Часть 1

Драко понадобилось почти три недели, чтобы набраться смелости. В каком-то смысле, они с Гермионой были партнерами. Они оба работали в М.М.М.Д – Международном Магическом & Магловском деле – новом отделении Министерства магии, которое было создано по инициативе самой Гермионы Грейнджер после Второй магической войны. Отделение, занимающееся международными отношениями – как магическими, так и маггловскими. И хотя в М.М.М.Д. работало множество людей, только одна из них занималась политикой в обоих мирах. Она должна была стать потрясающим министром магии. Все так говорили, а ей было всего 25. И Драко был ее правой рукой. После суда, на котором она выступала в качестве адвоката, долгожданного извинительного тура и многочисленных встреч за чашкой кофе вполне естественно, что между ними завязалась дружба. Он был единственным, кто мог держать ее в напряжении, помогать ей готовиться к встречам и брифингам и не отставать от ее фантастического ума. И хотя Драко и Гермиона работали вместе уже четыре года, оба начинали с Международных Дел, а Гермиона занималась предложениями и сбором средств для М.M.M.Д. (которые Драко старательно проверял, выступал в роли адвоката дьявола и уверял ее в прочности документов), а два с половиной года назад перешла на должность главы М.M.M.Д. Драко заметил это только около девяти месяцев назад. Когда он видел ее, он ощущал какое-то покалывание, обычно в сочетании с чувством тоски, которое он не мог объяснить. По мере того как шли месяцы, оно росло и росло, пока Драко с шоком не понял, что это такое. Притяжение. То, чего он не чувствовал уже много лет. Целитель разума подозревал, что это из-за давления, насилия и мучений, которым он подвергался в юности. Вероятно, со временем он вернул бы себе способность испытывать влечение к другому человеку, но долгие годы она ускользала от него. И вот, три недели назад, когда Министерство в массовом письме объявило тему Ежегодного министерского бала (Ночь, чтобы ослепить), Драко решил, что спросит об этом главу Министерства, обладательницу Ордена Мерлина I степени и места в Визенгамоте, а также члена парламента, кавалера ордена Британской империи – Гермиону Грейнджер. Драко был уверен, что у нее есть и другие буквы, которые идут до или после ее имени, но он мог вспомнить только их количество. Прошло три недели, прежде чем он набрался смелости и постучал в дверь: Грейнджер вышагивала, бормоча под нос свою предстоящую речь и вычерчивая её. Её волосы, как обычно, были убраны в пучок, скреплённый палочкой. Ему до смерти хотелось увидеть, как они каскадом рассыпаются по плечам – редкое явление, но от которого у Драко всегда перехватывало дыхание. На его стук она вскинула голову. Как только она поняла, что это он, на ее лице появилась улыбка. Это было великолепно. Он мог бы насладиться этим. Вместо этого он прочистил горло. – Грейнджер, – начал он, – скоро состоится Ежегодный министерский бал. Гермиона закатила глаза: – Я знаю. В такой неудобный день, в пятницу перед нашим отъездом на конференцию в Нью-Йорк. Не то чтобы я ожидала, что Кингсли будет работать по моему расписанию, но можно было подумать, что он хотя бы рассмотрит его. Мы едем по его желанию. – Да, конечно, – сказал Драко, слегка зажмурившись, чтобы руки не дрожали от нервного напряжения. – Но я не поэтому заговорил об этом. Гермиона выглядела смущенной. Драко видел ее смущенной, наверное, дважды в жизни. – Я упомянул об этом, потому что, – Драко сделал глубокий вдох. – Я бы очень хотел, чтобы мы вместе посетили бал. Она замолчала. Драко