Глава 1

Глава 1.

- Ты мог хотя бы предупредить нас? Как ты мог так поступить с Гермионой? Вы поэтому развелись? Ты все это время изменял ей? – Гарри с полными ужаса глазами ходил по своему кабинету в попытках достучаться до своего лучшего друга. – Когда это все началось? Как ты вообще сошелся с этой Лавандой? - Гарри, ну я не знаю, как так вышло. Она залетела чуть ли не на первом свидании. А я так давно мечтаю о полноценной семье, детях. Она согласна жить в Норе и смотрит мне в рот. И я не изменял Гермионе. Мы с Лавандой столкнулись в Дырявом котле за месяц до подписания бумаг о разводе. Я уже не жил тогда с Мионой. Так что измены не было. – по крайней мере с Лавандой я ей точно не изменял (про себя хмыкнул Рон, но вслух этого говорить, конечно же не собирался). - Ты должен с ней поговорить до того, как Скитер накатает статейку о вашей помолвке. – на этих словах в кабинет влетела сова с Пророком, скинула газету на стол и сразу вылетела дальше. - Вот черт! – в один голос произнесли мужчины, увидев заголовок на первой странице газеты. - Откуда они так быстро все узнали? Ресторан был закрыт для нас, официанты подписали бумагу о неразглашении. Рон, скажи мне, что это не ты все так быстро разболтал Рите? Рон не успел даже рта открыть, как в кабинет залетел патронус в форме лошади и голосом Джинни Поттер начал кричать на него: - Рональд Уизли, как посмел ты продать фотографии в пророк! Как посмел ты так подставить Гермиону! Не попадайся мне на глаза, если не хочешь получить мой фирменный летучемышиный сглаз. Гарри, - сменив гнев на милость, продолжила Джинни - тебя ищет Хорек. Что-то срочное. Свяжись с ним, пожалуйста, а то этот грызун так и не научился вызывать Патронус. На этом сообщение закончилось, патронус исчез, а в кабинете возникла слишком громкая тишина. Рон, посмотрев на Гарри, молча вышел из кабинета и поспешил убраться подальше от главного аврора, пока хуже не стало. Он так спешил, что не заметил, каким испепеляющим взглядом его провожал второй заместитель Главы Аврората Драко Малфой. *** - Второй этаж. Отдел магического правопорядка, - провозгласил заунывный голос лифта. Кабинка дернулась и остановилась. Двери со скрежетом открылись, выпуская спешащих на работу авроров, следователей и криминалистов. Гермиона молча вышла из лифта, кивнула головой секретарю на входе, прошла через фонтан из гибели воров, который был установлен во всех отделах министерства первым указом Гарри Поттера, и направилась в свой кабинет в конце коридора. Защитные заклинания узнали свою хозяйку и пропустили ее без каких-либо проблем. Снимать их она пока не планировала, так как не хотела, чтоб через минуту к ней в кабинет вбежали все страждущие и небезразличные к ее «горю». - Пока не выпью хотя бы еще одну чашку кофе, никуда и ни к кому идти не планирую, ни с кем говорить не собираюсь. Меня нет, - рассуждала она вслух, делая глоток отвратительного кофе из министерской столовой. В кабинете, заполненном книгами и древними фолиантами, царила тишина и гармония. Светлые стены, панорамное зачарованное окно, благодаря которому в кабинете было всегда солнечно (за исключением тех дней, когда на душе скребли кошки, а за окном лил дождь, как из ведра). На удивление окно-тв показывало лишь тучи, хотя Гермиона была уверена, что будет проливной дождь с грозой. Видимо, эта ситуация с Роном не так сильно ее задела, как ей самой казалось. - Гермиона, открой дверь! Я знаю, что ты уже в кабинете. Твой значок отметился на входе 20 минут назад, - Гарри нетерпеливо стучал в дверь. Легкие нотки паники уже сквозили в его голосе. - Грейнджер, у нас новое дело. Поднимай свой зад. Я куплю тебе нормальный кофе по дороге. - Малфой, вот с кофе и надо было начинать, - сказала она, открывая дверь. – Пошли. - Вообще-то сначала мы идем на брифинг, - пробурчал Гарри. – В конце концов, я ваш начальник и стою тут не только для мебели. По дороге в кабинет начальника все шли молча. Благо, идти было недалеко, так что никто не успел вывести никого из себя за эти короткие пять минут пути. - Закройте дверь и наложите муфлиато, - коротко кинул Поттер и сел за свой стол, кивком приглашая своих заместителей сесть в кресла напротив. – У нас двойное убийство. Семья волшебников из Ливерпуля. Муж и жена. Молодые, тихие ребята. Соседи говорят, что были дружелюбными, переехали недавно из Лондона. Причин переезда никто не знает. Вам надо поехать, осмотреть место преступления и проверить, совпадает ли почерк с нашим серийником. На этих словах Малфой нахмурился. Это были уже тринадцатая и четырнадцатая жертва маньяка. Зацепок ноль. Улик ноль. Только вырезанная руна смерти на левом предплечье жертв. - Гарри, отправь Симуса вместо меня на тренировку новобранцев. Нельзя им давать поблажку в первый же день. Пусть Финниган их погоняет хорошенько, пока мы будем в Ливерпуле. Приоритеты. Гермиона никогда не любила, когда что-то шло не по плану. А еще она очень любила эту самую первую тренировку новичков. Да и выпустить пар ей было сегодня очень нужно. Но жизнь (или вернее в этом случае смерть) вносит свои коррективы. - Симус уже в зале. Не переживай, Миона. Ты успеешь вернуться с выезда к моменту дуэлей. Малфой, - продолжил Поттер устало, - ты опять искал меня через мою жену. Когда уже ты попросишь кого-то научить тебя вызывать патронуса? Сколько можно пользоваться каминами и совами? Чтоб сегодня же нашел себе кого-то компетентного и начал обучение. Через месяц жду от тебя радостное известие в форме хорька! – ухмылку от этих слов можно было заметить из космома. - Поттер, я бывший Пожиратель Смерти. Мы не можем вызывать патронуса. Ты же знаешь это не хуже меня! - Нотт умеет. И Блейз умеет. Даже Паркинсон умеет, от чего я до сих пор в шоке. Так что забудь об этой отговорке. Ладно, - вздохнул он, - портал к дому жертв готов. Жду вас с отчетом в четыре часа. Гермиона, ты можешь оттуда сразу возвращаться на тренировку. Малфой не развалится, если сам сделает отчет. На этих словах он достал из кармана шкатулку, в которой лежал портал в форме ржавой кружки. Авроры переглянулись, взялись за него, вместе произнесли «портус» и исчезли в известном направлении. Поттер снял очки, потер переносицу и тяжело вздохнул. Этот день уже просто не мог стать хуже.