вина. — Беда. — Вистериа покачал головой, пародируя какого-то персонажа из мультика. — В таком случае, бери ее хитростью, так, чтобы напилась только она. — У нее больной желудок. Уверен, что она захочет выпить, да еще и с малознакомым ей человеком? — У тебя есть идеи получше? — Нет… — Снова помрачнела Амбервиль, выдавая свое полное нежелание участвовать во всей этой авантюре, которую, к слову, сама же и придумала. — Не боись, Фень. Я буду рядом. Если что, в чувства приведем тебя быстро. — Зен проибодряюще похлопал ее по плечам, но это не сильно добавило Шираюки смелости. Выходит, помимо лошадей, лайнеров и высоты, она боится еще и алкоголя. — Говоришь так, будто не первый раз этим занимаешься. — Подметила Амбервиль лишенным радости голосом. — А-то. — Усмехнулся Зен, допивая свой напиток. — Есть у меня один хороший друг, который меры не знает. Так с ним всегда такие приключения. Так что, не дрейфь. В крайнем случае, мы еще не знаем, может, она действительно тебе откажет по состоянию здоровья и нам придется искать другой способ. — Даже не знаю, что из этого я хочу больше.

***

— Привет. — Шираюки неловко подошла к дивану, стоящему в холле, привлекая к себе внимание девушки. Честно говоря, такие вот внезапные знакомства были совершенно не ее способом завести с кем-либо общение. — Как ты себя чувствуешь? Я вот тебе чай принесла, черный, с сахаром и лимоном. Мне обычно помогает. — Амбервиль протянула картонный стаканчик особе, таращившейся на нее удивленным взглядом. Явно не ожидала такой близкой встречи. — Спасибо, но не стоило. Мне уже намного лучше. — Девушка опустила голову вниз, возвращая всю себя своему мобильному, заводя Шираюки в тупик. Диалог закончился слишком уж быстро. И что ей делать дальше? Взглянув на Зена, затаившегося на кресле в углу, Амбервиль тяжело вздохнула. Вистериа лишь помотал руками, принуждая ее к действию. Что ж, отличный совет. — Прошу прощения, что нарушаю твое личное пространство, — Сама того не понимая, перешла на «ты» Шираюки, полагая, что это поможет наладить коммуникацию. — Но ты выглядишь грустной. — И что с того? — Особа явно не разделяла ее желания завести диалог, будучи настроенной не слишком дружелюбно. Да и в принципе, понять ее можно было. Особенно, если Аманда растрепала всем о подозреваемых. — Подумала, может быть, ты хочешь поделиться с кем-то своими переживаниями. — Выдала то, что было у нее на уме Шираюки. Не то, чтобы она была уверена в своих планах, но, рискнуть стоило. — Даже если так, ты тут причем? Я разберусь как-нибудь сама, так что будь любезна, оставь меня пожалуйста в покое. — Я просто хотела предложить помощь. — Предприняла еще одну попытку Шираюки, чувствуя себя наиболее уязвимой. Ей же только дурных связей не хватало. — Я тебя знать не знаю. С чего ты вдруг решила, что я стану о чем-то тебе рассказывать? — С ярко выраженной неприязнью спросила девушка. Все ее тело сковала злость и, честно говоря, Шираюки уже готова была развернуться и уйти отсюда, но Зен, не сводящий с ней глаз, просто не позволил этого. — Так разве суть не в этом? Мне кажется, что выговориться человеку, с которым тебя ничего не связывает намного проще, чем кому-то близкому. У незнакомого человека нет к тебе никаких ожиданий. Он не будет осуждать тебя за то или иное действие и не скажет ничего за твое поведение, потому что попросту не имеет представления о тебе. — Ухватилась за возможность Шираюки, замечая легкую заинтересованность в глазах собеседницы. — Я, в свое время, так познакомилась со своим бывшим молодым человеком. Девушка, чье имя Шираюки так и не удосужилась спросить, резко переменилась в лице, меняя раздражение на заинтересованность. Однако, почти сразу ее губы дрогнули в растерянности, стараясь подавить очевидные нотки страха. Ухватившись за подобную реакцию, Амбервиль присела рядом с ней на диван и облокотилась о спинку, продолжая монолог. — Это было под новый год. Я завалила вступительные экзамены, поругалась с лучшей подругой, моя мама попала в больницу из-за чего еще и отношения с отцом значительно