почувствовал, как у него упало сердце, и безмолвно молился, чтобы она не услышала его. – Драко, я... – начала она, отложив речь и перо, но потом осеклась и посмотрела на него. – У меня уже есть пара на бал, Драко. У Драко помутилось в глазах. Он почувствовал, как внутри него закипает ярость, и снова погрузился в оцепенение, но не раньше, чем в его сознании мелькнул образ ее бывшего. – Это Уизли? – спросил он сквозь стиснутые зубы. Гермиона изучала его, казалось, раздумывая, отвечать или нет. В конце концов она решила ответить да. – А, – сказал Драко, прежде чем вдохнуть и полностью выпрямиться. – Не стоит беспокоиться, Грейнджер. Увидимся там, да? – Конечно! – ответила она. – Я сохраню тебе танец. Драко уходил, мечтая о том, как разрушить жизнь Рональда Уизли. Они с Гермионой расстались уже несколько лет назад, и Грейнджер ссылалась на то, что Уизли просто «не тот». Неужели это попытка Уизли вернуть ее сейчас, когда она находится на грани того, чтобы стать министром? Драко зарычал. Он постарается, чтобы этот Министерский бал с танцем, который Гермиона приберегла для него, был самым лучшим. Он уведет Гермиону у Уизли прямо у него из-под носа. Драко рассмеялся, представив себе иронию кражи у аврора. Его могут поймать, но последствий практически не будет. До бала оставалось четыре дня. У Драко было достаточно времени, чтобы найти новый смокинг. ***Смокинг, выбранный Драко, не был беспримерным. Черные брюки, фрак, туфли, ремень, галстук-бабочка и жилет. Под ним – белая рубашка. Изумруд и золото –необычно для него, но это объединяло все вместе: аксессуары в виде запонок, часов и сережек. Пирсинг не был новым, просто им редко пользовались. На его костюме, выполненном в чуть менее темном оттенке черного, проступали слабые узоры драконов. Его волосы были уложены в беспорядочную прическу. Длинные, распущенные, но зачесанные назад, слегка волнистые. Всякий раз, когда он носил их так, он чувствовал на себе пристальный взгляд Гермионы. Он пришел вовремя, потому что у него было предчувствие, что Гермиона может по моде опоздать. Обычно так и происходило на подобных мероприятиях. Он взял джин с тоником и направился к Гарри Поттеру. – Главный аврор Поттер! – сказал Драко, хлопая Гарри по плечу. – Рад вас видеть. Полагаю, вы так и не получили мой запрос на улики на прошлой неделе? Нам с Грейнджер они нужны для дела, над которым мы работаем, и, к сожалению, мы оба очень нетерпеливы и важны. Может, мне повторно отправить его со срочным заказом? – Отвали, Малфой, – сказала Джинни Уизли-Поттер. – Это светский прием, а не рабочее мероприятие. С тех пор как несколько лет назад Драко и Гермиона впервые вместе посетили какое-то мероприятие, Джинни Уизли-Поттер стала еще более невыносимой и еще более терпимой. – Уизли, – начал Драко, поворачиваясь, чтобы сфокусировать на ней свое внимание. – Уизли-Поттер, – поправила она. – Я видела тебя и Гермиону на всех моих играх в моей футболке, и я знаю, что ты знаешь мою фамилию. – А где именно находится печально известная треть Золотого трио, Рональд Уизли? Джинни сузила на него глаза, а затем окинула его взглядом. – Рон в баре со своей девушкой, Лавандой Браун, – сказала она. – Ты в порядке, Малфой? Драко почувствовал, что время замедлилось. Он посмотрел на бар и увидел, что Рональд Уизли, аврор, стоит с Лавандой Браун, помощником юриста, оба смеются и улыбаются, выглядят очень влюбленными. Драко вздрогнул. Если Гермиона была здесь не с Роном Уизли, то с каким Уизли она была ? Оказалось, что Драко не пришлось долго ждать, чтобы узнать это. Джинни тихонько