Часть 17

Едва за ними закрылась дверь, Гарри услышал удаляющийся, почти радостный топот Грокка. Гарри перевел взгляд на нового гоблина. Тот выглядел довольно молодым и представительным, если не считать внушительного синяка, который уже начал расцветать под его левым глазом. — Прошу простить мою оплошность, мистер Поттер, миледи, — начал гоблин, вставая. Его голос был более учтивым, чем у Грокка. — Меня зовут Нолд. Я только недавно вступил в должность управляющего счетами мистера Поттера, а мой предшественник, к сожалению, не счел нужным уведомить меня обо всех нюансах. — Всякое бывает, — философски заметил Гарри. — Но ведь вы могли и сами поинтересоваться делами своего клиента? — Разумеется, и я еще раз приношу свои глубочайшие извинения, — сказал он и, на секунду замявшись, добавил: — Я не ожидал, что вы… что вы так скоро появитесь, мистер Поттер. Нас заставили поверить, что вы будете… э… позже? Спустя несколько секунд он пришел в себя. — В любом случае, давайте начнём с главного. Завещания. Позвольте начать с первого. Нолд взял запечатанный конверт, сломал сургучную печать и, развернув пергамент, начал зачитывать: --- Последняя воля и завещание Лилиан Поттер (урожденной Эванс) Я, Лилиан Поттер, находясь в здравом уме и твердой памяти, завещаю своему единственному сыну, Гарри Джеймсу Поттеру, следующее имущество: 1. Недвижимость:       * Дом в Лондоне по адресу: А-Стрит, 13б.       * Торговое помещение по адресу: Лютный переулок, 45. 2. Финансовые активы:       * Счет на предъявителя в магловском банке «Прайм-Банк». Номер счета в приложении к данному завещанию. … Опекунство: В случае моей смерти я назначаю опекуном своего сына, Гарри Джеймса Поттера, его отца, Джеймса Карлуса Поттера. Если Джеймс Поттер будет не в состоянии исполнять свои обязанности, я назначаю следующих лиц опекунами в порядке их перечисления и дееспособности: 1. Алиса Лонгботтом 2. Фрэнк Лонгботтом 3. Амелия Боунс 4. Сириус Блэк (Пожалуйста, Сириус, не учи Гарри своим дурацким штучкам!) 5. Питер Петтигрю 6. Римус Люпин Особое примечание: Ни в коем случае не передавать опеку над моим сыном моей сестре, Петунии, если она все еще будет замужем за Верноном Дурслем. (Петуния, если ты это читаешь, я уже все тебе объяснила!) --- Закончив читать, гоблин поднял глаза. Тетя Петуния густо покраснела под пристальным взглядом Гарри. — Тетя? Ничего не хочешь рассказать? — тихо спросил он. Петуния опустила глаза, её пальцы дрожали, будто они сдерживали эмоции. — Насчет того, как ты оказался у нас… — начала она с усилием. — Тебя оставил Дамблдор у порога. Я же говорила. А то, о чем писала Лили… я… я не помню, правда, — вид у тети был растерянный. Похоже, она и в самом деле не помнила или не хотела вспоминать этот разговор. — Но там же сказано… — осторожно начал Гарри, — что ты была в списке тех, кому нельзя меня передавать. — Это она писала, когда… была зла на меня, — пробормотала Петуния. Нолд вежливо кашлянул в кулак. — Прошу прощения, но у меня ещё есть несколько документов для вас.  — Давайте продолжим — ответила Петуния. Гоблин кивнул, взял второй конверт и, сломав печать, начал читать. --- Последняя воля и завещание Джеймса Карлуса Поттера Я, Джеймс Карлус Поттер, находясь в здравом уме и твердой памяти, завещаю своему единственному сыну, Гарри Джеймсу Поттеру, следующее имущество: 1. Недвижимость:       * Дом в Годриковой Впадине.       * Поместье, «Оленья Роща», в Дербишире. 2. Финансовые активы:       * Хранилище номер 687 в банке Гринготтс.       * Хранилище номер 12 в банке Гринготтс. 3. Доля в следующих предприятиях:       * Газета «Пророк» 20 процентов       * Метлы «Нимбус» — 2       * Метлы «Чистомет» 10       * «Зонко» — 12 (Далее следовал списк более мелких долей в различных предприятиях) … Опекунство: В случае моей смерти я назначаю опекуном своего сына, Гарри Джеймса Поттера, его мать, Лилиан Поттер (урожденную Эванс). Если Лилиан Поттер будет не в состоянии исполнять свои обязанности, я назначаю следующих лиц опекунами в порядке их перечисления и дееспособности: 1. Алиса Лонгботтом 2. Фрэнк Лонгботтом 3. Амелия Боунс 4. Сириус Блэк (Бродяга, братишка, позаботься о Гарри! Научи его всему, что знаешь!) 5. Питер Петтигрю 6. Римус Люпин Особое примечание: Ни в коем случае не передавать опеку над моим сыном сестре моей жены, Петунии, если она все еще будет замужем за Верноном Дурслем. (Я, честно говоря, так и не понял, почему, но это воля Лили, а с ней лучше не спорить.) --- Петуния тяжело вздохнула. — И этот… туда же. — Она покачала головой. — Я уже не знаю, что и думать. Ну, не помню я такого разговора… Вот жеж Лили. — Не беспокойся, тётя, — спокойно сказал Гарри. — Думаю, всё понятно. Ты ведь уже не замужем. Петуния слегка кивнула… но затем что-то в её лице изменилось. Лицо побледнело, потом побелело, затем стало серым, как пепел. Упоминание Вернона вызвало в ней волну воспоминаний — неприятных. Она дрожащей рукой достала из сумочки платок и прижала его к глазам. Спустя несколько долгих минут она взяла себя в