Не отпущу

      Они лежали в гнезде из простыней, сплетённые по рукам и ногам.       Даниэль лениво очерчивал подушечками пальцев рельеф её позвоночника, то едва касаясь, то чуть сильнее прижимаясь ногтями к бархатистой коже, заставляя её вздрагивать. — Учти, — его голос прозвучал низко, вибрируя прямо в её грудную клетку, — если сейчас выяснится, что весь этот грандиозный спектакль был разыгран лишь ради того, чтобы стянуть у меня какой-нибудь артефакт… я буду разочарован.       Ириэль тихо фыркнула, уткнувшись носом в ложбинку над его ключицей, вдыхая терпкий запах его тела. — Артефакт? Слишком мелко для меня, чародей, — она приподняла голову, и в её кошачьих глазах плясали лукавые огоньки. Ладонь скользнула вниз, по его животу, очерчивая напрягшийся пресс, и дразняще мазнула по внутренней стороне бедра. — А что, если я скажу, что мне был нужен не просто артефакт, а меч? Ну, знаешь... Вот этот.       Он хрипло рассмеялся, сильнее прижимая её к себе, словно желая вдавить в собственное тело. — В таком случае, я добровольно сдаюсь в плен и отказываюсь от любых попыток самообороны. Но… — он перехватил руку, целуя каждый палец, и посмотрел ей в глаза. — Ты ведь не исчезнешь на рассвете? Не оставишь меня одного разбираться с этим… беспорядком? Голого, и совсем безоружного?       Ириэль артистично вскинула брови, маскируя тень смущения за маской дерзости. — Исчезну? Вообще-то, это мой номер, Даниэль. Так что если кто здесь и злоупотребляет гостеприимством, так это твое высокомагическое величество. — Вот как? — он хищно усмехнулся. — Значит, я захватчик?       В один миг он перекатился, подминая её под себя. Его движения были полны смертоносной грации хищника. Он перехватил её запястья, прижимая их к подушке над головой, фиксируя её тело своим. Взгляд его зелёных глаз вспыхнул с новой силой, и в глубине зрачков заплясало тёмное, ненасытное пламя.       Он наклонился, очерчивая языком контур её ушной раковины, спускаясь к шее, к ключице. Поцелуи были горячими, оставляющими обжигающие клейма на коже. Желание, которое, казалось, только что утихло, вспыхнуло вновь, как порох от искры. — Даниэль… — сорвалось с её губ, когда она почувствовала, как твёрдая, горячая плоть снова упирается в бедро, заставляя кровь быстрее бежать по жилам. — Ты невозможен… — Я предупреждал, — прошептал он ей прямо в губы, и его дыхание опалило её кожу. — Ты слишком долго испытывала моё терпение своими намёками и взглядами. Теперь пришло время платить по счетам.       Он вошёл в неё одним сильным, уверенным толчком. Властно, стремительно, дерзко. Он двигался в ритме, который задавало его собственное, обезумевшее от страсти сердце. Её запястья всё ещё были в плену его рук, дыхание срывалось, движения становились жёстче. Ириэль выгибалась под ним, закусывая губу до крови, чтобы не закричать, теряясь в волнах удовольствия. — За каждый раз, когда ты качала бёдрами передо мной, — шептал он, вбиваясь в неё всё глубже, — за каждую ночь, когда я сгорал от воображаемых стонов, за каждый твой взгляд, за эти губы… — Даниэль! — её крик сорвался на стон.       Он резко вышел из неё, заставляя её тело тоскливо сжаться от внезапной пустоты, перевернул на живот и вошёл снова — сзади, крепко обхватив её талию руками, впиваясь пальцами в кожу. — Вот так, — выдохнул он, и его голос вибрировал от напряжения. — Теперь я возьму тебя так, как хотел с самой первой встречи.       Она уткнулась лицом в подушку, тяжело дыша, извиваясь под каждым его толчком, принимая его полностью. Он наклонился, покрывая поцелуями спину, оставляя влажную дорожку вдоль позвоночника, прижимая её к себе, продолжая двигаться с нарастающим напряжением. Тело Ириэль снова дрожало, готовое вот-вот взорваться на миллионы кусочков. — Перевернись, — приказал он.       И когда она снова легла на спину, вошёл в неё, закидывая её ноги себе на плечи, открывая её полностью для своего взгляда. — Я хочу видеть твоё лицо. Хочу видеть, как ты кончаешь. — Боги, чародей, — слабая, но всё же насмешливая улыбка коснулась её губ. — Куда делись твои аристократические манеры?       