присвистнула, когда Гермиона Грейнджер вошла в шёлковом зелёном платье с завязками, которое магическим образом облегало её. Волосы были убраны, аксессуары – золотые, а сама она была одета в зелёную ткань Слизерина с опасно высоким разрезом по бокам. Через него виднелась золотая цепочка на бедре. Драко так быстро закрыл глаза, чтобы предотвратить неприятную ситуацию в штанах, что у него закружилась голова. Она была сногсшибательной, поражающей своим нарядом и умом. Она была всем, чего он хотел, и даже больше. Под руку с Чарли Уизли, одетым в серый костюм с зеленым галстуком. Драко хотелось убить его нахрен. Он быстро подавил свои убийственные чувства, когда Грейнджер и Уизли подошли к их группе. Гермиона смеялась, обхватив Чарли одной рукой. В его глазах мелькало нечто, что Драко мог истолковать только как вожделение, когда она это делала. Джинни и Гарри радостно поприветствовали пару. Драко не проронил ни слова, глядя на Гермиону. Когда она, наконец, вернула ему взгляд, он выдержал его, надеясь, что чувство ревности и предательства не сквозит в его глазах. – Уизли, – спокойно сказал Драко, закрываясь окклюменцией. – Я не знал, что ты работаешь на Министерство. Чарли криво улыбнулся. –Технически нет, но я выполняю достаточно контрактных работ для них, чтобы получить приглашение. – Мне повезло, что... – Затем он поднял руку и закружил Гермиону. Ее хихиканье отдавалось в ушах Драко громче, чем биение его собственного сердца. – Я могу присутствовать на Балу с ней. Драко вышел из себя. Ему хотелось разбить все стекла в бальном зале. Вместо этого он улыбнулся Гермионе. – Все еще сохраняешь танец для меня, да? – спросил он. Она кивнула, но быстро разорвала зрительный контакт, когда Чарли протянул ей бокал с шампанским. Он наклонился к ней и что-то прошептал. Драко оторвался от созерцания и стал потягивать джин с тоником, помахивая рукой, чтобы принести еще один. Гермиона и Чарли вышли на танцпол, он кружил ее, наклонял, был слишком чертовски близок к ней. Он смотрел сверху своего джин-тоника, когда в поле его зрения появилась Джинни Уизли-Поттер. – Ого, – сказала она, бросив взгляд на Гарри. – Ты что, запал на Гермиону или что-то в этом роде? Драко перевел взгляд на нее, но периферийным зрением он все еще видел Грейнджер и танцующего Уизли. –Нет, – насмешливо ответил он. – Едва ли. Джинни подняла бровь. Поттер обнял ее за талию и стал смотреть на него тем, что он мог описать только как «взгляд аврора». Драко вздохнул и провел рукой по лицу. –Да. Разве это такое уж преступление? Джинни вскрикнула и бросилась обнимать Драко. Вместо того чтобы ответить на объятия, Драко наблюдал за тем, как Грейнджер и Уизли со смехом пробираются по танцполу. Поттер хихикал, но чувствовалось, что это далеко не так. Внезапно его стакан с джин-тоником опустел, и ему отчаянно захотелось еще. – Я так и знала! – воскликнула Джинни, когда Поттер закатил глаза и протянул ей галлеон. – Я знала, что ты увлечен Гермионой и просто скрываешь это. Драко не слышал ее. Гермиона прижалась лбом к лбу Чарли, когда он наклонил её. Одержимость пробежала по венам Драко, и он сжал кулаки. Стакан, который он держал в руках, разбился. Он не обратил на это внимания. – Эй! – сказал Поттер, магией собрав стакан и испарив лед на полу. – Малфой, все не так серьезно. Драко повернул голову, и его взгляд упал на Поттера. – Не так уж и серьезно? – спросил он сквозь стиснутые зубы. – Грейнджер танцует с другим Уизли, когда должна танцевать со мной. Я едва слышу тебя из-за ревности. Не говори мне, что это не так уж и