4 глава. 2 часть.

Они выбрались из тоннелей на рассвете, едва успев перевести дух. Воздух был пропитан гарью, а над руинами «Улья» висело багровое зарево. Роза, опираясь на Дмитрия, смотрела на дымящиеся руины. Её рана на бедре пульсировала, но боль казалась ничтожной по сравнению с тем, что они оставили под землёй. — Он всё ещё там, — прошептала она, сжимая в руке чип с данными, вырванный из терминала Коваля. — Аня... она знала. Всё это время знала. И не просто знала , а помогала ему.. Дмитрий молчал. Его лицо, испачканное копотью и кровью, было каменным. Только дрожь в руке, обхватывающей её талию, выдавала внутреннюю бурю. —Они использовали Лиду, — он проговорил наконец. — Оживили её тело, чтобы сломать меня. Роза прижалась к нему, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с её собственным. Вдали раздался рёв двигателей — дроны Коваля уже патрулировали периметр. — Нам нужно двигаться, — она потянула его за собой, но он остался на месте. — Куда? — его голос звучал пусто. — Каждая победа Коваля — это новая ловушка. Мы лишь пешки. Она схватила его за лицо, заставив встретиться взглядом: — Ты не пешка. Ты — единственный, кто может его остановить. – сказала Роза, целуя в щеку. И вместе с Дмитрием двинулись. Они добрались до заброшенной церкви на окраине зоны поражения. Под алтарём Роза нашла тайник, оставленный её отцом: оружие, медикаменты и старый журнал с записями. — «Протокол „Рассвет“...» — она листала пожелтевшие страницы. — Отец разработал антивирус. Но для активации нужен исходный код „Искры“. Дмитрий сидел на ступенях, разбирая автомат. Его взгляд упал на фотографию в журнале: он, молодой и без шрамов, рядом с отцом Розы и группой солдат, среди которых был и Коволь.. — Мы были союзниками с Ковалем, — он провёл пальцем по снимку. — Пока Коваль не подставил нас. Твой отец хотел меня убить, чтобы скрыть правду. Роза закрыла журнал. В её глазах горело понимание: — Он пытался защитить тебя. Как и меня. Внезапно дверь церкви распахнулась. На пороге стояла Аня, её механический глаз светился ядовито-зелёным. — Мило́е воссоединение, — она бросила на пол окровавленный жетон с гравировкой «Когти Ворона». — Ваши союзники мертвы. Остались только вы. Дмитрий вскинул автомат, но Аня лишь рассмеялась: — Стреляй, герой. Но сначала посмотри. Она щёлкнула пальцем, и голограмма показала лагерь «Когтей», объятый пламенем. Среди трупов мелькнуло лицо Миши — того самого мальчика, которого Роза не смогла спасти. — Ты... — Роза шагнула вперёд, но Аня выхватила пистолет. Прицеливаясь. — Коваль дал мне выбор: быть жертвой или оружием. Я выбрала второе, — её голос дрогнул. — А ты, сестрёнка, всё ещё играешь в героизм. — Сестрёнка? — Роза замерла. Она не понимала, что это означает, неужели.. Аня сорвала воротник рубахи, открыв шрам в форме розы — точь-в-точь как у Розы. — Папа не рассказал, да? Мы с тобой из одного пробирки. Но он выбрал тебя. Меня же выбросил, как брак. Дмитрий выстрелил. Пуля прошла сквозь голограмму Ани — это был проекция. — До скорого, — её смех растворился в эхе. — Коваль ждёт вас в сердце „Улья“. Роза молчала весь путь к руинам. Дмитрий, обычно сдержанный, первым нарушил тишину: — Если антивирус сработает... это убьёт тебя. „Искра“ вшита в твою ДНК. — Знаю, — она не замедлила шаг. — Но если я не сделаю это, Коваль превратит всех в кукловодов. Смерть не страшна, если моя смерть означает мир во всем мире, то я лучше умру Он схватил её за руку, развернув к себе: — Я не позволю тебе умереть! — Ты не имеешь права решать за меня! — она вырвалась. — Это мой выбор. Как когда-то твой — спасти меня в Лугославске. Он прижал её к груди, игнорируя её попытки вырваться. Его губы нашли её, и этот поцелуй был обещанием, мольбой и прощанием. — Тогда мы сделаем это вместе, — прошептал он. Немножко передохнув, они двинулись в путь, они почти не разговаривали, шли не останавливаясь, каждая секунда была дорога. Лаборатория Коваля уцелела. В центре зала стоял он сам — его тело было сшито из металла и плоти, а глаза светились красным. — Розочка! — он раскрыл руки, как отец. — Ты наконец пришла за своим наследием. — Наследие? — она выхватила чип с антивирусом. — Ты украл всё, даже свою человечность. Ты же был хорошим! Как ты мог стать этим..? Коваль засмеялся. Стены зала ожили — десятки киборгов с детскими лицами окружили их. - Спросишь у своего отца, очень скоро, дорогая – сказал Коваль, улыбаясь, или в подобие улыбки.. — Запускай антивирус, — сказал Дмитрий, вставая спиной к ней. — Я прикрою. Роза вставила чип в терминал. Экран вспыхнул: «Активация „Рассвета“... 10%...» Киборги атаковали. Дмитрий стрелял, отступая к ней. Она видела, как пули рвут его плоть, но он не падал. — 70%... Аня появилась из тени, лезвие направлено в спину Розы. Дмитрий бросился вперёд, приняв удар на себя. — Нет! — закричала Роза. — Завершай! — он упал, сжимая окровавленный живот. «100%. Уничтожение „Искры“ активировано». Взрыв света заполнил зал. Киборги рухнули, а Коваль закричал, его тело рассыпалось на части. Роза подползла к Дмитрию. Его рука дрожала, касаясь её лица. — Прости..., я не смог сдержать свое обещание, встретить рассвет после окончания войны.. — Нет! Ты не умрёшь! — она прижала его ладонь к своей щеке. — Не смей! Он улыбнулся, и его рука обмякла. Слезы жгли глаза, сунув его жетон в карман, в последний раз поцеловав его, она встала. Нужно уходить.. Эпилог: Рассвет без него Роза вышла на поверхность одна. Небо, очищенное от дыма, было кристально-синим. В руке она сжимала его жетон. Аня, искалеченная, но живая, лежала у входа. — Зачем... ты спасла меня? — прошипела она. — Потому что ты — моя сестра, — Роза протянула руку. — И нам ещё есть за что бороться. Где-то вдали, в руинах, запел ветер — словно чей-то знакомый голос.