ухудшились. В общем, все в один момент навалилось. — Шираюки усмехнулась своим воспоминаниям, понимая, что, вообще-то не хочет об этом думать. И, если бы на кону не висела ее свобода, она бы тут же заткнулась и ушла в свой номер спать. — Все от меня чего-ждали, требовали, давили, поэтому, в какой-то момент я просто не выдержала и сбежала. Ночью, выбежала на улицу и спряталась в соседнем районе. Тогда еще снега было много, холодно, противно. А я в одной толстовке и домашних тапочках по сугробам ковыляла и плакала. Остановилась на какой-то полуразрушенной детской площадке и села на качели. Не знаю, чем я думала в тот момент, но, спустя буквально пару минут, ко мне подошел парень. Спросил, курю ли я, и нет ли у меня лишней сигареты. Я на него еще тогда, как на дурака посмотрела, мол, я реву перед ним, а все, что его волнует, это нет ли у меня, чего покурить. Но потом… Он отдал мне свою куртку и сказал “может, мы встретились этим утром не просто так? Если у тебя что-то случилось, можешь рассказать это мне, ведь, излить душу человеку, у которого не выстроено на тебя никаких ожиданий и очарований, никогда не осудит тебя и поддержит, так как, вероятнее всего, вы больше никогда не пересечетесь.” И это действительно так и было. Он несколько часов слушал мою болтовню, а я потом, в качестве благодарности купила ему ту чертову пачку сигарет. Так что, если ты вдруг… — Почему вы расстались? — Девушка вдруг неожиданно резко схватила Шираюки за запястье, от чего Амбервиль едва ли не икнула, замирая на месте. — Что значит “почему”? — Шираюки как-то совсем утеряла суть их диалога. Она ведь не на этом строила акцент. Суть была не в ее бывшем, а в том, чтобы поговорить по душам. — Ты так о нем отзываешься, значит, он был хорошим человеком. Но, если это так, тогда почему вы расстались? — А-а-а-а-а-а, — Протянула Шираюки, не зная, что и ответить. Вообще-то, за весь отпуск, она толком и не вспоминала Хаэля, заблокировав его везде, где только можно было. Решение улететь на море было подкреплено как раз тем, чтобы забыть на время обо всем, и начать новый этап жизни. Когда все только пошло не так? И почему именно сейчас? — Ну, знаешь, по-началу он и правда был хорошим. — Вздохнула Амбервиль, прикрывая веки. — Очень чуткий и внимательный. А потом… Потом стал козлом. Ему просто стало не до меня. Он перестал уделять мне внимание, начал вести разгульный образ жизни. Не изменять, нет. Я имею в виду, что он начал пить, тусоваться с другими девушками, а я как-то осталась на фоне. При этом, когда я уходила гулять куда-то со своими друзьями мальчиками, он сразу начинал злиться и ревновать меня. В конечном итоге это дошло до идиотизма и я просто не выдержала. Ну, потому что, считаю, что ревновать к потенциальным мужчинам, которые могут увидеть меня в купальнике, который я купила специально для поездки на море — это уже верх абсурда. Шираюки все время смотрела куда-то в сторону окна, откуда виднелся пляж, но когда повернула голову, дабы взглянуть на свою собеседницу, чуть не отпрыгнула назад. Особа таращилась на нее почти впритык, так, что они чуть не стукнулись носами. — Почему ты так смотришь? — Усмехнулась Амбервиль, не зная, хочет ли она знать ответ, или лучше опустить этот вопрос. — Ты не хочешь выпить? — Слишком круто повернула ход ситуации девушка, приводя задуманный план в действие без лишней помощи Шираюки. Надо же, как все получилось. — А-а-а, это… — Шираюки бросила взгляд на Зена, но Вистериа лишь уверенно кивнул ей, противореча ее внутреннему голосу, твердящему о том, что это крайне плохая идея. — Хочу. Но… Как тебя зовут-то хоть? А то я… — Ханака. Очень приятно. — Представилась девушка, яро пожимая ладонь Амбервиль. — Шираюки, — Нервный смешок слетел с ее уст. Что происходит? — Взаимно. — Отлично. Предлагаю переместиться в мой номер. Думаю, холл — не лучшее место для импровизированной пьянки. Ты не против? Шираюки лишь помотала головой, поражаясь тому, насколько быстро все произошло. Как будто, теперь не Ханака — часть ее плана, а она, часть плана Ханаки.

