Глава 14

Глава 14.

На счастье Гермионы, Нотта сегодня на празднике не было. Этот слизеринец вообще крайне редко к ним присоединялся. Гермиона его за эти три года видела от силы раз пять. Этот кучерявый парень не вызывал к себе доверия, хоть и выглядел, как ангел. Высокий, хорошо сложенный, кучерявый с невероятно синими глазами. В него было легко влюбиться, чем он и пользовался, если верить слухам. В поместье Ноттов был проходной двор. Молодой наследник пил, употреблял и таскал туда женщин всех видов и форм. В общем, пока остальные восстанавливали равновесие в мире магии, он рушил свой собственный мир. Тяжело было поверить в то, что в остальное время он был одним из лучших ликвидаторов проклятий и тёмных артефактов. Образ жизни совсем не вязался с его видом деятельности. - Привет, Грейнджер. Гермиона вздрогнула от того, насколько близко прозвучал хрипловатый голос Малфоя. - Малфой, тебя не учили, что не стоит подкрадываться к людям, особенно, если они о чем-то задумались? - Прости, если напугал, мисс великий аврор, - хмыкнул он и пошел в гостиную. - Итак, господа и дамы, не желаете ли рассказать, по какому глобально прекрасному поводу мы собрались? Уизлета, скажи, что ты бросаешь Поттера и уходишь от него ко мне? – забавлялся Забини. Расхохотались абсолютно все. Пэнси лишь для вида слегка ударила своего мужа под ребра. Все знали, что на шутки Блейза нет смысла злиться. - Ох, милый Блейз, ну конечно. Наша тайная связь мне надоела, поэтому я обо всем рассказала Гарри, тот рассказал Гермионе, а она уже отравила твой стейк. Приятного аппетита, - подмигнула рыжая ведьма и заливисто засмеялась. - Раз мы все выяснили, кто с кем и почему, позвольте все же утолить ваш интерес. Мы с моей невероятной женой собрали вас здесь для того, чтоб объявить о прекрасном событии. - У нас будет третий ребенок! Девочки запищали от радости и кинулись обнимать подругу. Парни начали поздравлять Поттера и отпускать похабные шуточки о том, что ни какие контрацептивные чары не способны одолеть ген Пруэттов, и они здесь еще не раз соберутся, потому что у Поттеров наверняка будет уйма детей с таким наследием. - Раз уж мы тут делимся радостными событиями, - тихо начала Пэнси, -то у меня тоже есть сюрприз. Блейз удивленно повернулся в сторону своей жены, потому что понятия не имел, что именно она собиралась сказать. - Я беременна. У нас с Блейзом будет мини Забини-Паркинсон. - Бедная старуха-кошка через одиннадцать лет. Ваши дети сведут ее с ума с первого же дня нахождения в Хогвартсе! – воскликнул Малфой. Джинни во всю обнимала Паркинсон, а парни пытались привести в чувства Забини, который явно был невероятно удивлен таким поворотом событий. Сложно было поверить, что заместитель главного целителя в Мунго не заметил беременность собственной жены. Гермиона смотрела на эту картину и не могла заставить себя перестать думать о том, что ей сказали все три маггловских врача, к которым они ходили в рамках расследования, а затем подтвердили колдомедики в Мунго, куда она пошла уже за ответами для самой себя. Она никогда не сможет испытать подобного счастья, потому что Гермиона Грейнджер, героиня войны, Золотая девочка и самая умная ведьма столетия была настолько глупа, что позволила своему мужу лишить ее даже малейшего шанса забеременеть. Она стояла в углу гостиной, широко улыбалась, а в глазах блестели слезы, которые она планировала выдать за слезы счастья за своих друзей. - Грейнеджер, пойдем во двор. Не хочу курить в одиночестве, а такая концентрация счастья меня скоро превратит в пуффендуйца. Гермиона молча последовала за Малфоем. - Будешь? – протянул он ей сигарету. - Давай. Она взяла вишневую сигарету Драко, подкурила ее беспалочковой магией и сделала долгую и глубокую затяжку. - Никогда не понимал этой тяги к размножению, - начал издалека свой разговор Малфой. - Ты? А как же чистокровный наследник, священные двадцать восемь и вся прочая идеологическая чепуха, в которой тебя растили? - Грейнджер, я вырос. Не все, чему меня учили, оказалось правдой. Поэтому, смею предположить, что наследника можно не только родить в договорном браке, но и взять, например, из приюта, дать свою фамилию и растить достойным магом. - Ты же женишься скоро. Твоя