Ночь, когда заговорило сердце

Дворец в Османской империи кипел, в особенности гарем. Все девушки разговаривали и одновременно собирались. Бывшая Графиня Мэри уже месяц в гареме и много с кем познакомилась. Она даже приняла ислам, но только имя не сменила. Думала что Шехзаде будет приятно выбрать ей новое имя. Вот-вот её отправят к Баязиду девушка его уже не раз видела и не была против узнать по ближе. Мэри разговаривала с Анабель Хатун которую недавно купили на невольном рынке. Зайдя в гарем Гюнеш Калфа позвала к себе Мэри Хатун та быстро встала и подошла. — что случилось Гюнеш Калфа — Мэри переживала что Хуридшихан или Рана Султан узнают о планах Хюррем на неё и скажут что я что-то сделала и отправят в старый дворец. Пока она ещё наложница Повелителя, а не Шехзаде так что Мэри пришлось держать язык за зубами и никому не говорить о её планах стать любимицей Шехзаде. — сегодня ты предстанешь перед Шехзаде — рассказала Калфа и девушка сразу же расслабилась и одновременно обрадовалась. — ты же мне выберешь самое красивое платье — Мэри надеялась что Гюнеш, как всегда, ей поможет. За этот месяц в гареме она не раз спасала от гневных Госпожей. — идём со мной — Калфа взяла девушку за руку она вышли из главной комнаты гарема и пошли по коридору прямо, потом на право и зашли в первую дверь. Внутри было много платье которые лучше её повседневных платьев. На столе были украшения на голову ожерелье или украшения на любую часть тела. Рядом зеркало во весь рост справа несколько пар обуви. — я могу выбрать себе сама платье — девушка развернулась к Гюнеш и та кивнула — и даже украшения Получив ещё один кивок Мэри первым делом стала выбирать платье. Почти у все был один фасон, но девушка нашла наряд который состоял из верхней части и отдельной юбки. Определившись с основной части она приступила к украшениям здесь ей помогала Калфа. Выбрала украшения на голову и ноги они закончили.  Мэри оставила Гюнеш в комнате, а сама пошла обратно в главную комнату. Сев около Анабель они продолжили разговор. — Мэри Хатун, а куда ты ходила — спрашивала её Айше Хатун которая сидела на другой стороне гарема. — куда нужно — в гареме нет людей которым можно доверять на все сто процентов. Никто в гареме не знал ну кроме Гюнеш Калфы что Мэри будущая наложница Шехзаде. Девушка знала что покинет гарем Султана и отправиться в гарем Шехзаде. Анабель Хатун единственная подруга из наложниц и в лучшем случаи когда Мэри станет фавориткой то, возьмёт её в служение. Девушки дальше продолжили разговор, но его ещё раз прервали. — Мэри Хатун иди в сад и собери букет для Хюррем Султан — на этот раз была Фахрие Калфа девушка послушно встала и пошла в сторону сада. Выйдя в невероятно красивый сад. Пройдя немного по каменной тропинке Мэри нашла красивый куст роз. Подойдя ближе она стала аккуратно срывать по одному цветку. Иногда она колола пальцы шипами и шипела от боли. Собрав букет из пятнадцати роз Мэри развернулась и упёрлась в мужскую грудь. Подняв голову она увидела Шехзаде Баязида и быстро присела в поклоне. — извините Шехзаде я вас не заметила — Шехзаде посмотрел на руки девушки которая держала букет и взгляд устремился на её пальцы. На троих виднелись капли крови. — сильно больно — спросил молодой мужчина и взял в свою руку её и нежно провел большим пальцем её раненые пальцы. — уже не так болит прошу меня простить мне нужно идти с вашего позволения Шехзаде — Баязид кивнул и Мэри склонившись ушла. Подняв одной рукой подол платья девушка зашла в дворец, а потом в гарем. Быстро найдя нужную дверь в покои Госпожи. Подойдя ближе к двери она встретила Сюмбюля. — кого я вижу — Евнух радостно поднял руки. — Госпожа в покоях — спросила Хатун. — нет она ушла к Михримах Султан — ответил Ага. — ясно