Это было не просто смело...

      Итадори нервно потирал руки и глубоко в себе утопал. Собственные шаги в пустом коридоре не слышал, ведь слишком усиленно старался думать о хорошем.       – Пацан, что случилось? Трясёшься как овечий хвост, – издевательский голос прыснул ядом на подкорке сознания. – Неужели укольчика испугался?       Именно. Юджи до усрачки боится шприцов. Готов вынести всё на свете: выколотый глаз, вырванное сердце, отрубленные руки, сломанный хребет и эпидемию сибирской язвы, но не уколы.              Ясное дело, не так уж это и страшно. Головой понимал, но тело до сих пор не свыклось с тем, что орудие пыток не несло вреда в руках врачей. Более того – лечило.              Видимо, сказывались травмы детства.              Природой заложено что ли? Если острое, обязательно опасное. Толком ходить не научился, а уже, видя шприц во взрослых руках, убегал. Только всегда ловили и зажимали между ног, чтобы вонзить огроменную иглу в жопу, вызывая онемение всей конечности.              После этого уже в садике держали всемером, чтобы сделать прививку на ненужную реакцию. «Комарик укусит» – наглая ложь, ведь в итоге чувствовал, как кожу пронзала неистовая боль. Может, накручивал сам себя, но орал на всю округу, от чего даже сознание терял.              Ещё вариант – когда обожрался от жадности мандаринов в пятом классе, после чего неделю ставили капельницы. Мало того, что с иглой в руке приходилось лежать полчаса, так ещё и медсестра не всегда попадала в вену с первого раза – перевтыкала металл повторно, а иногда елозила остриём прямо под кожей.              Короче говоря, причин не любить уколы хватало.              А тут Сёко со своим сообщением с утра обрушила разом спокойное существование: «Сегодня ко мне в кабинет на инъекцию».              И чёрт бы побрал тот день, когда Итадори подцепил от проклятого духа неведанную заразу, от которой Иейри чудом удалось разработать противоядие. Ведь сам Король ядов, видите ли, не в состоянии это устранить.              – Я просто не люблю иголки, – буркнул маг, ощущая, как по спине прошёл ток, поднимая на затылке волосы.              – Ну да, как же.       Ехидства не занимать. Сукуна уже предвкушал это убогое зрелище, как сосуд сильнейшего теряется при виде малюсенького шприца. Хотя сам и не скрывал, что хотел бы увидеть в теле сопляка медицинский инструмент побольше. Чтобы того вообще кондратий хватил.              Подойдя к кабинету, Юджи замялся. Кулак не хотел стучать в дверь. В голове твердилось лишь одно – беги.              Не успел развернуться, дверь открылась, а за ней Сёко.              – Проходи. Садись в кресло.              Убежать шанс ещё был, но маг представил последствия, где вместо очаровательной Иейри за ним будет бегать сенсей по всей школе. И он-то уж точно аккуратно лекарство вводить не станет. Как воткнёт, так и будет.              Плохо. Лучше уж нежная женская рука, чем мужская, кидающая шприц, как дротик.              Юджи на трясущихся ногах подошёл к указанному месту и сел, натянув рукава по самые пальцы.              – Хватит играться, Итадори, снимай куртку, мне нужно твоё плечо.              Невыносимо медленно, но повиновался. Положил локоть на подлокотник и закрыл глаза, пытаясь глубоко дышать. Методика дыхания квадратом не помогала абсолютно. Звуки шебуршения инструментов по металлическим подносам били прямо по мозгам. Пот тёк по спине и лицу так, словно в бане застрял. Гадкий хохот в голове мешал сосредоточиться на спокойствии.              Девушка провела мокрой холодной ваткой по плечу, от чего парень сильно дёрнулся и отстранился, как ошпаренный. Иейри устало посмотрела на подростка.       – Расслабься, я ещё ничего не делаю.              – А, может, есть другой способ? Таблетка там или сиропчик. Сёко, пожалуйста.              – Нет, сиди смирно, или я тебя привяжу.              – Может, это твой план, засранец? Хочешь этого?              – Заткнись.              – Что?              – Простите, это я не вам!       Девушке всё равно, она привыкла к странному окружению. Без эмоций набрала в шприц лекарство и, сменив иглу, сняла колпачок.              Звук неизбежности вызвал панику разрушительного масштаба, из-за чего мальчика затрясло с новой силой.              – Какое же ты ничтожество, сопляк.              Увидев, что ребёнок отстраняется в кресле дальше от инъекции, Сёко приняла решение всё же привязать руку Итадори. Не хватало ещё, чтобы тот дёрнулся во время введения иглы.              Юджи не стал сопротивляться, ведь понимал, что это важно.              Продезинфицировав участок на плече повторно, девушка поднесла шприц к коже. Юджи задёргался, словно собака, пытающаяся вырваться из ошейника под страхом смерти. Он хотел убежать, но ремень крепко удерживал руку.              Страшно-страшно-страшно!              Маг сильно зажмурился. Не смог вынести поглощающего ужаса, поэтому ничего лучше не придумал, как использовать чувство самосохранения по максимуму.              По коже расплылись чёрные полосы, кабинет наполнился аурой зла.              Сёко ошарашенно взглянула в алые глаза также ничего не понимающего Короля проклятий.              Несколько секунд молчания прервал раздражённый вздох Двуликого.       – Коли.       Коротко и ясно. Иейри быстро провела процедуру и отошла от проклятия.       – Безмозглое создание, – прорычал Сукуна, отстёгивая себя от кресла. – Всё закончилось, сопляк, вылезай.       Татуировки с кожи тут же исчезли. Юджи, стыдливо зажмурившись, быстро поклонился застопорившейся девушке и убежал из кабинета.              – Ну, пацан. Это была дерзость высшей степени. Ты превзошёл сам себя. Так подло использовать меня... Ты даже смерти не достоин после этого. Отработаешь сполна. Готовься к адским пыткам всю следующую неделю.              Всего неделю? Да Итадори легко отделался!              – Ты же знаешь, другого я от тебя и не ждал.