серьезно. Джинни прочистила горло, привлекая внимание Драко к себе. – В ее защиту скажу, – Драко почувствовал, как у него дергается глаз. – Ты пригласил ее всего за несколько дней до начала. Если бы ты действительно хотел пойти с ней, почему не попросил ее об этом сто лет назад? Драко взял бокал шампанского с плавающего подноса, проплывающего мимо него. – Потому что, – начал он, проводя рукой по волосам. Как глупо с его стороны было думать, что определенный стиль привлечет внимание Гермионы. – Потому что мне нужно было набраться смелости. Вы же знакомы с Гермионой, она чертовски великолепна. Умная, заботливая, страстная. Как я, Драко Малфой, исправившийся Пожиратель смерти, могу быть достойным ее? Она как гребаное солнце, и... мне повезло, что я просто стою в ее свете. Гарри и Джинни обменялись взглядами, в которых было столько раздражающего супружества, что Драко едва не ушел от них. Но вместо этого он стал наблюдать, как Чарли, мать его, Уизли поднимает Грейнджер за бедра и кружит ее в слаженном танце, которого Драко не видел со времен Йольского бала на четвертом курсе. Выбежав в коридор, Драко выпил шампанское и прислонился к стене. Конечно, она пришла с кем-то другим. Конечно, она никогда бы не подумала, что он может пригласить ее. Конечно, этот кто-то должен был быть Уизли. Конечно же, как только Драко наконец оправился настолько, чтобы обнаружить, что его к кому-то влечет, это был кто-то недосягаемый. Кто-то, кто, возможно, никогда не был в пределах его досягаемости. Тело Драко гудело от энергии, магия подсказывала ему, что нужно вырвать Гермиону из рук Чарли Уизли и сделать всё, чтобы она осталась в его руках. Как дракон. Защищая что-то золотое. Но она не была его, чтобы защищать. И никогда не будет. От одной мысли об этом Драко скрутило. Дыхание становилось все тяжелее и короче, зрение расплывалось. Он медленно опустился на стену, согнув колени, посмотрел на полированную зеленую кафельную стену перед собой и попытался успокоиться. Эта дурацкая плитка напоминала ему о том, как хорошо Грейнджер выглядит в своем платье. Он почти не слышал щелчка каблуков, который эхом разносился по коридору, становясь все громче и громче, словно они приближались к нему. – Вот ты где, – сказал добрый голос, как только щелчки прекратились. – Я везде тебя искала. Драко все еще пытался взять дыхание под контроль, когда услышал шорох ткани и почувствовал пальцы под подбородком, осторожно поворачивающие его голову в сторону голоса. Гермиона Грейнджер. Во всем ее великолепии. Драко забыл, как дышать. – С тобой все в порядке, Драко? – спросила она с беспокойством в глазах. Ее пальцы переместились с его подбородка на челюсть, а большой палец медленно провел по щеке. – Боги, ты потрясающая, – прошептал Драко, прежде чем смог остановить себя. Его глаза расширились, и он вздрогнул от этого признания. Гермиона лишь улыбнулась, проведя рукой по его челюсти, запуталась пальцами в его волосах и слегка притянула его к себе. – Спасибо, – ответила она, сверкнув глазами. – Ты и сам выглядишь невероятно красивым. Мы совпадаем, ты заметил? Драко заметил, и от этого стало еще хуже от того, что они не были вместе. Вместо того чтобы сказать это, он кивнул и откинулся на спинку кресла. – Я искала тебя. Я хочу потанцевать. Драко приподнял бровь. – Я удивлен, что ты еще не вся вытанцевалась. Гермиона улыбнулась, наклонившись к его губам. – Я всегда готова танцевать с тобой. От нее пахло корицей, ванилью и эспрессо, и Драко вдруг вспомнил, что его Амортенция пахла точно так же на шестом курсе. Он поднялся