Он не ответил. Набросился с поцелуями, пока двигался в ней, до тех пор, пока мир вокруг не рассыпался на тысячи сверкающих осколков, и она не захлебнулась в очередном оргазме, выгнувшись под ним дугой и задыхаясь в его губах.       Он последовал за ней мгновение спустя. С рыком, финальным толчком, зарываясь лицом в её шею, вдыхая её запах, держа её так крепко, словно боялся, что если отпустит, она растворится в предрассветных сумерках.       Некоторое время спустя они лежали в полном изнеможении, среди сбившихся в ком простыней. Ириэль, прижавшись к нему, лениво проводила пальцем по его груди, очерчивая контуры мышц. — Скажи мне, — выдохнула она, — что, чёрт возьми, это было?       Он лениво улыбнулся, не открывая глаз. — Это была ты. Ты и твои бесконечные, дразнящие игры. Ты проверяла моё терпение на прочность столько раз, что я просто… захотел отыграться. За то, как ты соблазняла меня полушутя, пока я всерьёз сгорал от желания.       Она усмехнулась, не скрывая удовольствия: — Ну… судя по всему, мне стоит делать это почаще. Эффект превзошёл все ожидания. — Нет, пожалуйста, — засмеялся он. — Мне всё-таки больше тысячи лет. Не боишься, что однажды моё старое сердце просто не выдержит? — Придётся ему выдержать, — она укрыла его своей рукой. — Я не принимаю отказов. — Только если ты… и твои совершенно нескромные формы будете рядом, — подмигнул он, притягивая её ближе и шутливо кусая за мочку уха. — Если я и мои формы будем всё время рядом, твоё старое сердечко точно не выдержит, — рассмеялась Ириэль. — Хорошо, пусть будет так, — он поцеловал её в висок, поднялся с кровати, накинул халат. Налил вино в бокал и протянул ей. — Куда ты? — Взгляд эльфийки стал беспокойным. — Подготовлю нам ванну. Думаю, мы оба заслужили отдых после такой… битвы.       Он скользнул босыми ступнями по деревянному полу и скрылся за дверью ванной комнаты. Там быстро наполнил большую деревянную купальню водой и с помощью заклинания разогрел её до приятной температуры. Расставил свечи, и зажёг благовония. Воздух наполнился мягким дымом и ароматом лотоса, смешиваясь с запахом горячей воды. Когда он вернулся, Ириэль сидела на краю кровати, баюкая бокал с вином в ладонях. Он протянул ей руку: — Миледи, прошу вас.

***

      Вода была горячей и обволакивающей. Он помог ей погрузиться в купальню, придерживая за талию, а затем устроился в ней сам. Они сидели обнявшись, её спина покоилась на его груди, даря ощущение защищённости и тепла.       Вино, пар, мягкий свет свечей — всё окутывало, баюкало, смывая усталость. Даниэль взял мягкую губку и начал водить ею по её плечам, лопаткам, шее эльфийки. Его движения были медленными, осторожными, полными заботы и нежности.       Они смеялись, тихим шёпотом, вспоминали самые нелепые эпизоды своих совместных приключений, пока губка не соскользнула с её плеч на грудь, а затем — ниже, по животу. Пальцы эльфа перестали быть просто ласковыми — в них появилась жадность, голод, который, казалось, никогда не будет утолён. Они скользили по влажной коже, касались сосков, дразнили, а затем потянулись вниз, к её лону, скрытому под водой.       Ириэль резко вдохнула, и пар от воды попал ей в горло. — Опять? — спросила она с притворной строгостью, приподняв бровь. — Это какая-то особая чародейская магия ненасытности?       Даниэль на миг замер. Отстранился. Его голос стал серьёзным, лишаясь привычной насмешливости: — Тебе неприятно?.. Ты не хочешь больше? Скажи, и я остановлюсь. — Ох, не неси чепуху, — усмехнулась она, поворачиваясь к нему лицом. — Просто… это необычно. Ты такой ненасытный. Обычно мужчины... ну... не могут так часто. Тем более в таком почтенном возрасте.       Её слова отозвались странной колющей болью в его груди. На секунду он почувствовал, как ярость, смешанная с ревностью, наполняет его душу. Но он всем видом силился сохранить внешнюю холодность. Даниэль взял бокал, отпил глоток — чуть резче, чем стоило бы, и стекло звякнуло о борт купальни. Его взгляд стал жёстче, холоднее: — Другие мужчины? Ты сейчас вспоминаешь кого-то другого… здесь, сидя сейчас со мной?       