Пролог

​В тёплом свете камина Элионора, едва научившаяся сидеть, радостно хлопала в ладоши, наблюдая за танцем теней на стене. Её мать, с ласковой улыбкой, тихо напевала колыбельную, поглаживая волосы дочери.​ Отец поднялся с кресла, направляясь на кухню:​ — Я принесу нам чаю.​ Но не успел он сделать и нескольких шагов, как дверь с грохотом распахнулась. В проёме стоял Он — Волан-де-Морт. Его глаза сверкали холодной злобой, а губы изогнулись в зловещей усмешке.​ — Прячься! — крикнул отец, бросаясь вперёд, но зелёная вспышка прервала его движение. Он упал безжизненно, не успев добраться до врага.​ Мать, прижав Элионору к груди, отступала к стене, слёзы текли по её щекам.​ — Пожалуйста... пощадите её...​ Волан-де-Морт приблизился, его взгляд остановился на ребёнке.​ — Интересно... — прошептал он. — Эта малышка может пригодиться мне в будущем.​ Он поднял палочку, и ещё одна зелёная вспышка озарила комнату. Мать рухнула рядом с мужем.​ Элионора осталась одна, её глаза, один темно аквамариновый, другой серый, смотрели на убийцу без страха, но со слезами. Волан-де-Морт наклонился ближе, изучая лицо ребёнка.​ — Мы ещё встретимся — произнёс он, выпрямляясь. — А теперь, мне пора к Поттерам.​ С этими словами он исчез, оставив за собой только тишину и мрак.​ *** С тех пор ее воспитывали бабушка с дедушкой, но не из ее семьи. Из чужой. Спустя целых шесть лет старики больше не могли за ней приглядывать, и ее отвезли к ее родственнику. Правда, двоюродному. *** Небольшая карета остановилась у огромных, величественных ворот, сквозь которые дул сильный, осенний ветер. Стояла мертвая тишина, будто ничего не могло там происходить. Но тишина нарушилась открыванием дверцы, которая при этом движении лишь тихо скрипнула. Оттуда вышла маленькая, на вид хрупкая девочка, на чью спину ложились темные, почти угольные волосы. И лишь белая прядь волос приклеилась к лицу. Девочка поморщилась, но убрать ее не могла. В руках она держала небольшой но красивый сундук с различными вещами. На маленьких черных туфельках ей пришлось идти через большие лужи, пока не дошла до ворот. ‘Семь лет - возраст когда еще плачут’ Но нет, маленькая Элионора словно все понимала даже лучше взрослых. Ее лицо, с мягкими чертами лица не выражало эмоций, от слова совсем. Особняк Селвинов возвышался над землёй, словно его вырезали из мрака. Узкие окна, тяжёлые двери, камень, напитанный древней магией. Дверь отворилась прежде, чем она коснулась её. На пороге стояла тётя. Амалия Селвин. -Здравствуй, Элионора - высокая женщина, с тугим пучком на затылке и длинным шелковым платьем открыла ворота, давая девочке пройти.