и протянул ей руку. Когда она обхватила его обеими руками, он почувствовал, что его сердце учащенно забилось. Да пошел ты, Уизли, подумал он про себя. Пока они шли к бальному залу, Драко набрался смелости и во второй раз за неделю спросил ее о свидании на Балу. – Итак, – прочистил он горло. – У вас с Чарли Уизли что? У вас что-то есть? Гермиона рассмеялась и прильнула к Драко. – Нет, – сказала она. – Он попросил меня быть его спутницей, чтобы заставить свою бывшую девушку ревновать. А тот, с кем я хотела пойти, не пригласил меня, так что... я согласилась. Я знала, что он хорошо танцует, а я люблю танцевать. Драко чуть не споткнулся, но быстро встал на ноги, прежде чем они вошли в бальный зал. Песня только что закончилась, оркестр включил медленную композицию, и Драко с Гермионой заняли свое место на танцполе. – Кто его бывшая девушка? – спросил Драко, испытывая неподдельное любопытство. – Помнишь Флер Делакур с Турнира Трех Волшебников? – начала Гермиона, придвигаясь ближе к Драко, когда они начали танцевать. – Они были помолвлены некоторое время и в итоге расстались. После этого она начала встречаться с его братом, Перси Уизли, и это было очень некрасиво, как ты, я уверена, можешь себе представить. – Она сделала паузу, раздумывая, стоит ли продолжать. – Чарли и я... мы всегда были близки совершенно платонически. Флер так не считает. Я была очевидным выбором, чтобы заставить ее ревновать. Драко хмыкнул, крепко сжимая пальцами талию Гермионы. – Получилось? Гермиона посмотрела в сторону и приподняла бровь. Чарли и Флер болтали у бара, стоя слишком близко, чтобы это можно было назвать платоническим. Драко улыбнулся, но не потому, что был рад за Чарли, а потому что прохладная вода, казалось, гасила его ревность. Кроме той небольшой части его души, которая знала, что другие люди видели, как Чарли и Гермиона танцуют вместе. Он все еще чувствовал потребность переплюнуть это. Драко вел Гермиону в изящном кружении, наслаждаясь тем, как струится ее платье, и хихиканьем, которое вырывалось из ее губ. Все для него. Когда он снова притянул ее к себе, она переместила руки к его шее и запуталась пальцами в его волосах. – Мне нравятся твои волосы в таком виде, – сказала она с румянцем. – И пирсинг тоже. – Мне нравятся твои волосы в таком виде, – ответил Драко, нежно потрепав один из ее локонов. И тут он вспомнил о другой причине, по которой Гермиона пришла на бал с Чарли, и ревность вновь забурлила в его жилах. – С кем ты хотела пойти на бал? Ему потребовалось все, чтобы сохранить прямое лицо. Глаза Гермионы потяжелели, когда она посмотрела на него. Он почувствовал, как ее пальцы забрались в его волосы и крепко сжали их, притягивая его лицо к своему. Драко почувствовал, как дыхание перехватило в горле. Он старался не обращать внимания на то, как сильно ему нравятся ее руки в его волосах. Он никак не мог удержаться от того, чтобы не посмотреть на губы Гермионы. – Разве это не очевидно? – прошептала она Драко слышал биение своего сердца в ушах. – Будем считать, что это не так, – пробормотал он. Песня подходила к концу. Драко успел заметить, что они находятся в центре танцпола, а все остальные пары переключились с танцев на выпивку и наблюдение. Сейчас или никогда. Драко закружил Гермиону и быстро притянул ее к себе, как раз когда песня закончилась. Их губы оказались совсем близко – слишком близко и недостаточно близко, – и Драко достаточно было лишь сдвинуть голову на несколько миллиметров, чтобы его губы впились в ее губы в обжигающем поцелуе. Рука Гермионы тут же переместилась