Часть 1

Дейзи       Мы сидим на теплом пледе, расположившись на пикнике на заднем дворе Макса. Красивый привычный вид на мой же дом, а у ног еда, которая всё равно мне недоступна. Рядом он. Нет, ОН. Рядом с ним замирало сердце, в животе щекотало, а бессмертие казалось мне таким живым. Я пила этот ураган чувств рядом с Ним…       — А потом она просто взяла и без спроса стала наносить мне грим, — пробурчал Макс, взмахивая руками, — а я ведь даже не успел предупредить, что мне противопоказано масло чайного дерева…       Он продолжал распинаться, а я кивала, будто мне есть до этого дело. Снова о своем пустом. Я сама не знаю чего жду от него. Неловких шагов? Это давно в прошлом, мы близки настолько, что близость просто приелась. Робкого поцелуя? Один взгляд на эти губы раньше у меня вызывал желание любить их не переставая, а вдобавок впиться Максу в шею.       — Ты только представь, что было бы, если бы состав крема был другой!       Раздражение. Я гляжу на губы, которые произносят эти глупые слова, и не чувствую ничего, кроме негодования, усталости и… Равнодушия. Оказывается, мне совсем неприятно здесь находиться.       Я поправляю волосы, нарочно улыбаюсь сильнее, чем следовало бы в реакции на эту болтовню. Неловко. Разве с любимым бывает неловко? Мило и неуклюже, наверное, да. Но это такая противная неловкость, она же в самом воздухе, или он её не видит?       — Мне повезло, что она моя фанатка. Она тысячу раз извинилась и попросила сделать селфи. Фанатки запустили челлендж #МАКСИиселфи, каждая из них старается быть со мной максимально близко.       Может быть он пытался вызвать у меня ревность этой фразой, но напоролся на очередную порцию негодования. Правда, оно всё ещё спрятано за моим застенчивым взглядом в никуда. Но оставить это просто так я не могу, иначе я не Дейзи О’брайен.       — Как это понимать максимально близко, — тараторю я на повышенных тонах, — и ты так спокойно об этом говоришь мне, твоей девушке? Как ты им вообще позволяешь подходить к себе даже на полметра, когда самая близкая для тебя — я, Макс! Надеюсь, я не переигрываю. В последнее время он как будто специально выводит. Может быть моя агрессия кажется ему единственным подтверждением того, что мне не всё равно? Я так не думаю. Наш роман всегда был ярким. Яркими были мы — звезда модных журналов и красавица-певица, по совместительству вампирша. Яркими были наши свидания — мы прятались от родителей, прогуливали уроки, сбегали от влюбленных в нас Марелин и Мирко, которые пытались заявить на нас какие-то права. Яркими были наши моменты страсти — мы растворялись друг в друге, мы ждали момента соприкосновений, поцелуев, объятий. Незабываемыми были наши ночи — мы проводили их как в последний раз, горячо, задорно, душно, слишком приятно.       И слишком громкими были наши конфликты. Одни были короткими вспышками гнева наших пылких характеров, которые мы гасили друг в друге. Другие превращались в длительные обиды, но мы всегда возвращались к отправной точке. Я, Он, кровать, вспышка, взрыв… И снова будто не было моих оглушающих криков и его обидных слов.       — Я же ничего не сделал! Почему ты молчишь, Дейзи! Чем я это заслужил? — забавно сокрушался Макс. Оказывается, он уже какое-то время разгонял тему с поклонницами, пока я пребывала в своих мыслях. Стоит поступить по-умному, сделать проще. Извиниться и избежать бессмысленных обид. Хотя эта заварушка началась с него. Пытаться понять его мотив или напрасно не тратить время и сработать по проверенному сценарию?       — Прости-прости, ты же знаешь, как я боюсь тебя потерять! — достаточно убедительно вышло у меня невинно начать его умолять, — Эти твои поклонницы вечно ошиваются вокруг тебя, о чем мне тогда думать, как не о том, что однажды моё место может занять другая…       — Ты всегда будешь для меня на первом месте. Моя красотка! Сладкая девочка, сочная девочка, — его голос становится более томным, а рука медленно ложится мне на бедро, — моя неотразимая. Мы же прекрасно смотримся вместе! Когда я иду по улице с тобой, все конечно оборачиваются на меня, но и не меньше они смотрят на тебя, — его ладонь сильнее сжимает мою ногу, пытаясь протиснуться куда-то выше, — Дейзи, как ты не понимаешь! С твоей фигурой нельзя переживать о других, ведь это им надо переживать, что я не достанусь им из-за твоих ножек…       Макс громко выдыхает мне последнюю фразу в шею. И я снова это чувствую. То, что преследует меня последние пару месяцев. Нет, это не желание укусить его, что очень странно, ведь мы, вампиры, не можем не хотеть укусить того, кто нам нравится. Нет, это не следы остывшей влюбленности, которые бы разожгли во мне более взрослое желание. Я чувствую, что он играет со мной. Видимо, не зря я уже долго думаю, что я для него просто красивая игрушка, приложение к известной фотомодели Максу де ла Торре.       И тут он целует меня. И это не поцелуй любви, не поцелуй страсти. Это наглое поедание моих губ. Я по инерции отвечаю на это наглое вторжение, пока его руки стремятся мне под кофту. Ему снова нужно моё тело, в его самых откровенных гранях. Макс своего добился. Спровоцированный им конфликт повел нас по «стандартному» сценарию примирения в постели. И хоть на дворе ранний вечер, он уже посапывал на своей кровати. Никаких объятий или теплых слов, откровенных разговоров с оголенной душой и оголенным телом. Он даже не проводил меня. Я вылажу из-под одеяла, собираю разбросанную по комнате одежду, медленно одеваюсь. Я даже не хочу спускаться по лестнице, вылечу из окна. Мне нужно подумать.       Когда всё стало таким? Когда Он стал таким? Или так было всегда, а я была слепа?       Какой же он… Одним словом — Макс. Только теперь это имя не провоцирует в душе безмерный трепет.       Макс… Нужно подумать. Оттолкнувшись посильнее, я врываюсь в вечерний полет…