Глава 5. Часть 2

Новый год пришел незаметно. В доме номер 12 на Гриммо его не ждали и не встречали. Казалось время для жителей особняка застыло. После того памятного разговора прошла неделя, Гарри продолжал учиться и выглядел абсолютно довольным жизнью, и Каллены не напоминали ему о произошедшем. Жизнь снова вошла в привычную колею. Элис привела в порядок почти все комнаты в доме. Теперь находиться в любом помещении было комфортно и уютно. Невозможно было поверить, что особняк, в который вампиры пришли под Рождество и этот дом одно и то же здание. Магия, наполнившая резиденцию Блэков, напитала не только портреты и домовика, но и само здание, которое помогало Кричеру и Элис наводить порядок и чистоту. Эльфу оставалось только восстанавливать вещи и предметы, а провидица расставляла мебель, наводя в комнатах уют и красоту. Самым любимым местом в доме для всех оказалась библиотека. Там каждый нашел для себя уголок. Зарывшись в старых пергаментах, толстенных талмудах и древних рукописях, Карлайл выбрал стол недалеко от Гарри. Эсме предпочитала сидеть на одном диване с магом. Поттер пока ничего не записывал, слушая объяснения Вальбурги и пытаясь повторить заклинания. Леди Блэк на удивление обладала неограниченным запасом терпения и могла по тысячу раз рассказывать одно и то же, поправляя Гарри. А стол магу только мешал, по большей части он стоял перед большой картиной и махал палочкой. Розали набегами появлялась в библиотеке, разграбливая ту и утаскивая в мастерскую нужные ей тома, по дороге устраивая локальный апокалипсис в отдельно взятой секции. Кричер кряхтя и возмущаясь прибирал за ней, но замечания вампирше не делал, понимал: она не со зла так делает. Освоившись в дуэльном зале и научившись обращаться со шпагой, Эмметт перебрался в библиотеку. Он все также регулярно сражался с Гарри, обучая того и давая сбросить лишнее напряжение себе и магу. Но большую часть времени теперь проводил в хранилище знаний. И если раньше его было нельзя заметить за чтением чего-то сложнее спортивного журнала, то сейчас он поглощал книжки с невероятной скоростью, устроив себе место рядом с камином и периодически следя за жизнью саламандр в огне. Здоровяк, несмотря на укоренившиеся мнение о нем, как не особо любящем учебу, был умен, очень умен, вампирская память и безграничное количество свободного времени не давали возможности остаться дураком. Но и до обращения Эмметт не был идиотом. И сейчас он изучал все, до чего мог дотянуться. Когда-нибудь пригодится. Джаспер же погряз в законах магического мира, ему казалось, что в них даже сами составители давно запутались. Многие законы противоречили другим, какие-то дублировались. А большинство отменяли сами себя. С такой правовой системой было удивительно, как Магическая Англия еще существовала. Но вампир не сдавался, он надеялся найти логику и здравый смысл в этих сборниках. Его еще ждали финансовые книги, и Джас хотел понять, за счет чего живет род Блэк. И как в Маг мире можно зарабатывать, если почти все можно наколдовать, а труд был дешевым, ведь многое заменяла магия. И так как Джаспер постоянно доставал, добавлял и открывал все новые и новые тома, то и места ему было нужно много. Постепенно он занимал все большую площадь, запрещая Кричеру убирать даже пыль со страниц. Эдвард же засел в кресле в самом темном углу, он выполнял упражнения и пытался научиться контролировать свой дар. Все книги, что были в библиотеке на эту тему он уже прочитал. И отвлекаться на другие не хотел. У него была цель и он хотел ее достичь. А маленькая провидица была везде и сразу. То она помогала Джасу, то убегала к Розали, то сидела с Эсме, а иногда наведывалась к Кричеру в кухню. Элис не хотела ничего читать, изучать, она жила настоящим. Гарри был в восторге от этого. У камина на шкуре валялся Эмметт, иногда забегала Розали целовала мужа в макушку, и захватив