Глава 2 — Нерассказанная весна

Он не читал письмо до конца. Слишком многое щемило в груди. Каждое слово Алянур было как прикосновение к старому шраму — тому самому, который давно перестал болеть, но всё равно отзывался в ненастье. Зия поднялся со скамейки, вглядываясь в сад. Вечер садился медленно, осторожно касаясь листвы. Пахло жасмином. Или это опять игра памяти? Он зашёл в дом. С тех пор как дети разъехались, дом стал пустым. Только часы на стене всё так же отбивали время, как и тогда, когда Алянур стояла у порога, не сказав «прощай». Он прошёл мимо старой полки с книгами. Рукой нащупал старый том Тургута Уяра. Та же книга, которую она когда-то выронила, смеясь, и он поймал её прежде, чем она упала. Он тогда сказал, что с неё начнётся их история. Она сказала, что — возможно, и конец. И вот он — конец, что не случился в словах, но случился в молчании. Зия достал ручку. Бумагу. Долго сидел перед пустым листом. Рука дрожала. "Алянур, Ты знала, что когда цветёт миндаль, я не могу дышать?.. Это не от аллергии. Это от воспоминаний." Он остановился. Бумага оставалась почти чистой. Он не знал, как писать ей. Не после стольких лет. Не после того, как научился жить без неё… хотя бы внешне. Он сложил письмо и не подписал. Просто положил его в книгу Тургута Уяра. Туда, где они оба остались навсегда — юными, смеющимися, не знающими, что их ждёт. А может… …жизнь снова готовит новую весну?