Часть 1

      С самого детства родители учили Элис благодарить Бога за каждый успех — ведь без воли Всевышнего, утверждали они, ничто не свершится. А в моменты неудач указывали, что только через Него можно обрести помощь и утешение. Они без усталости капали на мозг, заставляя её молиться вслух перед едой, будто сомневались в её искренности. Иногда, если она, по их мнению, проявляла хотя бы тень сомнения или неверия, всё доходило до рукоприкладства.       Элис не просто терпела эти требования — она привыкла к ним, приняла как данность. На протяжении своего детства и юности она воспринимала их как нечто нормальное, не понимая, насколько это травмирует её душу. Только столкнувшись с реальным миром, с его развратом и уродливостью, который, тем не менее, для неё оказался каким-то странным и непривычно правдивым, она начала ощущать, что всё то, чему её учила мать, — будто растворилось в пустоте. Но пустота не была угрожающей — она как будто предоставила ей воздух, в котором можно было дышать полной грудью.       Одинокое слово — свобода — вдруг зазвучало в её ушах как нечто новое, как нечто заблудившееся на фоне её прошлого.       — И снова ты витаешь в облаках, прекращай, Элли, — тихо произнесла Люси, заходя в комнату. Её голос был почти шепотом. Боялась, что их могут услышать. — Тебе повезло, что зашла я, а не матушка.       Элис слегка кивнула, возвращая взгляд к сестре, но в её глазах всё ещё не угасало беспокойство. Она пыталась фокусироваться, но мысли снова ускользали. Люси стояла перед ней, распуская свои светло-русые волосы, аккуратно приглаживая их ладонью и доставая из полки запрятанную книгу.       Люси была старше всего на три года, но с самого детства она пыталась учить Элис чему-то другому — втайне от их матери. Она приносила научную фантастику и классическую литературу, позволяя сестре читать что-то, кроме Библии. Учила верить в науку, а не в пустые слова матери и бабушки. Брала вину на себя, когда сестренка разбивала что-то и Элис была за это благодарна.       — Лю, мне нужно сходить на собеседование в обед, — начала она, голос её стал тише, будто слова сами собой вырывались. — Прикрой меня, пожалуйста, хотя бы на часик. А с меня шоколадка.       Люси устало выдохнула и взглянула на Элис с непреклонной строгостью. Она прикрыла лицо руками и качнула головой.       — Элли, я не могу бесконечно обманывать матушку. В прошлый раз она чуть не поймала тебя за руку, когда я врала, что ты в библиотеке, а на самом деле ты тусила у какого-то мужика.       Элис молчала, её губы непроизвольно сжались. Она снова вспомнила тот вечер — как вернулась домой пьяной, как сестра успела прикрыть её до того, как мать заметила. Тот страх, тот ужас… Элис всё ещё чувствовала, как холод пробирался по коже.       — Ну, пожалуйста, — снова попыталась она, её голос теперь звучал почти умоляюще. — Это важно для меня, очень-очень важно…       Сестра молчала, долго смотрела на неё, будто взвешивая всё, что она говорила. Потом кивнула, и в её взгляде мелькнула слабая, но усталая уступка.       — В последний раз, прохвостка, — сказала она, не говоря больше ни слова, направилась к двери.       Элис облегчённо выдохнула, едва сдержав улыбку. Она подняла руку и показала сестре палец вверх. Благодарность переполняла её, но когда Люси ушла, на лице девушки вновь отразился страх. Она откинулась назад на кровать и уставилась в потолок, думая о предстоящем собеседовании.       Ей было не страшно, что её могут не принять или отвергнуть. Нет, это было не главное. В глубине души Элис боялась другого — её переполняло беспокойство о том, как она будет работать с людьми. В один момент она была энергичной, готовой разговаривать с каждым, с лёгкостью общалась и смеялась, а в следующий — страх общения сжигал её изнутри, заставляя её сжиматься в себе. Это было мучительно и преследовало её всю жизнь.       Она встряхнула головой, пытаясь избавиться от этих мыслей, но они не уходили. А затем посмотрела на часы и тяжело выдохнула, понимая, что нужно собираться и вставая с кровати направилась к старому шкафу, в котором хранились вещи, купленные под пристальным контролем матери. Это было отвратительно.       