книгу убегала, оставляя в воздухе запах железа и масла. Джаспер, который рылся в томах, иногда чихая от пыль и выстраивая на полу, столах и других поверхностях только ему понятную схему, периодически выныривал и обводил взглядом комнату, проверяя все ли на месте и улыбался Поттеру. Эсме, неотрывно следившая за каждым действием мага, и хвалившая его за любое правильно выполненное движение и подбадривающая, если же он ошибался. Карлайл, который в любой момент был готов прийти к нему на помощь, даже если эта помощь Гарри не требовалась, и регулярно уточняющий, о его самочувствии и напоминавший о необходимости принять то, или иное зелье. Элис приносила ему перекусы, и тайно передавала, пока все делали вид, что не замечают этого, ведь есть в библиотеке рядом с такими древностями было нельзя. Лишь Вальбурга недовольно качала головой, но для нее здоровье Поттера было на первом месте, а книги защищены. В один из таких дней Джаспер, окончательно погрязнув в законах, решил уточнить у Гарри о магических браках и их нюансах. Но Поттер впервые сам слышал о таком и мог лишь разводить руками. – Честно, не знаю, а они как-то отличаются? Мои родители поженились в Министерстве Магии, может это имеется в виду? – Хм, судя по книгам там необходимы ритуалы и благословение самой магией, – поморщился Джас, потирая переносицу. – Дорогой, – вмешалась в их разговор Вальбурга, – я думала ты в курсе. – В курсе чего? О магических браках? Я жениться пока не планировал, – усмехнулся Гарри, настроение которого было замечательным. Он наконец выучил новое заклинание, а до этого здорово погонял по дуэльному залу Эмметта. – Нет, тут я уже не удивляюсь твоей неосведомленности, и в наши годы в Хогвартсе эта тема не освещалась, но я не о том, – и набравшись смелости Леди Блэк продолжила, – как я сказала, в Хогвартсе об этом не говорят, а маглорожденные даже не в курсе, что такое существует, и когда приходит время, не знают о магических возможностях в заключении брачного союза. Чистокровные, кстати, знают об этом с рождения, как и некоторые полукровки. – Опять дискриминация. – Нет, есть книги, где все написано, – кивнула она головой на Джаспера, – было бы желание узнать, прочитать всегда можно, а непонятное уточнить. Маги хоть и знатные перестраховщики, и скрытные личности, но об этом с радостью готовы рассказывать, раньше даже глава родов приказывали просвещать тех, кто хотел знать. – Вальбурга, мне кажется вы немного отклонились от темы, – остановил Карлайл женщину. Вампиры уже заметили, что у Леди Блэк была одна особенность, очень часто в рассказах ее уносило в такие дали, что сложно было потом вспомнить с чего все начиналось. А при ответах на вопрос Леди Блэк могла в итоге так и не ответить, зато устроить лекцию на час на совершенно постороннюю тему. И в любом другом случае, они бы с радостью послушали, ведь несмотря ни на что это было интересно и полезно, но сейчас ответ напрямую касался Гарри, и тот уже начинал нервничать. – Ах да, ты не Поттер. – Поттер, – в недоумении уставился на нарисованную женщину маг. – Нет, по магическим законам нет. – Не понимаю, – потряс головой Гарри, – но даже на письме из Хогвартса я Поттер, в Кубке Огня тоже сработала эта фамилия, вы что-то точно путаете. – Для Кубка Огня не имеет значения, что написано на бумажке, главное кем это написано и магический отпечаток личности. Не думаешь же ты, что Кубок умеет читать? – задала риторический вопрос Леди Блэк, – а что насчет письма из школы, письма составляются по Книге. В ней отображаются все дети, у которых произошел магический выброс на территории Англии, а имена там те, под которыми их знают в мире. Очень часто отображается не полное имя, а то которым ребенка зовут в семье, дома, второе и прочие имена, в ней отсутствуют. Но в твоем случае, даже в Книгу не требовалось заглядывать. Есть список детей, чистокровных, или