***

Поставив на стол бутылку мартини, Ханака достала из шкафчика пару бокалов, ставя их перед Шираюки. Окинув потенциальную угрозу своему здравому смыслу взглядом, Амбервиль тысячу раз прокляла Зену за его идею. Какого черта она вообще делает?! Так ко всему этому, она теперь один на один с человеком, который может быть, является убийцей! И никого рядом нет. Зен, пусть и пообещал караулить ее в коридоре, но какой от этого толк, если эта особа решит напасть на нее с ножом? Он же не успеет ничего сделать. — Ты любишь ягоды? У меня есть клубника и виноград. Будешь? — Ханака заботливо обратилась к ней, уходя в перечисление всяких вкусностей, которые только мог скрывать ее холодильник в соседней комнате. Ее номер в целом был в разы больше, чем тот, что бронировала Шираюки. И, в моменте, Амбервиль подумала: “а стала бы Хакана приводить кого-то в свой номер, если бы действительно была убийцей?”. Здесь ведь могут быть улики. Но эта мысль сразу же покинула пределы ее головы. Хакана ведь не знает, что Шираюки ведет расследование. Однако, учитывая масштабы номера, создалось впечатление, что жила она в нем не одна. — Да, пожалуйста. — Согласилась Амбервиль, не столько из-за реального желания покушать фрукты, сколько ради возможности осмотреться. — Тогда, подожди пару минут. Я пока все помою и принесу. У меня еще персики есть! — Ханака в каком-то, печально-радостном расположении духа удалилась в ванную, оставляя Шираюки одну гадать — не принесут ли ей на закуску отравленных ягод. Окинув номер взглядом, Амбервиль отвлеклась на звук пришедшего уведомления. Зен 12:25 Все нормально? Что ж, он за нее переживает. Значит, она в относительной безопасности. Во всяком случае, хотелось бы в это верить. Шираюки 12:25 Да. Если что, напишу Отправив смс, до ушей Амбервиль вновь донесся звук пришедшего сообщения, но теперь уже не на ее телефон. Пикнул мобильный Ханаки, который она так просто оставила на столе рядом с бокалами. Наклонившись поближе, дабы рассмотреть текст пришедшего сообщения, ведомая собственным любопытством, Шираюки готова была уронить собственную челюсть на пол. Маленькая мансипама 12:27 Кис, как у вас дела с Терри? Вы помирились? Такого поворота, Шираюки точно не ожидала. Шок сковал ее тело на секунду, пугая до чертиков. Ханака была знакома с Терри. Значит, она действительно могла его убить! Во всяком случае, почему Аманда ничего не сказала им с Зеном про Ханаку? Могла ли она просто не знать о том, что они были знакомы? Прогнав сложившуюся ситуацию в голове, Амбервиль взяла телефон и сфотографировала экран мобильного Ханаки, тут же отправляя снимок Зену. Ровно в этот же момент вернулась сама Ханака, с целой миской различных ягод. Нашлась даже ежевика. — У меня еще есть виски, если вдруг ты любишь. Я могу… — Нет! — Шираюки подпрыгнула на месте, от такого количества всевозможных орудий “пыток”. — Мартини вполне достаточно, спасибо. Ханака обеспокоенно кивнула головой, принимаясь разливать содержимое бутылки по бокалам. Шираюки внимательно следила за каждым ее движением, прокручивая полученное смс в голове раз за разом. Она же не могла подсыпать в мартини яд, верно? Подумав об этом, Шираюки обратила внимание на движения Хаканаки. Она была слишком напряжена. Попробовать напиток на вкус первой Амбервиль не решилась. Лишь после того, как Ханака сделала пару глотков, Шираюки осмелела, прикасаясь губами к алкоголю. Слишком горькому и невкусному, по ее мнению. Ей пришлось приложить тонну усилий, чтобы не поморщиться и не выдать себя с потрохами. Только лишь, когда горечь сменилась легким жжением, Амбервиль успела подумать о том, что если Ханака действительно убила Терри, то она могла смазать ядом ее бокал. Хотя, эти мысли больше походили на паранойю. — Слушай, наверное, это странно прозвучит, но… Ты не хотела бы отомстить своему бывшему? Шираюки окончательно выпала, услышав подобное заявление. Ну все, она следующая ляжет в гроб после Терри. — Ну, то есть, ты же говоришь, что он сильно изменился и стал ревновать тебя. Наверное, обидно было, когда он забывал про тебя и все такое? — Попыталась реабилитироваться Ханака, но вышло, откровенно говоря, плохо. — Не то чтобы он забывал про меня. Просто… Думаю, мы