пропусти меня в покои я цветы в вазу поставлю — Сюмбюль приказал двоим Евнухам открыть двери в покои. Мэри без препятствий зашла подойдя к столу девушка положила в вазу розы. Девушка поправила один цветок и укололась. Хатун больше не хотела рисковать своими пальцами так что она развернулась и вышла из покоев. — Мэри Хатун к тебе скоро подойдёт Гюнеш Калфа и ты пойдешь в хамам — девушка на это кивнула развернувшись она, стала идти в сторону гарема. Подняв взгляд Мэри увидела что из-за угла вышел Шехзаде Баязид. Девушка встала около стены и присела в поклоне. Шехзаде должен был просто пройти, но подошёл к Хатун. Увидев что на целых пальцах появились новые следы от шипов роз. — сейчас же иди к лекарше — приказным голосом сказал Шехзаде. — это обычные маленькие раны мне не нужна помощь лекарши — Мэри не хотела идти в лазарет по таким пустякам. — как тебя зовут — спросил Баязид уже немного мягким голосом. — Мэри — Шехзаде взял Мэри за локоть и повёл к Евнуху. — Сюмбюль Ага лично проследи чтобы Мэри Хатун обработали раны на пальцах — Евнух кивнул Баязид, ушел в сторону своих покоев. А Евнух взял Мэри за локоть и повёл в лазарет. Он находился недалеко и они очень быстро добрались к нужным дверям. Зайдя туда Мэри и Сюмбюль остановились посередине комнаты. — Хаджи Хатун, обработай Мэри Хатун раны на пальцах — лекарша скептически посмотрела на её пальцы и после на Евнуха. — это обычные ранки от шипов идите в гарем и не приходите больше по таким пустякам — Хаджи Хатун отошла к столу где стояли разные лекарства. — сам Шехзаде Баязид приказал мне проконтролировать чтобы Мэри Хатун обработали раны — на это лекарша тяжело вздохнула и показала на кровать. Мэри послушно села и Хаджи взяла флакон слегка зеленоватой водой. Вылив немного на кусок ткани и стала проводить по раненым пальцам. Двери в лазарет резко открылись и в комнату вошла Гюнеш Калфа. — Мэри Хатун, что случилось — Калфа подошла ближе и присела около девушки. — уже все можете идти — Хаджи Хатун отошла обратно к своему столу и положила флакон. — идём в хамам тебе уже нужно готовиться — Гюнеш взяла Мэри под руку и они вышли с лазарета. Девушки медленно шли по коридорам. Мэри Хатун не дойдя даже к хамаму уже чувствовала лёгкий мандраж. Она пыталась угасить чувство тревоги уже сейчас. Зайдя в жаркий хамам Мэри скинув платье завязала полотенце на груди. — Мадина и Надия помогите Мэри Хатун — девушка только сейчас заметила двух девушек за спиной Калфы. Девушки подошли к Мэри и взяли по специальной посудине. Как только все тело девушки было влажное они начали приводить в порядок её волосы. Скачала нанесли маску из глины этим занималась Мадина Хатун. А Надия не теряя времени стала делать массаж рук. Когда глину смыли с волос Мэри дальше она нанесла на них масло из цветов мальвы. Подождав немного Мэри потрогала свои волосы и удивилась они стали намного мягче на ощупь. Дальше Надия принесла какую-то смесь. Они двое начали наносить это на небольшие участки её ног. Когда смесь застывала они резким движением руки отдирали. Это процедура называется депиляция, но Мэри бы назвала её пыткой. Едва стерпела это мучения. Дальше последовал массаж иногда нанося на тело маслом с запахом жасмина который наполнил весь хамам. Как только её тело от приятного массажа стало более мягким и нежным Мэри заменила полотенце на халат. Девушку окружили те самые две девушки, что и в хамаме, но уже в комнате где собирали девушек. Первым делом Мэри одели в выбранную одежду. — Гюнеш Калфа только я буду танцевать для Шехзаде — спросила девушка одевая на голову украшения. — нет вас будет трое ты пойдешь первая Шехзаде точно тобой заинтересуется и на других даже не посмотрит — в комнату зашли ещё две девушки и Сюмбюль Ага. Калфа показала на лавку