тех, которых еще с рождения или позже записали в Хогвартс. Насколько я знаю, Джеймс, сразу заключил контракт на твое обучение, и имя он написал сам. Как только ребенок оказывается в этом списке, его местоположение появляется рядом с именем. В старые времена многие семьи так защищали своих детей, в случае пропажи или похищения их можно было обнаружить, этот список невозможно обмануть или спрятаться за чарами. Он всегда покажет нахождение ребенка. До совершеннолетия дети находятся под наблюдением. Но к списку есть доступ лишь у директора. Гарри замер, ошеломленный внезапное догадкой. Снейп. Снейп всегда знал где он. Он мог его выдать в любой момент. Но эта мысль быстро исчезла. В тот злополучный день 31 октября, Фиделиус не скрыл его от ока Директора. И кто знает, не приведи Петтигрю Волдеморта, это мог сделать и Альбус во имя всеобщего блага. А Вальбурга тем временем продолжала, не зная какие мысли бродят в голове у Поттера: – Поэтому твои доводы не меняют того, что по магическим законам ты Эванс, такая вроде фамилия была у Лили? – Но как так получилось? – Джаспер не мог понять, – они были женаты, и Гарри по закону Поттер. – Может и так, но только в магловском мире, для магического мира он Эванс. Брак в Министерстве ничего не значит для магии, это лишь бумажки. – Не понимаю. – Вспомни, как раньше проходили бракосочетания? До всех этих бумажек. Собирались две семьи, друзья и перед ними двое давали клятвы. Чаще всего в церкви, до этого перед лицом бога, в которого верили. Кто-то у старых деревьев, или значимом для них двоих месте. – Ну да, а как это связано? – Напрямую, у магов эти клятва скреплялись магией. Кто-то проводил обряды у алтарей, но можно и без этого, у каждого рода свои ритуалы и традиции. Но главное и общее в них это магия. К ней взывают, обещая быть вместе, тексты клятв у каждого свой, но она всегда отзывается. – Даже если это под принуждением? – ужаснулась Розали. – Да, не думаешь же ты, что у магии есть разум? Это сила, безграничная и бесконечная, а мы ее проводники. Но мыслить и принимать решения магия не может. Поэтому клятвы и обещания, скрепленные магией, нельзя давать не обдумано, и перед заключением текст надо вычитывать внимательно, чтобы не попасть в ловушку. Но я отвлеклась. Есть условия для вступления в магический брак, законы если хочешь, – посмотрела Вальбурга на Джаса, – да да, все эти книги, сложно тебе из-за того, что там скорее всего собрали правила разных семей, а они противоречат друг другу. Все же маглорожденные не могут разобраться сами, книга свежая? – Да, – посмотрев на год выпуска, ответил Джаспер, – но вы так и не пояснили про Гарри. А Поттер стоял белее снега, очередная ложь его жизни. Он думал, что готов уже ко всему, но такое он не мог представить даже в кошмарном сне. “Не Поттер”, билось в его мозгу, и разумом он уже понимал, как такое могло произойти, но сердцем он не мог это принять. Всё, что он знал, снова рушилось, но теперь рушилось то, что было непоколебимо, та уверенность, что грела его всю жизнь: его родители любили друг друга, безумно любили. – Нет! – Гарри не хотел слышать объяснения Вальбурги, ведь тогда это все станет реальностью, и он резко выскочил из библиотеки, и чуть позже вампиры услышали как хлопнула задняя дверь. Маг выбежал во двор. – Как Гарри сказал, его родители поженились в Министерстве, а как ты думаешь, что там делают? – Бумажки? – тихо сказала Эсме. – Да, – грустно подтвердила Леди Блэк, – брак заключенный в Министерстве не имеет силы. Они лишь на бумаге женаты. Поэтому Гарри не Поттер, а Эванс. Поэтому он не может наследовать Поттерам. Поэтому в магическом мире он… – Бастард, – закончил за Вальбургу Карлайл. – Да, и я вижу вы понимаете. Нынешнее поколение, особенно в магловском мире, не придает этому значения. Но для магов это важно, – склонив голову продолжила нарисованная Леди, – Гарри