невеста в курсе, что ты не планируешь рожать с ней детей? – вскинула бровь грифиндорка. - Астория не сможет мне родить ребенка, потому что на ней семейное проклятие. Если она забеременеет, то умрет еще до родов. И зачем мне это? - А ты молодец, Малфой. Благородно. Не думала, что ты согласишься жениться на той, кто не сможет подарить тебе наследника. - Грейнджер, я женюсь на Астории, потому что мой идиот отец заключил с ее идиотом отцом нерушимый контракт. Я все еще не нашел ни единой лазейки, чтоб его расторгнуть. Поэтому, мне придется жениться и прожить с ней пять лет. - Веселая жизнь у вас, конечно, в аристократии. Уверена, лазейка в твоем контракте есть. Просто, она тебе не нравится, - ухмыльнулась ведьма, поняв, что весь этот разговор был для того, чтоб отвлечь ее от невеселых мыслей. - Не зря ты умнейшая ведьма столетия, Грейнджер. Лазейка есть. Если у меня родится ребенок вне или до брака, то он будет автоматически расторгнут. Но я не готов делать ребенка случайной женщине и обрекать его на жизнь бастарда ради того, чтоб просто не жениться на младшей Гринграсс. - Ладно, согласна. Вариантов особо нет. Докурив, они одновременно испепелили магией окурки и вернулись в гостиную, где остальные во всю праздновали сразу две беременности. - Мне нужно выпить, - пробормотала Гермиона тихо себе под нос. В эту же секунду перед ней появилась рука с бокалом огневиски. - Малфой, ты сегодня на шаг впереди весь вечер. Еще немного, и мы с тобой станем лучшими друзьями, - подмигнула ему Грейнджер и с благодарностью взяла бокал. Уизли стоял и с довольной ухмылкой наблюдал за тем, как Гермиона, под действием артефакта, начинает сближаться с тем, кого ненавидела всю жизнь. Еще немного, и она влюбиться в хорька, который никогда не посмотрит в ее сторону. Он разобьет ей сердце фигурально, артефакт разобьет буквально, и она умрет от практически маггловской болезни «синдром разбитого сердца». Очень поэтично и практически, как в ее любимых романах. Фактически, она умрет от руки Малфоя, так что он никак не нарушает данный ей Обет. Никто и никогда не сможет доказать, что это Рон убил ту, кого когда-то любил больше жизни, а теперь ненавидит так же сильно. Правда, причин этой ненависти он так найти и не смог. Но это и не важно. Важно то, что скоро ее не станет, и он наконец-то сможет вдохнуть спокойно.

***

Было уже далеко за полночь, когда шумная компания решила, что пора расходиться. Пэнс и Блейз ушли первые, потому что новоиспеченный папаша горел желанием вернуться поскорее домой и обласкать свою беременную жену так, чтоб она прочувствовала каждым кусочком души и тела, насколько счастливым его сделала новость о том, что у них скоро будет ребенок. Рон ушел вслед за ними, потому что его уже ждал МакЛагген в своем магазине артефактов. Сегодня он впервые должен был составить ему компанию в его загадочном деле. Гермиона отправила Джинни и Гарри домой, потому что подруге надо отдыхать, а порядок она наведет сама: магия и Кикимер ей в помощь. Драко решил остаться и помочь своей напарнице, отношение которой очень потеплело к нему за этот вечер, чему он был бесконечно рад. Уборка проходила под легкую музыку, которую Грейнджер включила на проигрывателе Сириуса. Она пританцовывала и выглядела невозможно красиво, когда легко улыбалась каким-то своим мыслям. Ни следа грозного аврора в ней сейчас не было. Перед Драко стояла улыбчивая молодая девушка, которая широко улыбалась, глядя прямо ему в глаза. Стоп, что? - Грейнджер, ты выглядишь, как чеширский кот. У тебя все хорошо? Что за сумасшедший оскал? – удивился виду ведьмы блондин. - Мал-фой, - медленно пропела кучерявая колдунья, протягивая к нему руку, - это моя любимая песня. Потанцуй со мной. Драко не понимал, что происходит, но соблазн вновь почувствовать Гермиону в своих объятиях был настолько велик, что он откинул тревожащие его сигналы в сторону, и просто притянул девушку в свои объятия. Он так резко дернул ее за руку, что она ударилась об его твердую накачанную грудь и на долю секунды даже забыла, как дышать. Запах лимона и хвои заполнил ее легкие, а голова начинала кружиться от выпитого алкоголя. Малфой легко провел рукой по спине от шеи до талии, будто ласкал каждый ее позвонок. Он