переросли эти отношения и слишком сильно разошлись во взглядах. Бытовые ссоры дали лучше понять, что дальше нам не по пути. — Разъяснила Амбервиль крутя в руках бокал. — А мстить ему… Да я бы не стала. Пусть он живет дальше и мучается сам. Если нужно, жизнь сама его накажет. — Наверное, ты права. — Ханака печально хлопнула ресницами, залпом осушая свой бокал. Как она могла так резво пить эту горькую жижу, для Шираюки оставалось загадкой. — Но, ты сказала, что он ревновал тебя. — Снова вернулась к этой теме Ханака. — Да, иногда даже чересчур сильно. Хотя, поводов я не давала. Признаюсь, это до чертиков меня бесило. — Вот! — Крикнула Ханака, тут же прикрывая губы ладонью, видимо, неумышленно повысила громкость собственного голоса. — Я об этом же! Если я выбрала его, разве это не значит, что другие для меня не имеют смысла? Конечно, бывают исключения, когда девушки изменяют, но черт возьми! — Она обиженно хлопнула рукой по колену, готовая заплакать от разочарования. — Я даже поводов для ревности не давала! Мне только он нужен был. Я только его любила, а он! Ревновал меня к каждому столбу! С этим не разговаривай, это не носи… А сам… Я ведь ему даже измену простила… Шираюки слушала это, не понимая, каких чувств преобладает в ее груди больше. Что она вообще должна испытывать? Ханака потянулась к бутылке, пополняя бокалы алкоголем. Шираюки хотела отказаться, потому как еще не допила прошлый запас, да и, не хотела допивать, однако, выражение лица Ханаки отказы не принимали. Черт… В попытке перебить горький вкус алкоголя, Амбервиль положила пару ягод клубники в рот, надеясь, что это хоть немного исправит положение. — Ой, — Ханака дернулась, выпряляя спину, и с остережением посмотрела на Шираюки. — Ничего, что я так резко на тебя напала? — Амбервиль вздрогнула от подобной формулировки. — Просто, ты сказала, что я могу выговориться тебе… Да еще, ситуации у нас похожие. Я подумала, что ты сможешь меня понять. Моя подруга, она… мы отдыхали с ней вместе, но потом что-то случилось с ее кошкой, так что ей пришлось вернуться домой, и я осталась тут одна, да еще и… кажется я уже достала ее с этой темой. — Ханака шмыгнула носом, так, что Шираюки показалось, будто она заплакала. Но нет. Ханака наклонилась к ней, поднимая свой бокал, и протянула Шираюки второй. — Выпьем за нас? До дна. Амбервиль хотела было отказаться, но почему-то попросту мне смогла. Отголоски алкоголя уже успели расползтись по ее внутренностям, затуманивая разум. Едкое чувство сострадания заполонило мозг, не давая Шираюки соскочить, подкрепляя все женской солидарностью. Была ли Ханака виновата в том, что полюбила такого человека? Была ли она ответственна за его ревность? Шираюки было на что опираться, так что она действительно имела понятие, о котором говорила Ханака. Она разделяла ее эмоции. В день расставания с Хаэлем, Шираюки долго плакала, но как-то быстро пришла в себя. Ощущение того, что она все сделала правильно настигло ее разум уже следующим утром. Но… Какими бы напряженными ни были ее отношения с бывшим, она бы никогда не убила его. Просто потому, что это был ее собственный выбор. Она его полюбила, она выбрала из миллиона мужчин именно Хаэля и это ее опыт. То, на что была способна Ханака… Не слишком ли рано Шираюки осудила ее? Приложив бокал к губам, Амбервиль снова захотела отложить эту глупую затею в сторону, но взгляд Ханаки был убедительнее, вынуждая Шираюки опрокинуть залпом все содержимое. Тело мгновенно обдало жаром. Это была плохая идея. Просто ужасная. На столе звякнул телефон. Ханаке снова пришло уведомление. Она взяла телефон, слегка пошатнувшись от возымевшего эффект алкоголя, и что-то написала в ответ, откладывая его обратно на место экраном вниз, кусая губы. Она точно нервничала. И боялась чего-то. — Хочешь шо… шоколадку? — Слова начали тягучей карамелью застревать у Ханаки во рту, выдавая ее легкое опьянение. — У меня есть неско… несколь… несколько штук. С орешками. Язык свело от горечи, так, что в ответ Шираюки смогла лишь покачать головой, тут же себя проклиная. Перед глазами все поплыло. Ханака поднялась с пола, криво ступая по комнате к холодильнику, пока Шираюки пыталась вернуть себе равновесие окружающего