Дума

Войдя в комнату, тишина, густая как болотная топь, повисла в воздухе, едва Илон успел рукой пригласил всех занять места. Илон, словно дирижер, погасил свет, оставляя лишь приглушенное сияние от проектора, и с первых же слов погрузил их в самую суть надвигающейся бури. Илон Маск: So let's begin (Итак, давайте начнем), - его голос, ровный и лишенный всяких эмоций, звучал как приговор. На экране появилось лицо. Лицо, которое, казалось, было высечено из гранита и закалено в адском пламени. Генерал Бигвоун. Пятьдесят пять лет, если судить по седине, пробивающейся сквозь светло-коричневые волосы, и по тому глубокому шраму, что начинался у левого глаза и, перечеркивая его, заканчивался у самого уголка губ. Это было клеймом - не просто отметиной, целая история, написанная кровью и болью. Глаза, цвета мутной зелени, смотрели с такой пронзительной резкостью, что казалось, они видят насквозь. Илон Маск: Here you can see General Bigvone himself (Здесь вы можете увидеть самого генерала Бигвоуна), - произнес Илон, и каждый присутствующий невольно поморщился. Этот человек был не просто фигурой из прошлого, он был живым кошмаром. Слайд сменился, и на экране замелькали строки текста, словно вырванные из самых темных архивов. Илон продолжил, и каждое слово било точно в цель: Илон Маск: In the past, he was incharge of genocide of civilians, and all kind of war crimes. He is a terrible person, that doesn't know fear and mercy. (В прошлом он был причастен к геноциду мирного населения и совершал всевозможные военные преступления. Он ужасный человек, не знающий страха и милосердия.) Комната погрузилась в еще более гнетущую тишину. Военные преступления, геноцид… Слова, которые вызывали дрожь у простого человека. Бигвоун не знал страха и милосердия. Это было не просто описание врага, это было предупреждение. Предупреждение о чудовище, которое есть в этом мире,которое оставляет за собой лишь пепел и слезы. Илон перелистнул еще один слайд. Перед ними предстали чертежи, схемы, карты. Масштабные, детализированные, явно сверхсекретные. Стены, туннели, вентиляционные шахты… Это был план его убежища, его цитадели. Илон Маск: Despite that, General Bigvone got in the president post somehow... (Несмотря на это, генерал Бигвоун каким-то образом стал президентом...) - Илон сделал паузу, и в его голосе проскользнула едва уловимая нотка иронии, или, возможно, отчаяния. ...he is immortal and unstoppable to anyone, but not for you guys. (..он бессмертен и неуязвим для всех, кроме вас, ребята). Это была последняя надежда, тонкая ниточка, за которую он мог ухватиться. Илон Маск: You will be divided in two groups, (Вы будете разделены на две группы) - он произнес, и абсурдность в комнате достигла апогея. Group "A" - infiltrates the bunker and kills him, and group "L" - Logistics group won't go combat in this mission, they will help group 'A' from distance. (Группа "А" проникает в бункер и убивает его, а группа «L» — группа материально-технического обеспечения — не участвует в боевых действиях в этой миссии, а помогает группе "А" на расстоянии.) Илон Маск: So in group "A" are: Volunteer of mine and this tactical dude. Others are in group "L". Гамма, молча кивнул. Но в его глазах мелькнул вопрос, который он не мог оставить без ответа. Гамма: But who is that volunteer? (Но кто этот доброволец?) - спросил Гамма, его голос был низким и ровным, но в нем читалось нетерпение. Илон, словно вспомнив о чем-то важном, кивнул. Илон Маск: Oh yes, almost forgot. (Ах да, чуть не забыл.) Он сделал паузу, и в этот момент из самого темного угла комнаты, словно призрак, вышел силуэт. Introducing you NTA-5. He is an expert in these kind of missions. (Позвольте представить вам NTA-5. Он эксперт в подобных миссиях.) Перед ними предстал человек, экипированный в темную оливковую форму, дополненную темной спортивной обувью. Серый балаклава скрывала его лицо, оставляя лишь ощущение скрытой угрозы. На груди красовался черный бронежилет IOTV, а голову защищал черный тактический шлем с фронтальной дополнительной защитой, активными наушниками, монокуляром ночного видения и микрофоном того же цвета. Единственным намеком на его личность могли быть его глаза, но они были скрыты темным визором, который полностью скрывал их, оставляя обладателя загадкой. Все присутствующие, от Кела до Аргемии, уставились на новую фигуру. В их глазах читалось смешение удивления, настороженности и, у некоторых, даже легкого страха. Этот "эксперт" добровольно согласился на такую трудную и, возможно, самоубийственную миссию. Илон, видя их реакцию, лишь пожал плечами. Илон Маск: He is… efficient. I think... (Он... эффективен. Я думаю...) С этими словами, все, кто был в группе "L", начали расходиться, кто-то с облегчением, кто-то с явным недовольством, но каждый погруженный в свои мысли и подготовку. Гамма, в свою очередь, подошел к NTA-5, пытаясь уловить хоть какой-то намек на его личность. Но тот оставался безмолвным, словно статуя. Гамма: So, NTA-5 (Итак, NTA-5), - произнес Гамма. Let's hope you know what you're doing. (Будем надеяться, что ты знаешь, что делаешь.) В ответ, NTA-5 лишь слегка наклонил голову, не издавая ни звука. Его молчание было красноречивее любых слов. А пока Илон не был занят, с ним в диалог вступила Аргемия. Ее голос, мелодичный и пронзительный, был полной противоположностью мрачной атмосфере, царившей в комнате. Они долго и искусно беседовали о технических совершенствах, о новых разработках, о том, как можно обойти самые изощренные системы безопасности, ради технологических прорывов. Слова криптография, нейронные сети, квантовые вычисления проносились в воздухе, сплетаясь в сложный узор, понятный лишь им двоим. Аргемия, с ее острым умом и безграничным любопытством, находила в Илоне родственную душу, такого же гения, чья страсть к знаниям не знала границ. Их разговор был словно глоток свежего воздуха в затхлой комнате. Тем временем Кел решил задеть Лиру. Кел: Лира, как думаешь, мы справимся с такой задачкой? - спросил Кел, кивая в сторону всех. Лира: Не знаю, справимся наверно, - ответила она, её взгляд был прикован к экрану, на котором красовалось досье Бигвоуна. Лира: Он - монстр, созданный для хаоса. И эта задача… она ему по плечу. Кел добавил: Кел: Я к тому что, если мы облажаемся, то вряд ли мы выйдем из такого сухими, а то и живыми... Лира: Тогда надеемся на лучшее, готовимся к худшему.