Навеяно готикой.

      Здесь давно никто не живёт. Каменные стены этого замка встречают молчанием каждого, кто осмелится войти. От них веет холодом. Стекла в окнах почти все выбиты или треснули. Через них сквозняк врывается в дом и по-хозяйски развевает рваные грязные занавески, гоняет по старому паркету сухие листья, что влетели в открытые двери, поднимает с обветшалой мебели вековую пыль. Ветер здесь завывает от одиночества, как побитый пёс. Невероятные узоры паутин свисают по углам, словно рождественские украшения, покачиваясь при малейшем движении воздуха. Двор выглядит не менее заброшенным. Он завален сухими ветками. Кустарники уже десятки, а может, и сотни лет никто не стриг. Лишь один розовый куст почему-то продолжает цвести, выделяясь ярким пятном в этом богом забытом месте. Возможно, этому растению не требуется уход, а может, всё же за ним кто-то присматривает. Тот, кому не всё равно. Тот, кому дорог этот цветок. Вероятно, как воспоминание об утраченном. Здесь ни души, кроме той, что под пологом ночи слоняется по пустым коридорам замка, скрипя старыми дверными петлями и ступенями большой лестницы. Это заблудшая душа. Возможно, когда-то жившая в этом замке и по какой-то причине отказывающаяся его покидать. У неё нет чётких очертаний, и совершенно невозможно понять, кому она принадлежит. Ясно одно — это абсолютно одинокая сущность, которая держится за это место, не желая уходить в мир иной.