мира. Заземлив вертолеты, принимая удобное положение, Амбервиль подняла со стола телефон Ханаки, удачно обнаружив, что она забыла его заблокировать. Попытавшись напрячь все извилины своего одурманенного мозга, Шираюки открыла галерею, дабы удостовериться в том, ее предположения верны. Ведь, если они с Терри были знакомы, то у них точно должны были быть совместные фото, так? Промотав фотографии вниз, оливковые глаза выцепили среди снимков изображение Ханаки, стоящей в обнимку с Терри. Они стояли так, что щеки и кончики их языков касались друг друга, выдавая крайне близкие отношения. Следующий снимок, где они оба уже стояли по пояс в море, целуясь на фоне заката, окончательно все подтвердил. Сфотографировав своим телефоном эти кадры, Шираюки поспешила вернуть мобильный Ханаки на место, чуть не выронив его из рук, как только хозяйка номера вернулась в комнату. Дернув рукой от испуга, Шираюки попыталась сделать вид, что потянулась за бутылкой, разливая по бокалам мартини. Отломив дольку шоколада, Амбервиль закусила ей едкий вкус, теряя связь с реальным миром, окнчательно. Алкоголь заполнил ее организм, беря контроль над девичьим телом. Не помогло даже средство, которое дал ей Зен, обещая, что это поможет ей справится с опьянением. — Обманщик. — Фыркнула себе под нос Шираюки, облокотившись спиной о кровать. — Кто? — Ханака, к великому удивлению, опьяневшая так же быстро, повернулась к ней лицом. Только сейчас Шираюки снова подумала о том, что пить алкоголь, человеку, имеющему желудочные расстройства — идея явно не из лучших, но, что-либо делать уже по этому поводу было поздно. Во всяком случае, Аманда не забрала у Ханаки аптечку. А значит, все не так плохо. — Да так, — Пьяно отмахнулась Шираюки. — Есть у меня один знакомый. — Все они козлы, — Хихикнула Ханака, опуская голову на стол. — Мужики в смысле. Ты о них заботишься… лю… любишь их, а они… — О, — Шираюки неестественно выпрямила спину, вспоминая то, о чем хотела спросить. — Ты интересовалась, как я про… бывшего на… отомстила, кароче. — Собрала по кускам предложение Амбервиль, чувствуя, как в груди поднимается неизвестное ею доселе волнение. Будто тело вот-вот откажет. — А ты? Почему ты решила отомстить ему? Ханака нахмурила брови, на секунду будто отрезвев. — Он обпалал… об… обпа… облапал при мне какую-то девушку. — Язык упрямо не выговаривал слова, но Ханака все же приложила максимум усилий, чтобы изъяснить суть. — Сказал, что это ничего не значит и я просто себя накручиваю… А вечером наорал на меня, когда я разговаривала с парнем своей подруги. — Ханака потянулась к бутылке, а Шираюки больше не могла смотреть на алкоголь. Кишки скрутило до тошноты. — Идиот. — И ты отомстила ему? — Я хотела. — Призналась Ханака. Под контролем алкоголя у нее развязался язык, так что она перестала фильтровать поток слетающей с уст информации. — Подсы… Подсыпала ему в бутылку слабительного, чтобы он понял, что я чувствую, когда меня выворачивает от еды во время диет. Я ведь из-за него даже есть нормально перестала… Следила за тем, чтобы лишних кило… грамм не прибавилось. Совала пальцы в рот… — Она поморщилась воспоминаниям, прямо указывая на события этого утра. — Но я не желала ему смерти. Кажется, это признание повергло в шок и саму Ханаку. Их взгляды тут же встретились. — Я не убивала его! — Пьяно взмолилась Ханака, явно боясь, что Шираюки сбежит от нее. Смешно. У Шираюки ведь даже не было сил, чтобы подняться с пола, не то чтобы бежать. — Вон та бутылка, куда я подмешала слабительное. — Ханака указала на пустую тару, стоящую на шкафу. — Он пил из нее, это правда. Но и я тоже. Я тоже пила из нее. И со мной ничего не случилось. А больше я ничего не делала… Я не думала, что он… Ханака подползла к Шираюки на коленях, падая лицом на ее грудь, в попытке найти утешение. Она разревелась, испытывая едва ли не весь спектр эмоций, пока Амбервиль пыталась вернуть четкость этому миру. Перед глазами замелькали яркие пятна, так, что сознание пропустило мимо ушей суть всех последних слов, сказанных Ханакой. Все что Шираюки могла сейчас — пьяно икать, обнимая новую знакомую за плечи, и щуриться, чтобы не потерять контакт с внешним миром. Господи, и что ей теперь делать?

