***

      — Оу, да, привет. — Пойманный в расплох, заговорил Дэн.       Он сидел в комнате, пока отдельно от других, и ждал, когда начнутся съёмки этой безумной истории. Сюжет он знал только примерно. И он не верил в эту историю.       И почему у него так кружится голова?       — Знаете, я обычный детектив. И, то что мне прислали — полный бред. — Сказал Дэн, сидя на стуле в напряженной позе. Он с недоверием смотрел на чуваков-журналистов, но не видел сейчас причин им не рассказывать.       — Почему же вы так считаете, детектив Эспиноса? — спросил первый, тот, что в кепке.       Второй тем временем держал меленький микрофон, и делал самое невинное лицо, какое только можно. Или больше, как нервное?       Дэн скептично смотрел на этих двоих. Это либо большие идиоты, что не понимают некоторые вещи в жизни, и не серьёзны. Либо, участвуют в какой-то ерунде Люцифера. А если это так, то Дэн, получается, тоже становится жертвой шутки.       — Почему вся эта ситуация — полный бред? — уточнил в слух Дэн.       Первый журналист кивнул, подбодряя говорить дальше.       — Хорошо, раз ты спрашиваешь. — Кивнул он, делая свое лицо гроздным. Он взял сценарий со стола. Или что это было, безобразие на 5 страниц.       Он указал на листы рукой.       — Вчера это подбросили мне под дверь. Я порвал и выбросил эту чертову штуку. И вот, меня вырубает, и я теперь здесь, и эта штука снова здесь.       — А, да, сер, это звучит убедительно. — сказал первый журналист в синей кепке. Он хотел, но не мог послать жалостливый взгляд коллеге. Второй журналист делал лишь лицо-кирпичь.       — Вы мне не верите. — Заключил детектив, его глаза погасли. — Чтож, стоит ли дальше продолжать?       Он отложил бумагу, и стал отворачиваться, и демонстративно вставать.       — О, нет, сер. — спохватился теперь второй. Всунул свой микрофон парню с кепкой, и подошел ближе к Дэну.       — Это все звучит странно. Не спорю. Но, мы пришли сюда разобраться. И, поэтому, любая деталь может быть важной. — Он потянулся к столу, и осторожно взял подшитые листы со "сценарием", и повернув лицевой стороной к себе, взглянул на обложку.       Там было написано: " История Дэна. Дерское перевоспитание ". Второму журналисту показалось, что он может за это ухватиться.       — Этот заголовок звучит очень специфично. " История Дэна. Дерское перевоспитание. " — журналист показал надпись человеку в кресле. Тот посмотрел на текст, уже и так зная, что там написано. — Тут указано ваше имя. Это история связана с вами напрямую. Что вы чувствуете по этому поводу?       Дэн нахмурился. Его напряженные плечи немного приподнялись. Одна рука перекрывала его туловище, делая позу закрытой. Он невербально оборонялся.       — Чувак, серьёзно, мне это надоело. — Он посмотрел второму журналисту в глаза. — Я не хочу обсуждать эту дурацкую брошурку. Я хочу уйти отсюда. А потом, когда я пойму, что в безопасности, и все мои целы, я найду человека, что так надо мной пошутил. Я думаю, что знаю кто это.       Первый журналист теперь подпирал боком длинный шкаф у стены, его лицо показывало разочарование. Второй хмурился, тихо вздохнув. Он заставил себя разгладит напряженные складки на лбу.       — Ну, пока ты здесь. Но не волнуйся, скоро приедет транспорт и увезёт тебя. — максимально доброжелательно сказал второй журналист. — Это займет не много времени. Извини, что сейчас досаждаем. Это наша работа.       Второй журналист прижал бумаги к себе. Его зала стали чуть более эмоциональнее. Дэн мог увидеть в них свое отражение, и окно трейлера, еще выдовавшее дневное освещение.       — Дэн, ты растерян. И, возможно, зол. — продолжил второй, продолжая лидировать в речи. Он прошелся по небольшой комнате, и сел на небольшой мягкий зеленый пуфик, рядом с старым пузатым телевизором. Теперь человек смотрел снизу вверх на детектива, и казался еще меньше по габаритам, и безопаснее.       — У тебя были свои дела. Работа, в конце концов, и очень ответственная. И, пуф, ты здесь. Странно? Конечно! — Продолжал говорить человек. — Но, ты не первый случай. Возможно, пятый. И, это не ясная тенденция, которую нужно расследовать. Чтобы научиться предотвращать. То, что ты расскажешь, будет очень ценно для людей.       Оба журналиста посмотрели с вниманием на Дэна. Ни разу не давление.       — И, что нужно рассказывать? — Сдался тот.       Первый журналист с кепкой подался вперед.       — Все, что мы спрашиваем, и то, что тебе может показаться важным. — подмигнул тот, поправляя край головного удора.       — Да, все. А особенно, больше о том, как появились бумаги. Странные вещи перед эти, все, что вы заметили. И заметки в сценарии. Часто, это описывает то, как человек исчезнет. И то, что его может ожидать. — Жарко проговорил Второй журналист.       — Хорошо. И меня очень напрягает имя в заголовке. — Сказал Дэн.       — И это тоже важно. — кивнул второй журналист. ***       — И вот, оказывается, будто Люцифер настоящий дьявол. У него это страшное красное лицо, которого я пугаюсь. По сценарию. — Дэн выразительно обволит руками вокруг своего лица. — Странно, что сценаристы выбрали лицо. Не рога, или крылья. Или магию, эффекты.       — Потом, я зачем-то полез в тот дом. Это был не сокционированный обыск. У меня вообще был ордер? Чуваки, это противозаконно. — Говорил с жаром детектив. — И, под кроватью я нахожу холодное оружие. — Дэн делает скучное лицо. — И на меня нападает какой-то чувак, который похоже тоже не человек. Мы дерёмся. Почему-то у меня нет пистолета, но, и черт с ним.       — А дальше меня выкидывает в непонятное место. Это словно бред, и очень странный. Галлюцинационный.       — Он блондин, и довольно вежлив в общении. Он помогает мне.       — А потом оказывается, что тот чувак с кинжалом изначально хотел убить Люцифера. Мы с тем местным детективом понимаем это, и возвращаемся в наш мир, чтобы остановить убийцу.       — Чарли почти жертвует собой в этой бойне, но , я рад, что он выживает.       — А потом он уходит в свой мир... И, мне как будто было хорошо с этим человеком. Даже если он не человек. И я забыл о том, что случилось с Шарлоттой. И вся боль стала бледнее, меньше.       — И мне приходится вернуться к Люциферу. И, попросить помощи. Но, прежде поговорить честно, и обсудить его раскрытие личности. И то, что мы по-прежнему остаёмся друзьями.       — Я нахожу Чарли на береговой, прямиком после ярмарки, и составляю ему компанию в прогулке. Он очень удивлен моему появлению, но соглашается пройтись и поговорить.       — И я признаюсь, что это было лучшее, что происходило в моей жизни. Это странно.       Дэн закончил рассказ. На его губах была улыбка. А глаза отсутствующие, задумчивые. Он после рассказа ушел глубоко в свои мысли.       Журналисты сидели рядом на стульях, и не мешали моменту. Ни кто их них не проранил ни слова.       За окном уже был вечер, темнело. И без часов было ясно, прошло несколько часов с момента начала беседы.       И, наконец, в дали затрещали камни под колёсами приближающегося автомобиля. Все внутри фургончика услышали это , и оживились. Дэн вытер небольшую влагу у глаз и посмотрел в окно. Он чувствовал себя измотанным.       — Это за мной? — Спросил он взволнованно.       — Да, это та машина, что заберет вас. — ответил первый. Теперь опять он лидировал в беседе. Второй же журналист сворачивал шнур от микрофона, и упаковывал другой инвентарь в чехол.       Дэн встал и подошёл к окну. Снаружи подъехал белый автомобиль.       — Мы вас проводим. — Ответил первый журналист с зеленой кепкой. — пойдёмте.       Он, поднялся, показывая свою долговязость в полной мере. Он открыл дверь фургончика, и вышел наружу. Следом выбрался Дэн, спускаясь вниз по лесенке и вступая на щебень. Он почувствовал усталость в ногах, хотя и прошел сегодня мало.       Последним спустился и захлопнул дверь второй журналист. Он поправил хват на небольшом чемоданчике, и встал рядом с Дэном.       — Пора. — сказал этот журналист. Он повернулся к Дэну. — было безумно приятно с вами пообщаться. Конечно, было бы приятнее, если бы не обстоятельства.       — Да. — Согласился Дэн. — Надеюсь это был последний раз.       Оба журналиста кивнули. Они были взволнованы.       — Идите, вас отвезут домой. И все будет хорошо. — сказал второй журналист, улыбаясь.       — Надеюсь, мы больше не увидимся в этих обстоятельствах. — улыбнулся Первый журналист, и протянул руку Дэну для рукопожатия. Дэн пожал эту руку.       — Да, не люблю оказываться непонятно где. — согласился детектив.       Он повернулся и затем пожал сторуб руку, второго журналиста, который уже тянул ладонь.       Журналисты остались стоять в стороне, когда Детектив Дэн Эспиноса прошел к машине и забрался внутрь. Внутри машины произошла быстрая возня, с небольшой борьбой. Были слышны два возгласа, которые сразу затихли.       Машина завелась и поехала, оставляя двух людей одних в поле с фергоном. Журналисты с пустыми лицами смотрели в след.       — На это раз все прошло не очень гладко. Он не должен был проснуться в фургоне до приезда водилы. — Сказал Первый журналист. — Хорошо, что он был не агрессивным, и доверился нам настолько, чтобы сесть в эту машину.       — Да, глупо с его стороны. Но это было в нашу пользу. Я бы не хотел пробовать делать инъекцию с транквилизатором детективу. — Согласился второй.       Первый издал тихий смешок, и забавно посмотрел на своего коллегу.       — Ты боишься?       — Будь разумней. Не хочу вступать в единоборства с человеком. Это вообще не моя работа.— скривился Второй.       — Знаю.       Они все ещё стояли. Словно было что еще ждать.       — Что с ним будет? — Спросил Второй.       — Тоже, что и предыдущими. Его ждет небольшое путешествие. С которым он уже ознакомлен. Кто бы еще знал, кому это нужно. — он усмехнулся . — Ладно, до следующего человека.       Первый ушел в фургон, захлопнул дверь.       Второй отправился вперед, по дальней бескрайней дороге, напевая тихо песню, известную только ему. Дорога под его ступнями светилась. А небо горело множеством ярких огней, в которых потом он и скрылся.