Часть 18

***

Выйдя из гиперпространства через два часа после входа в него, Люк бросил быстрый взгляд на планету Набу. Сейчас планета была пустынной, совершенно лишенной какой-либо формы жизни, разумной или иной. Но так было не всегда, знал он. Когда-то она была полна жизни. Она была гордым домом набу и гунганов - двух разных народов, которые мирно сосуществовали в симбиотических отношениях до последних дней, когда на планете была возможна жизнь. В одной из книг отцовской библиотеки он прочитал о том, как странная болезнь уничтожила все живое на планете. Отвлекаясь от мыслей о планете, он приказал R2-блоку рассчитать все для гиперпространственного прыжка на Лантуин. Там он бросит X-крыл и R2-блок, заберет деньги и одежду, а затем купит новый корабль, на котором вернется домой. Улыбаясь при этой мысли, он понял, что на его X-крыле это займет всего два дня, поскольку у него был самый современный гипердвигатель.

***

Два дня спустя, Умело посадив свой X-крыл в стыковочный отсек на Лантуине, Люк быстро приказал отключить R2-блок. Зная, что X-крыл быстро привлечет к себе нежелательное внимание, он оставил его запертым в стыковочном отсеке. Подойдя к шкафчикам, где он оставил свои вещи, он быстро заплатил владельцу огромную сумму кредитов, а затем открыл шкафчик, которым пользовался, и достал из него сумку с одеждой и оставшимися деньгами. - Приходите в любое время, - сказал ему вслед владелец, когда он уходил. Не обращая внимания на это замечание, он направился в самую оживленную кантину в Мос Лиспе, где наверняка найдется кто-нибудь, готовый продать ему корабль за те деньги, которые он мог предложить.

***

Три дня спустя, Взойдя на борт своего нового корабля, Люк бросил сумку в коридоре, когда вошел в кабину. Это был небольшой грузовой корабль, а не гражданское судно, но он достался ему по разумной цене и был быстрым, а это все, что его волновало в данный момент. Усевшись в кресло пилота, он понял, что ему лучше отправиться прямо к Мелке. В последние несколько дней он начал сомневаться в том, что делает. Ведь он думал присоединиться к Дарту Вейдеру, Темному лорду ситхов. Возвращение на Мелку почти наверняка означало бы присоединение к Темной стороне Силы, а он не был уверен, что хочет этого. Он слышал, как Йода говорил о Темной стороне, и то, что он сказал, звучало не слишком хорошо. Йода говорил, что люди, использующие Темную сторону, поглощаются ею и становятся ее рабами. Но ведь его отец использовал ее, не так ли? А он не был рабом, как и Император. Напротив, Палпатин был самым могущественным человеком в галактике! Кроме того, отец любил его и хотел этого для своего сына, так что это не может быть плохо... не так ли? Кроме того, он начал испытывать чувство вины за убийство Залума. Мальчик - а он был всего лишь шестнадцатилетним подростком - доверял ему, смотрел на него снизу вверх и восхищался им. Он ненадолго вернулся мыслями к тому моменту, когда впервые встретил Залума. Он только что вернулся в Альянс, и мальчик подошел к нему и начал говорить о том, что для него большая честь летать в одной эскадрилье со "знаменитым Люком Скайуокером", как он его называл. Он также сказал, что именно благодаря победе на Явине он присоединился к Альянсу. Тряхнув головой, Люк отогнал эти мысли. Залум был мертв, и точка. Потянувшись вперед, он начал щелкать переключателями, и вскоре корабль поднялся в воздух. - Кроме того, - вслух рассуждал Люк, влетая в атмосферу Лантуина. - Я не могу сейчас вернуться в Альянс, даже если бы захотел. Они арестуют меня, а потом будут судить за измену и убийство, а потом казнят. Но он не хотел возвращаться... не так ли? Нет, не хотел. Он принял решение, когда только направился к своему X-крылу. Он возвращался домой, и это было именно то, что он всегда хотел сделать. Правда, все было не так, как он представлял себе в детстве на Татуине, но результат был бы тот же. Он будет с отцом, его будут любить, он будет чувствовать себя своим, и он сможет учиться у своего отца. Введя в компьютер координаты Мелки, он подождал, пока тот сообщит о готовности, и потянулся к рычагам гиперпространства. Наблюдая за тем, как звезды расплываются в желто-белые полосы, когда корабль входит в гиперпространство, он вздохнул.