***

Щелкнув ручкой двери, Шираюки на четвереньках выползла в коридор, волочая волосы по полу. Подняться на ноги она попросту не смогла. Тело слишком сильно шатало, так что голова начинала кружится. — Феня? — Голос Зена раздался над головой сразу же, как только за спиной хлопнула дверь. Шираюки пьяно улыбнулась ему, присаживаясь на колени. Эмоции смешались и оставили после себя странную радость. — Я смотрю, ты решила пойти ва банк. — Оценивающе посмотрел на нее Вистериа. В ответ ему, Амбервиль лишь засмеялась, поправляя мешающиеся волосы. — Мы выпили совсем чуть-чуть. — Шираюки пыталась на пальцах показать количество выпитого, но получилось криво и скошено. — Вот столько. — Мда, — Зен изогнул брови дугой, с осуждением посматривая на Шираюки. — И что мне с тобой такой делать? Вести расследование в таком состоянии ты явно не сможешь. — Че это? — Возмутилась Шираюки, надув губы. — Пойдем, у меня… ик, есть все доказательства. — Нет, милая моя. — Зен подошел к ней ближе, наклоняясь. — Для начала тебе надо хорошенько проспаться. — Не-е-е-ет, — Зафырчала Шираюки, отворачивая голову, но тут же снова обернулась, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Голова зашлась кругом, не сразу давая понять, что она не перестала подчиняться силам притяжения, а просто оказалась у Зена на руках. — Отпусти меня. — Сердито попросила она, однако в глазах Зена это выглядело детским ребячеством. — Донесу до твоего номера и отпущу. — Нет, сейчас отпусти. — Шираюки готова была бодаться с ним, прижавшись лбом к его щеке, но при этом все равно сцепила руки за его шеей, чтобы не упасть. — Ой. — И чего это ты делаешь? — Поудобнее взяв ее под коленями, спросил Зен. — Ты колючий. — Шираюки изо всех сил попыталась совладать со своим пьяным мозгом, но все равно не смогла устоять перед желанием — тыкнуть пальцем в щетинистую щеку Зена. — М-м-м-м? — Изогнул брови дугой Вистериа. — Я просто не успел побриться сегодня. Торопился к тебе, чтобы позавтракать вместе. — Буду звать тебя ежом теперь. — Пьяно засмеялась Шираюки, крепче обнимая Зена руками за шею. — Или нет. Лучше — Детективом колючкой. — Как мило. — Закатил глаза Зен, явно не расценив ее порыва. — Ты и правда безнадежный собутыльник. — Не правда… — Шираюки проглотила половину звуков, широко зевая, и сонно захлопала глазами. — Ага. Вон, глаза аж слипаются. А выпила поди бокала два. — Вообще-то три. — Шираюки выставила перед лицом оттопыренные пальцы, довольно подтверждая свои слова жестами. — А-а-а-а, ну это в корне меняет дело. — А я о чем? — Снова зевнула Шираюки. — И вообще… Хочу пиццу с грушей и кедровыми орешками. — И спать. — Добавил Зен. — Нет, — Помотала головой Шираюки, сразу же поплатившийся за это. Мир снова завертелся вокруг нее, вынуждая ее прикрыть глаза. — Спать не хочу. — Ну да, ну да. — Он легонько подул ей на лоб, смахивая таким образом со лба мешающие волосы. — Угу. — Промычала Шираюки, чувствуя, как тело постепенно становится мягким. — Не.. хочу. — Она облизнула губы, опуская голову на мужское плечо. Стало вдруг так необычайно хорошо, что в груди все зашлось приятным теплом. — Вообще-то, — Шепотом, на ушко заговорила Амбервиль уже в полудреме. — Терри встречался с Ханакой, а потом она его убила. И меня она бы тоже убила, если бы я от нее не уползла. — Сознание плавно ускользнуло от нее, погружая в приятный мрак, а разум разукрасил его яркими картинками, заставляя путать реальность с чарующим сном. — Что? — Зен остановился в метре от нужного ему номера, окидывая Шираюки взглядом, но уже слишком поздно. Она мирно сопела у него на груди, причмокивая губами, и явно не намерена была ничего ему объяснять в таком состоянии. — Мда, Феня. С тобой только в разведку ходить.