на его челюсть, притягивая его ближе, и она застонала ему в рот. Драко приподнял её, не отрываясь от губ, притянул к себе, положив руки на талию и проведя пальцами по грудной клетке. Одержимый и защищающий то, что было золотым. Когда они оторвались друг от друга, Драко наконец услышал аплодисменты присутствующих. Обведя взглядом зал, он увидел Чарли Уизли, который выл волком, и Джинни Уизли-Поттер, которая выглядела так, будто могла упасть в обморок от волнения. Поттер подошел и похлопал Драко по спине, обняв Гермиону за плечи. Рон Уизли стоял прямо за ним, ухмыляясь так сильно, что это выглядело болезненно. – Так! – воскликнул он, и хлопки стихли. – Если вы сделали ставку, собирайтесь. Мы с Роном приготовили книги. Драко отпрянул назад, испытывая легкий ужас. Гермиона в шоке переводила взгляд с Гарри на Рона, двух своих лучших друзей, которые заключали пари на ее счет. Гарри и Рон рассмеялись, когда толпа сотрудников Министерства, включая Чарли Уизли, вышла вперед, чтобы забрать выигрыши. Кто-то был взволнован, кто-то что-то бормотал себе под нос. – Я говорю тебе, Гермиона, – сказал Чарли, обхватывая ее за талию. Драко сжал кулак. – Как только ты пригласила меня на бал, я понял, что выиграл это пари. Гермиона ударила Чарли в грудь и что-то прошипела ему, но он лишь усмехнулся и отпустил ее, направившись к Гарри и Рону, чтобы забрать свой выигрыш. Драко оглядел Гермиону с ног до головы, на его лице появилась дьявольская ухмылка. – Значит, вся эта история с Чарли была...? – начал он, обхватывая ее за талию и притягивая к себе, потому что это была его девочка, а его рука по-хозяйски прошлась по ее бедру. – Правда! В какой-то степени, – ответила Грейнджер, прижимаясь к нему. – Я пригласила его на бал. Пока он заставлял Флер ревновать... я заставляла ревновать тебя. Драко рассмеялся, приблизив губы к ее уху. – Это сработало, но больше так не делай, – практически прорычал он. Он почувствовал, как она вздрогнула под его хваткой. – Давай выпьем, хорошо? Выпьем за то, что, как я полагаю, является началом очень долгих, здоровых и счастливых отношений? Гермиона улыбнулась ему. – Конечно, – сказала она, беря его за руку и ведя к бару, чтобы заказать два бокала самого изысканного шампанского, которое у них было. Когда она уселась на барный стул с шампанским в руке, внимание Драко привлекла золотая цепочка на ее бедре. – Грейнджер, – сказал он, поперхнувшись своим напитком. – Это... это змея? Гермиона сделала долгий глоток шампанского и посмотрела на него прищуренными глазами, на ее лице появилась откровенно слизеринская ухмылка. Она осторожно отодвинула шелковую ткань платья, чтобы обнажить бедро. На ее бедре, что уже сводило Драко с ума, рядом с золотой змейкой, прикрепленной к цепочке на бедре, но скрытой от посторонних глаз, висели три золотых и изумрудных брелока с инициалами «ДЛМ». – Зови меня оптимисткой. – Мы уходим, – сказал Драко, заливая в себя шампанское и резко вставая. – Мы, блять, уходим. Проклятая Грейнджер, если ты скажешь мне, что у тебя еще и зеленое кружевное под ним, я, наверное, и правда сгорю. Гермиона рассмеялась, допивая шампанское, и потянулась назад, чтобы запутаться пальцами в его волосах на затылке. Драко вздрогнул от неожиданности, его глаза остекленели, и он уже думал о том, не собирается ли Гермиона дергать его за волосы в постели. Он надеялся, что так и будет. Она притянула ухо Драко к своим губам, так близко, что Драко почувствовал, как они задевают его, когда она заговорила. – Под это платье я не надела ничего. Драко тут же аппарировал их.