на которой были аккуратно сложены два платья. Отвернувшись к новым девушкам спиной Мэри наводила последние штрихи, а именно нарисовала стрелки чтобы глаза были более выразительные. — Мэри Хатун я вижу ты готова идём к Шехзаде — девушка встала за Калфой и Евнухом. Поймав на себе злой взгляд девушек которые ещё готовились. Мэри не сказала из ни слова молча вышла из комнаты. Шли они не быстро Шехзаде ведь от них не убегает. Мэри предвкушала как будет танцевать для Шехзаде. Её цель остаться в покоях хотя бы к утру, а там уже и в сердце поселиться. То что случилось в саду, а потом около покоев Госпожи придавало Мэри уверенности что Баязид не останется равнодушным к ней. Они уже перешли её судьба решиться в этих покоях. Как только двери открылись Мэри поднесла рукав к лицу закрывая все ниже глаз. Вошла в покои Шехзаде Баязида, её лёгкие шаги почти не слышались на мраморном полу. В воздухе витал аромат розовой воды и благовоний, а мягкий свет отбрасывал золотистые отблески и на бархат подушек. Она склонила голову, взгляд её голубых глаз сиял, а на губах играла едва заметная улыбка. Звон браслетов и тонкий перезвон жемчугов на её наряде разлился в тишине, когда она подняла руки, очерчивая изящный жест. Музыкантами были девушки из гарема за занавесью заиграли мелодию – нежную, но полную скрытой страсти. Мэри начала двигаться. Её бёдра покачивались в такт ритму, тонкие запястья плавно рисовали в воздухе узоры. Шелковая юбка мягко скользила вокруг её ног, а золотые украшения мерцали при каждом движении. Она танцевала не спеша, её движения были исполнены грации, но в них чувствовалась скрытая игра, призыв, тонкая провокация. Она неотрывно смотрела в глаза Баязиду – гордые, тёмные, они сияли любопытством и восхищением. Когда музыка достигла пика, её танец стал быстрее, огонь в глазах вспыхнул ярче. Она кружилась, будто пламя, покоряющее ветер, а затем, сделав последний плавный шаг, замерла, склонив голову в почтении. В покоях воцарилась тишина, нарушаемая лишь ровным дыханием Шехзаде. Он не сводил с неё глаз. А затем, с лёгкой улыбкой, медленно поднялся с подушек. Подойдя ближе он поднял её подбородок своей рукой. Скрип дверей отвлёк их взгляд, устремился на только что открытые двери. Тым были девушки которые тоже должны были развлекать Шехзаде. Сюмбюль Ага увидел Баязида и его взгляд быстро взял девушек за руки. — девушки идите в гарем — двери вновь закрылись оставляя их на одних. Баязид остался так же близко его взгляд задержался на сияющих в полумраке глазах Мэри. Она не отвела взора, не склонилась в покорности, как делали другие. В её спокойной уверенности было нечто, что разжигало азарт. — ты танцуешь, словно огонь — его голос прозвучал низко, с оттенком восхищения. — но огонь может и обжечь, мой Шехзаде — тихо ответила она, уголки её губ дрогнули в лёгкой улыбке. Баязид усмехнулся, протянул руку, и кончики его пальцев коснулись её запястья. Лёгкое касание, почти невесомое, но от него по коже пробежала дрожь. — а если я захочу испытать это пламя — Мэри медленно опустила глаза, будто раздумывая. Затем, едва заметно качнув головой, сделала шаг назад, разрывая их хрупкий контакт. — огонь не спешит покоряться, мой Шехзаде — её голос звучал мягко, но в нём угадывался вызов. Баязид прищурился, в глазах вспыхнул интерес. Он привык, что женщины в его покоях покорны, но эта… Эта была другой. — тогда я буду тем ветром, что раздувает его, а не гасит — медленно произнёс он и резко укоротил дистанцию между ними. Взял её за щёки и их губы соприкоснулись. В этом поцелуе было всё — требовательность, жар, желание завладеть и насладиться её вкусом. Но в то же время он был удивительно бережным, словно он вкушал редчайшее вино, которое хотелось смаковать, а не пить залпом.