Она несколько секунд молча смотрела на него, соображая, как ей отреагировать на его выпад, а потом громко рассмеялась, запрокинув голову, и, облокотившись на его грудь, прижалась к нему своей. — Ты такой забавный, когда ревнуешь. Напрасно, чародей, — её голос зазвучал ниже, приобретая соблазнительные нотки. — У меня в голове сейчас — только ты. Ты и твой… — её рука скользнула под воду, и она сжала его твёрдый член. — …твердый, верный меч. Который, как я вижу, всегда готов к бою.       Он поставил бокал, не отводя от неё сурового взгляда, в котором теперь читался вызов. Руки потянулись к её лицу, обхватили с обеих сторон и притянули к себе для поцелуя. Он с жадностью, с какой-то бешеной, отчаянной горячностью касался её губ своими, заставляя её ответить на его страсть. — Ты же понимаешь, — прошептал он ей, усмехаясь, и его губы коснулись её уха, — что только что вынудила меня наказать тебя? — Можно подумать, что я против, — хрипло ответила она, и в её голосе прозвучало нетерпение.       Его пальцы раздвинули её ноги под водой. Не медля больше ни секунды, он коснулся её лона. Если до этого момента он старался действовать нежно, то сейчас в него будто вселился демон. Один, а затем и два пальца проникли внутрь неё, его большой палец круговыми, нажимистыми движениями ласкал клитор. Он внимательно следил за её эмоциями, за каждой реакцией её тела, за каждым вздохом и стоном. — Ах… — Ириэль застонала, запрокинув голову назад, прижимаясь спиной к его груди, теряясь во влажном жаре. — Ты… с ума сошёл, чаро…       Он поднёс пальцы свободной руки к её губам, и она сразу же прикусила их, начала посасывать, её губы стали влажными и горящими. Её ладонь под водой продолжала ласкать его член, всё больше пульсирующий в руке.       Он больше не мог ждать. Решительным движением насадил её на себя, и она ахнула, выгнувшись назад, когда горячая вода выплеснулась через борта купальни. Её руки обвили его шею, она скакала на нём с такой скоростью, что вода плескалась на пол, заливая свечи. А он, в свою очередь, крепко обхватив её за задницу, насаживал на свой член, входя глубоко и мощно. — Всё ещё хочешь порассуждать о других мужчинах? — вызывающе бросил он, тяжело дыша. — Буду делать это постоянно, — съязвила она, — если это делает тебя таким ненасытным животным. — Непослушная вредная девчонка, — его ладонь легонько шлёпнула её по мокрой ягодице под водой.       Ириэль охнула от неожиданности и внезапно для самой себя простонала: — Ещё...       Он поднялся вместе с ней, вылезая из купальни, прижав её к себе. Вода стекала с их тел, оседая мокрыми каплями на полу. Он повернул её спиной к себе, поставил её руки на борта ванны и встал позади. Сдвинул её мокрые волосы с шеи, шлёпнул по ягодице. Звонкий шлепок в раздался в тишине комнаты. И сразу же глубоко и резко вонзился в неё, войдя до самого основания. — Даниэль! — выдохнула она срывающимся голосом.       Он трахал её быстро, яростно, не давая передышки, одновременно лаская её клитор, пока стоны не стали хриплыми, надломленными, полными отчаяния и наслаждения. Её соки стекали по бёдрам, смешиваясь с водой, а тело дрожало. — Я… я сейчас… — задыхалась она. — Я не разрешал тебе кончать, — прохрипел он ей в ухо. — Я ещё не отомстил в полной мере.       Он схватил её под руки, прижал к себе, изменив угол, входя в неё ещё глубже. Ещё жёстче, почти грубо.       Она застонала, выгнувшись всем телом: — Даниэль… прошу… я больше не могу… — Шшш… — он покусывал её ухо.       Член был твёрд, как камень. Её крики становились всё громче. И в какой-то момент тело сотряслось от мощной, неконтролируемой разрядки. Он удержал её, когда она обмякла, потеряв силы. Она так и стояла, спиной оперевшись о его грудь, тяжело дыша, силясь собраться с мыслями. — Прости, милая, но я ещё не закончил.       Он вылез из ванны, подхватил её на руки, распахнул ногой дверь комнаты и двинулся в сторону постели. Даниэль аккуратно опустил эльфийку на край кровати. Она сидела, тяжело дыша, волосы, влажные от воды, спутались, а грудь подрагивала от каждого вдоха.       