***

Три дня спустя, Выходя из гиперпространства, Люк напрягся, его ментальные щиты поднялись, готовые отгородиться от отца, если тот попытается проникнуть в его разум. Он ненадолго ощутил присутствие Вейдера, чтобы убедиться, что это он, но тут его отец отступил, видя, что сын не хочет разговаривать. Глядя на раскинувшуюся перед ним планету, Люк заколебался. За последние несколько дней его сомнения усилились. Но только тот факт, что отец уважал его желание не вступать в ментальный контакт в данный момент, заставил некоторые из его сомнений рассеяться. Отец никогда не давил на него так, как Хан и Лея. Он уважал его желания и понимал его, чего не смогли сделать даже Оуэн и Беру Ларс спустя двадцать лет. Введя корабль в атмосферу Мелки, он вздохнул. Почему жизнь должна быть полна сложных решений? Почему он не мог просто родиться в нормальной семье? Или почему Бен не мог с самого начала оставить его с отцом? Эти вопросы "что, если" занимали все больше и больше времени, хотя он знал, что они совершенно бесполезны. Что было, то было. Когда он сажал корабль, то увидел, что отец ждет его на краю посадочной площадки. Откинувшись в кресле пилота, он посмотрел в обзорный экран на стоящую там фигуру в черном одеянии, затем опустил взгляд на такую же черную одежду и плащ. Он переоделся в них незадолго до выхода из гиперпространства. Он знал, что еще может уйти. Отец уже позволил ему уйти однажды, так что он был уверен, что отпустит его и во второй раз. Хотя он никогда не сможет вернуться в Альянс, он всегда сможет отправиться на какую-нибудь отдаленную планету и жить там. Он мог бы жениться, завести детей и жить там спокойной и мирной жизнью, никогда не оглядываясь назад. Встряхнув головой, он ненадолго задумался о том, что с ним не так. Он знал, что никогда не сможет провести всю жизнь на какой-нибудь захолустной планете и не желать большего. Достаточно было взглянуть на свое прошлое, чтобы убедиться в этом. Снова выглянув из обзорного окна, он увидел, что отец не сдвинулся с места. Отец хотел его, но он уважал его выбор. Встав, он направился к рампе, думая лишь о том, что испытывает тоску. Спустившись по пандусу, он снова заколебался. Как только он спустился по пандусу, его выбор был сделан. Действительно ли это то, чего он хотел? Он не был уверен, но именно так он думал, когда в последний раз покидал эту планету, этого человека, и вот он снова здесь. Закрыв глаза на несколько секунд, он вздохнул и начал спускаться по трапу, направляясь к ожидающему его отцу. Как только он покинул укрытие своего корабля, ветер зашевелил его черный плащ и начал играть с ним. Он не замечал этого, пока спускался по трапу и шел к отцу. Остановившись перед ним, он всмотрелся в черную маску, лишенную выражения. - Отец... Я... Я..., - заикаясь, пролепетал он, не зная, что сказать и что делать. Глядя в глаза сына, Вейдер улыбнулся. Люк вернулся к нему, причем по собственной воле. Он знал, что будет скучать по мальчику, когда тот улетит, но не ожидал, что это будет так сильно, как оказалось. Он был очень рад, когда Люк позвал его на прошлой неделе, и это только укрепило его в мысли о том, насколько несчастным должен быть его ребенок. Увидев смятение и неуверенность в мутных глубинах глаз сына, он протянул обе руки и положил их на плечи мальчика. Увидев, что в глазах Люка мелькнула радость, он только шире улыбнулся. На мгновение они замерли в напряженном ожидании. И вдруг Вейдер заключил Люка в объятия. От неожиданности Люк слегка напрягся, но затем расслабился, осознав, что происходит. Улыбаясь, он прислонился головой к массивной груди отца, опустив ментальные щиты и впустив отца в себя. Почувствовав, как отцовские руки крепко обхватили его в ответ, он не вздрогнул, когда отец осторожно вошел в его сознание. Инстинктивно понимая, что он в безопасности, он закрыл глаза, пока отец пытался разобраться в мешанине его эмоций. Чувствуя, как от отца исходит понимание, он гадал, что будет дальше. Он ждал, а потом почувствовал, как все его сомнения растаяли, словно лед на солнце, когда отец поднял руку и начал нежно гладить его по волосам. Наконец Вейдер отстранился и, держа Люка на расстоянии вытянутой руки, открыл сыну свой собственный разум. Осознав, что делает его отец, Люк потянулся вперед и вошел в разум Вейдера. Он был мгновенно удивлен и поражен тем, какой силой обладал его отец. Его также поразили чувства отца к нему. Разобравшись в гордости и любви, которые он там обнаружил, он отступил, глядя на отца. Его решение было принято. Все его сомнения исчезли, и он уже чувствовал себя своим. Правда, это было немного неловко, поскольку он больше чувствовал Светлую сторону Силы, чем Темную, но она была здесь, вокруг него, и он неоднократно пользовался ею. Она витала на краю его души и немного внутри нее, внутри него самого. Но его отец скоро исправит это, его отец и Император. Вместе они покажут ему Темную сторону, и он согласится, хотя бы для того, чтобы угодить отцу. Но даже думая об этом, он понял, что действительно хочет научиться использовать Темную сторону. Да, он уже использовал ее раньше, но знал, что лишь поверхностно изучил доступную ему силу. - Мы должны сообщить Палпатину о твоем возвращении, - сказал Вейдер, услышав мысли сына. И то, что он услышал, искренне обрадовало его. Люк обладал огромным потенциалом, и теперь он и его учитель будут учить ребенка, как превратить этот потенциал в реальную силу. Кивнув в знак согласия, Люк последовал за отцом, когда Вейдер развернулся и направился к замку, к их дому. Чувствуя все то, на что он надеялся и о чем мечтал в прошлом, он улыбнулся. Теперь он был там, где должен быть, где ему суждено быть. Войдя в замок, Люк понял, что, несмотря на то что он был повстанцем, в душе он имперец.

***