Глава 10

Глава 10.

- Герми, вот скажи мне, как можно испортить сраные макароны с сыром? Я вернулся с тренировки, голодный, как гриндилоу, а ты не удосужилась даже нормальный ужин приготовить! Рон с силой толкнул Гермиону в спину. - Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю. - Рон, прекрати меня шпынять. Не боишься, что я в ответ тебе тоже наваляю? - Ты? Да ты же кроме как размахивать палочкой, больше ничего не умеешь! А без нее, ты сопливая девка, - с этими словами он схватил ее за волосы и швырнул в дверной проем. - Вставай, идиотка. Пора исполнять супружеский долг! - Рон, остановись. Ты же не такой. Что с тобой случилось? Куда делся мой заботливый лучший друг? Что с тобой стало? – стонала ведьма, пока по виску бежала кровь, а голова кружилась от сильного удара о дверной косяк. - Заткнись и хватит пачкать своей грязной кровью мою квартиру! Закрыла рот и встала на колени, грязнокровка! - Милый, пожалуйста. Ты же разбил мне челюсть. Я не могу сделать то, что ты просишь. Мне больно, - скулила Гермиона, приходя в ужас от того, в кого они превратились. - Не можешь? Или не хочешь? Империо, тварь. А теперь соси так, будто мой член – это самое вкусное сахарное перо в твоей жизни. Гермиона даже не кричала, когда проснулась. Она прекрасно понимала, что вмешательство Малфоя вызовет очередной флэшбэк этой ночью. Выпив оставленный Малфоем стакан воды и проверив, что на часах уже семь утра, она быстро привела себя в порядок и отправилась в спортзал. Никто больше не смел говорить ей, что без палочки она не может ничего. Никто. *** Малфой проснулся с восходом солнца и пытался собрать свои мысли воедино. - Рыжий ублюдок явно что-то делал с Грейнджер. Но как? Она ведь одна из сильнейших и умнейших людей в этом мире. Как она могла позволить, чтоб ее били и унижали? И почему Поттер никак не пресек действия этого урода? Неужели не знал ничего. С этими мыслями он направился в душ. Все утро у него не выходило из головы то, что он увидел в ее воспоминаниях. Где-то на задворках сознания начала возникать мысль, что он бы хотел иметь возможность оградить эту сумасшедшую ведьму от всех проблем. Он чертыхнулся, когда понял, что Гермиона занимает все его мысли последнюю неделю. - Не к добру это. Ой, не к добру. Решив, что ему нужно спустить пар, он отправился в спортзал, чтоб избить грушу в пыль и успокоиться. *** Зал авроров был как всегда пуст в это время дня. Гермиона прошла в раздевалку, переоделась и решила, что сегодня хотела бы побоксировать. Замотав руки и собрав волосы в высокий пучок, она прошла к снаряду, который своими рыжими резиновыми волосами очень напоминал ей бывшего мужа, и начала методично наносить удары по всей фигуре манекена. - Это тебе за разбитую челюсть, - удар пришелся ровно в середину подбородка. – Это за сломанные ребра, - панч пробил бы дыру в ребрах, если бы манекен не был зачарован. – Это за многочисленные сотрясения, - не унималась ведьма и избивала голову рыжей фигуры. - Ты так убьешь нашего Филла, ведьма, - Малфой был удивлен, увидев пьянчужку так рано утром в зале. Еще больше поразила ярость, с которой Грейнджер наносила удары по тренировочной фигуре. - Тренируйся молча и не мешай. Я его потом восстановлю. Не впервой, - огрызнулась Гермиона и продолжила избиение. - Какие мы зубастые с утра пораньше, - ухмылялся блондин, - может, спарринг, раз мы оба тут ни свет ни заря? - Не боишься? Сегодня нас некому разнимать? - О великая золотая девочка, я не боюсь мелких зверушек. Давай, пошли на ринг. Гермиона лишь на секунду задумалась, а потом решила, что избить хорька тоже было бы неплохим началом дня. В следующие двадцать минут между ними развернулся самый фантастический бой из всех, в каких до сих пор доводилось участвовать Драко Малфою. Без всяких веревок и перчаток. Без секундантов и судей. Без гонга, который разводил бы противников по разным углам ринга, без передышек, когда ты несколько секунд можешь освежаться водой и нюхательной солью, без полотенца, которым можно отереть заливающую глаза кровь. И тут Гермиона осознала, что она бьется не на жизнь, а на смерть воспоминаний. Все тренировки, все годы, проведенные в удушающих отношениях, все спарринги и весь опыт дуэлей соединились вдруг, чтобы вдохнуть в нее силу. Такого прилива адреналина она не испытывал никогда прежде. Авроры отступили назад и сделали передышку, оценивая тем временем противника. Гермиона ухитрилась провести чистейший правый хук в челюсть Малфоя, после которого у нее осталось ощущение, что она отбила себе кисть, и от которого хорек должен был свалиться на пол, как мешок. Костяшки пальцев были все в крови, на лице белокурого аврора виднелись красные пятна и шишки, но ударов он, казалось, даже не замечал. В следующий момент Драко провел левый хук в бок ведьмы. Это был его второй за весь бой удар, попавший в цель. Ребро треснуло, Гермиона почувствовала резкую боль, пронзившую тело. Она попытался отступить, но зацепилась за что-то из раскиданного на полу хлама и упала навзничь. Драко не спешил продолжать поединок. Он протянул ей руку, чтоб помочь подняться. Но Грейнджер потянула его и уложила на лопатки. Боль от треснутого ребра мешала здраво мыслить. Она оседлала противника и собиралась нанести еще один удар в челюсть, как вдруг Малфой схватил ее за волосы и затянул в агрессивный поцелуй. Он толкнулся языком ей в рот. От неожиданности, ведьма ахнула и ответила на поцелуй. Следующие пятнадцать секунд их бой продолжался уже совсем в другой плоскости. Их языки вели свой личный спарринг, руки блуждали по телу друг друга, а разбитые лица и тела заставляли стонать, но уже больше от возбуждения, чем от боли. Драко схватил ее за талию, от чего Гермиона вскрикнула. Это отрезвило их обоих. Они отстранились друг от друга тяжело дыша. - Что ты, черт возьми себе позволяешь, идиот?! - Грейнджер, прости. Я, кажется, тебе ребро сломал. Тебе надо в лазарет. - Сама разберусь, - зарычала ведьма, - не прикасайся больше ко мне, придурок. С этими словами она наложила на себя охлаждающее заклинание, резко встала и пошла в сторону министерского лазарета. Малфой лежал на матах еще несколько минут, пытаясь понять, что же черт возьми, только что произошло.