Он встал перед ней. Его напряженный член оказался напротив её лица. — Поможешь мне дойти до финала? — нагло спросил он, наклоняясь к ней ближе, пальцами поднимая её подбородок. Его голос звучал почти угрожающе в своей страсти. — Или, клянусь, я буду терзать твоё тело до самого утра.       Она прикусила губу, глядя ему прямо в глаза, и хищно улыбнулась. — О, я всегда за честную игру, милый…       Горячая плоть пульсировала под её ладонью. Ириэль дразняще провела кончиком языка вдоль всей длины, неторопливо смакуя каждый миг. От его сдавленного стона по спине пробежали мурашки. Пальцы Даниэля зарылись в её волосы, требовательно направляя движения. В тот момент, когда она накрыла его губами, он едва сдержал рвущийся наружу импульс. Она двигалась ритмично, с дразнящей наглостью, заставляя его остро чувствовать малейшее прикосновение языка и тепло её рта. Взгляд вверх, глаза в глаза — и вся сдержанность Даниэля рухнула, как карточный домик. — Вот так… ещё… — выдохнул он сквозь зубы. — Возьми его полностью…       Она сделала глубокий вдох, и с азартом позволила ему войти глубже, чувствуя, как он распирает горло, а пальцы сильнее сжимаются в волосах. Даниэль напрягся, тело его дрожало, а каждый мускул стал словно натянутая струна. Эльфийка двигалась ритмично, увлечённо, щекой ощущая дрожь его живота.       Даниэль охнул, замер на секунду, а затем дернулся вперёд, вжимаясь в её рот, когда горячие струи вырвались наружу потоком. Ириэль сглатывала, продолжала ласкать, пока он буквально не обмяк, хватаясь за её плечи, цепляясь за неё, как за единственное спасение в этом бушующем океане страсти.       Он дрожал, дыхание сбилось, глаза были полуприкрыты, на губах застыла потрясённая улыбка. — Богиня… — прошептал он, и его голос был едва слышен. Его тело всё ещё пульсировало от недавнего оргазма.       Ириэль подняла взгляд снизу, провела языком по губам, слизывая остатки его семени, мягко улыбнулась и, лениво потянувшись, встала на ноги. Даниэль наклонился, провёл пальцами по её щеке, а большим пальцем коснулся подбородка, затем притянул к себе и медленно поцеловал. Будто не хотел отпускать никогда. — И это… было просто «ванной», — пробормотала она с усмешкой, прижимаясь лбом к его груди. — Ванна… просто перешла в другое агрегатное состояние, — устало пошутил он.       Они опустились на кровать. Она, не стесняясь своей наготы, легла на бок, подперев щёку рукой. Он вытянулся рядом, обнял её за талию, прижал к себе. Её пальцы лениво рисовали круги у него на груди. — Ты в порядке? — спросил он, целуя её в висок. — Я чувствую себя… как после битвы, — усмехнулась Ириэль. — Только битва была… очень приятной. И мокрой. — Надеюсь, ты не разочарована? — М? — она приподняла бровь. — Если и разочарована, то только в том, что теперь придётся как-то жить, зная, что ты вот так умеешь. Это планка, которую трудно будет перепрыгнуть.       Он мягко засмеялся, уткнулся носом ей в плечо. — Я серьёзно… — сказал вдруг, уже тише. — Ты не собираешься сейчас уйти, да? Не скажешь, мол, спасибо за вечер, было приятно, а теперь — прощай?       Она хмыкнула, хитро прищурившись: — Вообще-то мы это уже обсуждали. Это мой номер, чародей. Куда по-твоему я должна уйти в таком виде и в такой час?       Он прижал её ещё ближе, чувствуя, как её дыхание становится всё более размеренным, успокаиваясь после бури. Она закрыла глаза, прижалась к его груди, поглаживая его ладонью по животу. — Даниэль… — выдохнула она почти проваливаясь в транс, и её голос был полон неги. — Нам стоит это обсудить?       Он чуть усмехнулся, губами касаясь её лба. — Не сегодня, милая. Ты слишком устала. Поспи, тебе ещё понадобятся силы для... новых свершений. — Ненасытный, — выдохнула она, улыбаясь во сне. — Попридержи коней… Я должна быть ловкой и скрытной, но этого не случится, если я буду ходить в раскоряку.       Даниэль усмехнулся, но промолчал. Он вдыхал запах её тела, волос, наслаждался этим мгновением абсолютного счастья. Уже тысячу лет он не ощущал себя таким живым, как сейчас. И эта маленькая хрупкая эльфийка, тихонько засыпающая у него на руках, понятия не имела, какое буйство эмоций вызвала в его душе.