Наконец, выбрав приличную одежду — кремовый свитер и темные джинсы клеш, среди всего безвкусного мусора, который ей приходилось носить, — Элис удовлетворённо кивнула и слегка улыбнулась, глядя в отражение. Несмотря на редкие, но всё же побои отца за её проступки, лицо выглядело вполне сносно, даже без макияжа. Но в следующую секунду она быстро подбежала к шкафу, приподняла самую нижнюю полку и достала оттуда красную помаду, которую недавно купила и хранила для особых случаев. Несколько движений — и её губы стали ярче, чуть более выразительными. Элис почувствовала, как напряжение немного спало, но холодок тревоги всё равно сковывал грудь.       Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Собралась. Почти готова. Взгляд снова встретился с её отражением, и на секунду она увидела в нём ту самую девушку, которую когда-то знала — уверенную и готовую покорить мир. Но реальность возвращала её назад: в мире, где ей нужно будет работать с теми, кто сходит с ума.       Когда она вышла из квартиры, холодный осенний воздух ударил по лицу, и в лицо ей в лицо ударил влажный ветер. В небе свисали тяжёлые, серые облака, как будто в любой момент готовые обрушить дождь. Под ногтями ощущались листья, которые уже начали ложиться на асфальт, как забытые кусочки природы, умирающей до зимы. Элис на мгновение замедлила шаг, вдыхая запах дождя, смешиваясь с застарелым, почти едким запахом, проникающим в воздух в преддверии осени. В её груди вновь закралась тревога.       Всё выглядело так, будто сама погода подготавливала её к предстоящему. Место, куда она шла, не обещало облегчения.       Через несколько минут она стояла перед лечебницей Аркхэм. Огромный, мрачный комплекс, напоминающий старинный готический замок, с каменными крепостями, чёрными башнями, покрытыми мхом, и высокими арками, будто выходящими из самых тёмных кошмаров. Всё казалось поглощённым временем. Стены потрёпаны и изъедены, как будто всё вокруг помнило только страдания и безумие. Она замерла, чувствуя, как по спине пробегает холодок.       Руки начали дрожать, и Элис сжала их в кулаки, пытаясь прогнать страх, который просачивался в её сознание. Она подошла ближе, оглядывая вход. Окна лечебницы были затянуты какой-то пленкой, а тусклый свет сквозь них не придавал ничего живого. Казалось, что здесь совсем нет жизни — только мрак и забытые воспоминания. С каждым шагом, приближаясь к дверям, ощущение того, что она попала не в обычное учреждение, а в нечто другое, угрожающее, становилось всё сильнее.       «Престижное место для работы, но не для пребывания,» — мелькнула мысль, но Элис тут же её прогнала, пытаясь сосредоточиться на том, что ей нужно сделать. Она сделала несколько шагов и поднялась по ступенькам, ведущим к входу, ощущая, как её сердце начинает биться чаще. В голове роились мысли, но все они сводились к одному: "Что если я не смогу справиться?"       — Без нервов, — прошептала она себе, пытаясь взять себя в руки. Массивная дверь открылась с тихим скрипом, и Элис оказалась внутри. Внутри было ещё темнее, чем снаружи. Лёгкий запах плесени, влажности и старого дерева наполнил воздух.       К ресепшену её вела вялая энергия. Женщина за стойкой была поглощена разговором по телефону, её лицо исказила раздражённая гримаса, а Элис пыталась влезть в её поле зрения, но та не обращала на неё никакого внимания. В этот момент Элис почувствовала, как её сердце снова сжалось, а внутренний голос снова прокричал: "Ты здесь не нужна!" Она стиснула зубы и подождала.       Казалось, всё в этом месте было замедлено. Всё вокруг навевало чувство, будто время не двигалось. Даже тусклый свет из ламп, пробивающийся сквозь грязные окна, придавал этому месту странную, затянувшуюся атмосферу.       — Ну что тебе, милочка? — наконец, послышался голос женщины. Она медленно подняла взгляд с телефона и в упор посмотрела на Элис, как будто изучала её, прежде чем ответить. — На приём пришла?       Элис молча протянула визитку, которую ей дала родственница.       — Я на вакансию помощника психиатра, — сказала Элис, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно, но не сумела скрыть дрожь в интонации. Женщина прищурилась, оценивающе посмотрела на неё, и девушка почувствовала, как грудь сжалась ещё сильнее. Но собрав все силы добавила, стараясь скрыть волнение: — Я от Кэтрин, она рекомендовала меня доктору Крейну.       