спасло то, что мой сын, несмотря на свою нелюбовь к роду, сделал очень правильно, когда стал его крестным не на словах, а с полным благословением магии. – Ритуалы? – уточнил Джас, делая пометки в блокноте. – Да, а так как Гарри не был сыном Джеймса в понимании магии… – Как это? То есть, любой ребенок у которого родители не женаты, даже если это произошло до свадьбы, не будет сыном своего отца? – И да, и нет, такие случаи бывали, но все это легко решается обращением к магии, и признанием ребенка своим перед ней. Это можно сделать в любое время, даже пока ребенок не рожден. И после. Но этого не произошло. Поэтому я благодарна Джеймсу. У моего Рода еще есть надежда. – Но почему он так поступил? Не мог же он не знать? – Этого не могла знать Лили, как выросшая в магловском мире. Для нее скорее всего брака в Министерстве Магии было достаточно. Но Джеймс, я не знаю, и не могу утверждать точно почему он так поступил. Он прекрасно знал все нюансы, все же обучение у него было хорошее. Да и не могли Поттеры ему не рассказывать. Он был Наследником, и должен был в последствии возглавить род. – Вы же имеете соображения на этот счет? – спросил Эдвард, смотря прямо на Леди Блэк. – Да, еще во времена моей молодости многие из чистокровных так поступали. И в нашем обществе это не считалось зазорным, маглорожденные никогда не были людьми первого сорта, особенно те, которые не хотели ничего знать про новый для них мир, – грустно усмехнулась Вальбурга, – хотя возможно это тут не причем, – постаралась выгородить Джеймс она, – может быть Поттеры старшие не одобрили кандидатуру Лили, а Джеймс, как мой сын, пошел против их воли. – Вы сами в это верите? – Эмметт строго глянул на картину, – даже вы, говоря о матери Гарри, никогда не принижали ее, – здоровяк был прав, сколько бы они не говорили с Леди Блэк, она не разу не усомнилась в магической силе Эванс, ее уме и способностях, – полагаю, если бы ее привел Сириус вы бы и слова не сказали. – Не надо приплетать меня сюда! У нас с Сириусом была другая ситуации, на тот момент, – вздохнув, призналась Леди, – я бы приняла кого угодно, лишь бы он вернулся. – И все, какой вариант наиболее возможен? – Эдвард не хотел оставлять недомолвок, он хотел вскрыть этот нарыв, узнать всю правду, Гарри позже захочет узнать правду, какой бы болезненной она не была. И лучше будет, если они смогут ему помочь ее принять. – Хорошо. Как вы знаете, в нашем мире приняты ранее помолвки, магические, и очень часто, что будущий супруги имеют разницу в возрасте, и не всегда она небольшая. Чаще бывает, что мужчины старше на 10 и более лет. У нас редко рождаются дети, а Маг Британии мала, и в большинстве мы все родственники, и найти подходящую пару сложно. Нужно провести немало расчетов, ритуалов и не всегда будущие супруги будут нравиться друг другу. В этом деле главное будущие дети и их сила. А не метафорическая любовь, там даже симпатия в расчет не берется. Я это к тому, чтобы вы понимали ситуацию лучше. – Нам это знакомо, – кивнула Розали, вспомнив свою человеческую жизнь и то, как она окончилась. – И многие маги, мужчины, до того как могут вступить в брак, начинали отношения с маглорожденными. Для их спокойствия могли и брак в Министерстве заключить, для них, для магов, он ничего не значил, как и дети, что родились в таком союзе. На род они претендовать не могли, на наследство тоже. А при достижении совершеннолетия одобренных ведьм, вступают в магический брак. Министерские жены либо становились любовницами, либо уходили в магловский мир. Почти все из моего поколения так развлекались, и никто не сказал слова против, даже обрученные ведьмы смотрели на это сквозь пальцы пока росли. И сейчас многие дети от таких союзов считают себя маглорожденными, хотя на деле в них течет кровь Древних Родов. Но тех детей, чаще всего отрезали от рода ритуалами, все же первые дети, а это