руки. — Прошу, продолжайте. Нолд снова выудил из папки документ, на этот раз — небольшой свиток. — Этот последний. Дарственная. --- Я, Регулус Арктурус Блэк, дарю ребенку Джеймса и Лилиан Поттер дом в деревне Хогсмид, что стоит у самой кромки Запретного Леса. Адрес и ключ-артефакт для входа прилагаю. --- Гарри моргнул, переваривая информацию. — Кто такой Регулус Блэк? И почему он дарит мне что-то? Даттебайо! — Желаете узнать? Мы можем предоставить краткое досье, — тут же предложил Нолд. — Стоимость услуги — пять галлеонов. Гарри посмотрел на Петунию. Та уже пришла в себя и мыслила трезво. — Да, это будет весьма полезно, — твердо сказала она. — Добавьте к списку информацию о Сириусе Блэке и, пожалуй, обо всем роде Блэков. Также предоставьте отчет о состоянии всех унаследованных компаний и недвижимости. Я слышала, дом в Годриковой Впадине разрушен… — Сейчас все будет, — кратко ответил Нолд. Он повернулся к своему столу, что-то быстро написал на листке пергамента и что-то прошептал. Через мгновение листок истял в воздухе. Пока они ждали, он достал из ящика стола еще кое-что. — Кроме того… — с налетом мистической загадочности начал он, — у нас нашлось вот такая вещица. Это тоже числится за вами, мистер Поттер. Он передал Гарри маленький, плоский сверток из пожелтевшей, похожей на кожу, материи. На нем каллиграфическим почерком было выведено: «Эрис Экризидис для Гарри Поттера» — Эрис Экризидис? — прочитал Гарри вслух. — Кто это? — Мы не можем сказать, — с неохотой ответил гоблин. — Сверток поступил в хранилище очень давно. На другой стороне указана… дата. Гарри перевернул сверток. На обратной стороне было выведено выцветшими чернилами число: 33. — Непонятно. Что это за дата? — недоумевая, спросил он. — Это дата от основания банка, — пояснил Нолд. — Это примерно 1212 год. — Ох ты ж… — выдохнул Гарри. Петуния даже приподнялась со стула — и тут же села обратно. — Это вообще как? — поражённо спросила она. — Вот так, — раздраженно отрезал гоблин, давая понять, что больше комментариев не будет. В этот момент в дверь постучали, и в кабинет вошел молодой гоблин с внушительной стопкой папок и пергаментов. Передав ее Нолду, он молча поклонился и покинул комнату. Нолд разложил документы на столе, и его глаза азартно блеснули. — Ну что ж, с чего начнём? — неожиданно бодро, даже с интересом, спросил он довольный тем что тема с Экризидис закончена. — С недвижимости, — попросила Петуния, переглянувшись с Гарри. Нолд перевернул несколько страниц в своей папке и начал: — Первое: поместье в Дербишире, регион Пик-Дистрикт. Сообщается, что оно на данный момент заброшено. Состояние консервационных чар — неизвестно. Были наложены лично Джеймсом Поттером. — Консервационных? — уточнил Гарри, нахмурившись. — Да, — кивнул Нолд. — Это особые чары, применяемые, когда дом нужно временно покинуть. Против гниения, разбалансировки магии, плесени… и вторжений. Лучшие формулы — наши, гоблинские… но весьма дорогие. — А что входит в это поместье? — уточнила Петуния. — Оно включает в себя основной дом — два этажа и северная башня, — а также прилегающий участок леса и сад с прудом. Вся территория находится под защитным барьером. По отметкам вашего предыдущего управляющего, год назад барьер все еще был активен. Ограничение территории — магический барьер. Ваш прежний управляющий отметил, что ещё год назад барьер функционировал. — Странно… Почему же Лили и Джеймс не жили там? — тихо пробормотала Петуния, скорее себе, чем другим. — На этом по поместью в основном все. Важный момент: ввиду статуса консервации, налог на недвижимость не взимается. Теперь… что касается дома в Годриковой Впадине, — тон Нолда стал еще более сухим. — Он был частично разрушен, а затем, решением Министерства магии, превращен в национальный мемориал. Использовать его как частное жилище или продать, соответственно, невозможно. — Почему это?! — воскликнул Гарри с неожиданной остротой. — Это был их дом! Мой дом! Как это — «нельзя»? Гоблин молча достал жёлтый документ и передал его Гарри. — Копия постановления Визенгамота от 1983 года, через год после трагедии. На пергаменте аккуратными округлыми рунами было выведено:

Постановление Визенгамота № 114/83

В соответствии с постановлением верховного магического суда: Объявить место гибели Джеймса и Лили Поттер мемориальной зоной. Запретить проживание или отчуждение территории (в том числе продажу, аренду и передачу по завещанию) третьим лицам. Законом признаётся моральная и историческая значимость объекта.

Заверено

Миллисента Баґнолд, министр магии;

Альбус Дамблдор, председатель Визенгамота.

--- Петуния яростно приподнялась со стула. — Да как они смеют?! — воскликнула Петуния, вскакивая на ноги. — Это его собственность! Гарри сжал пергамент в руках. — Они просто… взяли его? — неверяще спросил Гарри. — А если бы у меня больше ничего не было? Где бы я жил, когда вырос бы? На улице? — В таком случае вам пришлось бы либо приобретать другую недвижимость, либо арендовать жилье, либо… — Нолд сделал паузу, — судиться с Министерством магии.