Женщина несколько секунд молча разглядывала Элис, затем тяжело вздохнула и опустилась обратно на стул. Нажала несколько кнопок на телефоне, не обращая внимания на её присутствие.       — Доктор Крейн, к вам девчонка тут пришла, говорит, на собеседование, — произнесла она в трубку, но Элис не слушала её слов. Вместо этого взгляд девушки снова скользнул по комнате, отмечая, как тускло освещённый ресепшен с его грязными полами лишь усиливает ощущение того, что она попала в настоящий кошмар.       «Быстрее бы это закончилось...» — промелькнула едкая мысль, и Элис прикрыла глаза, стараясь собраться.       — Доктор Крейн ожидает тебя, — голос женщины снова прорвался в её размышления. — Второй этаж, кабинет 305.       Элис поднялась по лестнице, её шаги отдавались эхом в пустых коридорах. Стены, покрытые облупившейся краской, с тусклыми лампами. К каждому шагу ощущение тяжести на сердце лишь увеличивалось. Кабинет 305 был совсем рядом, и её нервы начинали сдавать.       Она сделала глубокий вдох и постучала. Стучать было немного глупо, но что-то внутри подсказывало, что если не сделать этого, то она совсем потеряет уверенность.       В ответ — абсолютное молчание. Ни шороха, ни шагов, лишь тяжёлая тишина, которая почти задушила её.       Она ещё раз постучала, но теперь рука слегка дрожала. Нервно оглядываясь на все стороны, Элис начала сожалеть о своём решении. В ушах стоял шум собственных мыслей, но за дверью наконец послышался голос:       — Войдите, — его голос был низким и хриплым.       Элис почувствовала, как её сердце пропустило пару ударов. Он стоял перед ней, его глаза, скрытые за очками, смотрели прямо на неё с ожиданием.       - Вы ведь Элис Стонэм, верно? – продолжил мужчина и слегка прищурился, когда она нервно закивала. Это было забавно и ему сразу было понятно, что такая девушка не подходит им а данную вакансию Слишком неловкая.       - Присаживайтесь, — продолжил он, жестом указывая на стул напротив своего стола видя то как она мнется на месте. — Не будем терять время.       Элис медленно опустилась на стул, пытаясь скрыть нервозность. Он сел напротив, его темные глаза всё так же не отрывались от неё.       — Итак, Элис… — начал он, его голос звучал строго, но не как голос сестры утром, а как голос преподавателя, который допрашивал ученика на экзамене. — Почему вы хотите работать здесь?       Она почувствовала, как её грудь сжалась. Почему хочет работать? Ответ, который она заранее подготовила, вдруг показался пустым и неубедительным.       — Я… мне нужно работать, — начала она, стараясь не отвлекаться от его взгляда. — Я хочу помогать людям, и думаю, что могу быть полезной здесь.       Всё в этом человеке — начиная от манеры говорить и заканчивая едва заметными жестами — было настолько холодным и расчётливым, что Элис почувствовала, как внутри неё нарастает странное ощущение дискомфорта.       — Люди… — он произнёс это слово с таким интересом, как если бы оно означало нечто совершенно чуждое и ненужное ему. — Вы должны понимать, что работа в Аркхэме требует не только знаний и терпения, но и… способности понимать человеческую природу с точки зрения, которую большинству людей даже трудно представить.       Элис затаила дыхание.       — Я готова, — её голос прозвучал решительно, хотя она сама не была уверена в своих словах. Она хотела уверить себя, что это её шанс, но внутри её было лишь больше вопросов, чем ответов.       Крейн посмотрел на неё в молчании, его глаза, скрытые за очками, не отрывались от её лица.       — Вы думаете, что готовы работать здесь? — его голос прозвучал тише, но в нём скрывалась угроза. — Здесь, в месте, где я ежедневно сталкиваюсь с теми, кто буквально теряет свою душу? Вы уверены, что сможете не только выжить, но и понять их?       Элис почувствовала, как её тело напряглось. Не зная, что сказать, она лишь кивнула, ощущая, как на её лбу выступил пот.       Крейн встал и подошёл к окну, стоящему напротив, взгляд его был устремлён в темный город за ним. Он казался потерянным в своих мыслях, но тут же вернулся к реальности, направив взгляд снова на Элис.       — Хорошо, — сказал он, его голос стал более холодным, почти механическим. — Мы начнём с простого. Вы будете работать здесь, но будете выполнять простую работу. Я видел Ваш диплом и не уверен, что вы готовы к уходу за больными.