сила. Но Джеймс этого не сделал, может все же любил Лили, я точно не знаю, была ли у него невеста, может и была, может и помолвка была, а может и не успели старшие Поттеры, они погибли когда Джеймс был еще молод. Поэтому, даже не смотря на то что Гарри не Поттер, в нем течет их кровь, он первенец и других представителей рода не осталось. В нем наследие Древнего Рода. – И что я знаю точно, – продолжила после паузы Леди Блэк, – Сириус это понимал. Понимал, что он должен защитить Гарри. Почему он это сделал, любил ли он Лили, или хотел прикрыть грешок Джеймса, но ритуал, что он провел, не был обычным ритуалом для магического крестного. Он изначально просил магию стать отцом для Гарри. И магия пошла ему навстречу. И для нас, для рода Блэк, он наш. Даже если в нем течет кровь Поттеров. И поэтому он может стать Лордом Блэк. И когда Гарри примет род, то наследие Поттеров из него уйдет. И он окончательно перестанет быть Поттером. – То есть, любой ребенок, которого признал своим мог стать Лордом, в гипотетической ситуации, даже маглорожденный? – Нет, с Гарри это получилось лишь потому, что род Поттеров такой же древних как и наш, и Гарри достаточно сильный, чтобы претендовать на роль Лорда, не будь его отцом Джеймс, это было бы невозможно. Вампиры растерянно переглянулись, не в силах сказать хоть что-то, а Вальбурга покинула картину. Джас, ощущая эмоции Гарри, даже через все стены, что отделяли их, пошел к магу на улицу. – Вся моя жизнь сплошная ложь, – со злостью сказал Гарри, когда увидел Джаспера, – всё, во что я верил, оказалось фикцией. А теперь еще и это. Это было единственное, что у меня осталось. Вера в любовь, в ее силу. Мои родители они были для меня непогрешимыми, великими, а оказывается даже их история была лишь красивой сказкой. – Откуда ты знаешь? Вполне возможно так оно и было, правду знают только они, и чтобы не говорили другие, это не будет истиной. Поэтому ты можешь верить дальше. – Угу, могу. А вы опять будете ходить вокруг меня на цыпочках, боясь лишний раз вздохнуть рядом, будто я хрустальная ваза, которая может разбиться от любого неверного движения. Мне этого не нужно. – Мы просто переживаем за тебя. – Я не рассыплюсь. – Но ты не будешь отрицать, что сейчас ты не в порядке. – Что ты хочешь сказать? – То, что те события, что пришлось тебе пережить, не проходят бесследно. Любое из них уже потрясение. Взять войну, что ты прошел. Она всегда имеет последствия. Те чувства, что ты так старательно прячешь, вся та боль.. – Что ты можешь об этом знать? – взорвался Поттер, – тебе-то откуда знать, что я чувствую? – Ну во-первых я знаю. Это мой дар. Гарри уставился на него открыв рот: – Дар? – Я чувствую эмоции людей, как свои, могу влиять на них, менять, поэтому я прекрасно знаю, что именно ты испытываешь. Вся та боль терзает и меня, вина, стыд, страх. – А во-вторых? – Поттер был не готов слушать перечисление испытываемых им чувств. – А во-вторых я был на войне. Я знаю, что бывает после. Я сам это пережил. – Расскажешь? Джаспер замер, смотря куда-то вдаль, а потом начал рассказ: – Я родился в 1844 году в Техасе. Всю свою человеческую жизнь я провел там. В 16 я вступил в армию Конфедерации, через два года службы стал майором. Самым молодым в штате Техас, – подмигнул Поттеру вампир и улыбнулся, – мне было поручено эвакуировать женщин и детей, и когда уже возвращался, я встретил ее. Марию. Она обратила меня, решив, что я буду хорошей подмогой в ее войне. Южные вампирские войны на тот момент продолжались уже больше 50 лет, Мария лишилась своей территории и хотела вернуть ее. И я, самый молодой майор в Техасе, с даром убеждения. Я был отличным генералом для Марии, ее верный пес, правая рука. Мне пришлось заплатить за это слишком высокую цену. Я помогал ее создавать армию новорожденных. Ты знаешь, чем новорожденный вампир отличается от обычного? Гарри отрицательно