слегка опустил голову и вдохнул запах волос ведьмы, легко поцеловав ее в макушку. Гермиона не могла пошевелиться. Сердце билось отчаянно, а ноги стали ватными от столь простого, но при этом абсолютно интимного действия. Он начал медленно двигаться с ней под музыку, тихо нашептывая текст ей на ухо, от чего у ведьмы бегали мурашки от макушки до самых пяток. Драко аккуратно поцеловал ее в висок, медленно спустился губами по щеке и остановился в уголке ее губ, как бы спрашивая разрешения. Гермиона задержала дыхание, но незаметно кивнула ему. Поцелуй был медленным и тягучим. Малфой не торопился и не давил, будто хотел поцеловать ее в самое сердце. Он провел кончиком языка по ее губам, от чего Гермиона слегка удивленно ахнула, приоткрыв рот. Блондин воспользовался возможностью и углубил поцелуй, не переставая гладить кучерявую ведьму по спине невесомыми движениями. Гермиона подняла руки и обхватила его за шею, запустив пальцы в невероятно мягкие волосы. Тихий стон сорвался с губ авроров одновременно. - Драко, - прошептала ведьма ему в губы. - Молчи, Грейнджер. Пожалуйста, просто заткнись, - так же тихо ответил ей напарник. Он продолжил исследовать ее кожу губами, медленно скользя по шее до самых ключиц. Гермиона закатила глаза от удовольствия и откинула голову, давая некогда школьному врагу лучший доступ к своей шее. Драко лизнул выступающую жилку на ней и слегка прикусил ее, вызвав очередной стон у девушки. Его правая рука спустилась к краю платья, в то время, как левая теснее прижимала к нему девушку. Гермиона гладила его по груди и плечам, выгибаясь на встречу умелым ласкам мужчины. Малфой усадил девушку на высокую столешницу и, нагло раздвинув ей ноги, устроился поближе к телу ведьмы. Гермиона уже чувствовала, насколько возбужден, стоящий в ее ногах мужчина. Она непроизвольно терлась об его торчащие штаны, пытаясь найти нужный угол. Разум ведьмы был затуманен феромонами и алкоголем, но что-то в происходящем зудело у нее в голове несформировавшейся тревожной мыслью. - Драко, пожалуйста, - тихо всхлипнула ведьма, пытаясь то ли остановить его, то ли заставить действовать более решительно. - Останови меня, - прошептал он в ее губы, пока рука несмело выводила узоры на внутренней стороне бедра. – Скажи мне прекратить, - продолжал он, пока его пальцы отодвигали сторону ее белье. – Гермиона, последний шанс. Пожалуйста, останови меня, - молил он, когда его средний палец вошел в нее. Где-то на краю своего сознания Гермиона понимала, о чем он ее просит. Она хотела сказать «нет», но каждый раз, открывая рот, из нее вылетало только «Драко, пожалуйста». Она не понимала, почему не может ему отказать. Тело предательски отдавалось красивому слизеринцу, пока разум кричал, что все не так. В тот момент, когда он начал большим пальцем ласкать ее клитор, а внутри у нее уже было три его пальца, она резко распахнула глаза, взяла лицо Малфоя двумя руками и очень громко повторила вновь. - Драко, пожалуйста, - уже практически кричала ведьма. Возбужденный мозг аврора не сразу понял, что происходит. Но инстинкты начали прорываться через пелену эмоций. - Грейнджер, в чем дело? – он медленно убрал свою руку и немного отодвинулся от ведьмы. – Тебе больно? Гермиона мотала головой, не понимая, как объяснить ему, что происходит. Их дыхание уже выровнялось, тишина была тяжелой, а взгляд Малфоя прожигал в ней дыру. - Малфой, я не знаю, что происходит, - тихо сказала ведьма. – Извини, мне нужно домой. Она быстро проскочила к камину, взяла летучий порох и исчезла в зеленом пламени, пока Драко стоял, пораженный молнией, и не мог осознать происходящего. - Что за чертовщина сейчас была? – пробубнил он. – Кикимер, - с громким хлопком появился эльф. - Благородный наследник дома Блэков, Кикимер приветствует Вас, - начал кланяться ему домовик. - Убери тут все и наведи порядок, - приказал ему Драко. - Конечно, господин. Все будет сделано в лучшем виде. Малфой еще раз окинул взглядом гостиную, поправил ставшие тесными брюки и так же быстро исчез в камине, как и сбежавшая от него ведьма. - Так и надо этой грязнокровке, - ворчал Кикимер, пока убирал гостиную. А портрет Вальпурги, которая видела, как проходил ритуал в библиотеке, молча соглашался с домовиком.