помотал головой, захваченный историей Джаса. Он и представить не мог, что видел этот вампир, что пережил. По сравнению с его болью, переживания Поттера не могли идти ни в какое сравнение. Джаспер поняв, что именно думает Гарри, заметил: – Не думай, что чувства людей можно сравнивать. Боль она всегда боль. Только ты знаешь, что ты пережил, и что тебе пришлось испытать. Не принижай себя и свои эмоции. Не думай, что твои чувства не важны. Гарри кивнул. – Вернемся к новорожденным, – после паузы продолжил вампир, – они сильнее, быстрее, опаснее. В их венах еще течет человеческая кровь, которая их питает. Их жажда острее, а все чувства обострены. В первый год жизни мы находимся на пике своих возможностей, да иногда сила проигрывает опыту, но и новорожденных можно натренировать. Представь, армия, которая состоит из новорожденных натренированных вампиров. Никто не мог нам противостоять. Мы были непобедимым. Но это всего год, после вампир становиться слабее. И такие вампиры не годились для армии Марии. Они были балластом. А от балласта нужно избавляться. Гарри ахнул. – Да, я убивал их, как только они переставали приносить пользу. – Разве вас можно убить? – Конечно, нужно лишь приложить больше усилий. Оторвать голову, конечности, сжечь тело. Гарри неверяще смотрел на Джаспера. – Они все сражались со мной плечом к плечу. Мы выступали против армий противника. Они прикрывали мне спину в бою, они доверяли мне. Я был тем кто создал их, кто воспитывал и обучал, кормил, помогал, учил быть вампиром, а потом убивал, – Джаспер смотрел на свои руки, – я убивал своих друзей. Тех, кто был мне дорог, а убивая, я чувствовал все, что чувствовали они. Вся их боль - моя. Вина, стыд они навсегда со мной. На моих руках столько крови, Гарри, крови невинных детей. Они были младше нас, те, кто случайно столкнулся с Марией, она собирала в свою армию всех тех, кто попался ей на пути. – У меня был напарник, Питер, он помогал мне уничтожать не годившихся для продолжения службы. А потом он влюбился, в одну из тех, кого мы должны были убить. И знаешь, я им помог бежать, и они живы, мы до сих пор общаемся, – грустно улыбнулся Джаспер, – а я остался с Марией, я был с ней почти 100 лет. 100 лет я воевал, а потом убивал своих же товарищей. Меня спас Питер, он вернулся, и рассказал, что есть места где нет войны, где можно жить, где вампиры мирно существуют. Я долго верил Марии, не сомневался в ее словах, делал, как она приказывала, продолжая чувствовать боль моих жертв. Но лишь когда, она начала бояться меня, когда в ее эмоциях я уловил страх, я ушел. Я был для нее таким же инструментом, как новорожденные. – Позже я познакомился с Элис, это было незабываемо, – улыбнулся Джаспер, – представь, она подошла и заявила, что я ее любовь и мы будем счастливы, не дав мне и слова сказать. А потом мы отправились искать Калленов, шокировав их. Пришли, напугали и остались. – Напугали? – Да, я, – закатывая рукава, сказал Джаспер, – для вампиров выгляжу очень пугающе, ты наверно не увидишь, но все мои руки, шея, лицо покрыты укусами. И как ты понимаешь, раз я жив, то они нет. И вот пришли мы вдвоем, Элис называет их по именам, выбирает комнату, знает о них всё. И я, весь в шрамах, мрачный. Гарри представил эту картину, рассмеялся. – Много лет спустя, я встретил Марию, она выжила, в отличии от остальных. Почти все погибли, таких кто остался на этом свете единицы. Так что, да, Гарри, я понимаю тебя. Понимаю очень хорошо, и надеюсь ты не будешь больше держать все в себе, а поделишься со мной, если тебя будет что-то беспокоить. В семье именно так и делают. Гарри несмело улыбнулся: – Для меня это в новинку. – Представь каково было мне, когда я оказался в семье Калленов, так что не переживай, в этом я тоже тебя понимаю. Они рассмеялись. – Пойдем, ты замерз наверное, вечно забываю, какие вы, люди, хрупкие существа. – Джаспер!