Невошедшее

Почему Гуаха злить не стоит

Лололошка мысленно раз эдак сто проклял того скинтового дракона, который чуть не сожрал их, едва они появились в Архее, а затем, чуть успокоившись и подумав, направил мысленные проклятья на Тадмавриэля, судя по всему исхитрившегося обойти их защиту. Но раз Мудак всё ещё не появился, то либо он нацелился на других, либо всё не так плохо, как Ло думает. Потому что не было и шанса, что Ублюдок позволил бы трём Первым и копии из другой реальности свободно разгуливать по Архею. Ну, как свободно… Если не учитывать количество заражённых монстров, что Лололошка встретил, пока поднимался из какой-то пока неизвестной церкви. Кто вообще строит церкви под землёй? Как много он пропустил? За этот миллион лет видимо слишком много. В любом случае, стоит осмотреться и поискать остальных. Своих он, естественно, не нашёл. Зато нашёл и развоплотил ворона, назвавшегося Невером из Мора. Не то чтобы это многое дало, но знать, что Мор ещё существует, а его знания в борьбе с заражённым скинтом всё ещё работали, было не плохо. Да и напоминание о существовании Сонного измерения, которое работало даже под барьером, очень помогало — не нужно было думать о месте временной базы. Однако вызнать у нового знакомого многого не вышло, что в принципе стоило ожидать от только пришедшего в здравый ум существа. Но ладно, это поправимо. А пока у него было множество вещей, с которыми стоило разобраться. Начать хотя бы с того, как сильно барьер на деле подавляет Искру, и закончить осмотром замка и его территорий. Мало ли, кого ещё разумного он сможет найти. И всё-таки, что это за замок? Почему он его не помнит? Судя по Путеводным Скинтам, он должен быть достаточно старым, чтобы застать Первых… А может он знакомый, просто Ло не узнаёт? Ладно, с этим он по ходу разберётся. Телепортировавшись из Сонного измерения, Лололошка решил ещё раз изучить замок на предмет чего-то, что он мог упустить. Идя по тронному залу и периодически отбиваясь от заражённых существ старым найденным мечом, Ло продолжал размышлять и анализировать. Да, он мог быть сорвиголовой, способным прыгнуть в любое пекло из прихоти или жажды приключений, но сейчас было не до этого. По-хорошему стоило бы отойти подальше от замка, но не с его нынешним… оружием. Лололошка остановился, едва не пропустив атаку. Он услышал знакомый голос! Голос Гуаха! Очень недовольный… или даже скорее злой голос Гуаха. Поспешив на звук, Лололошка оказался около стены с банером, за которым оказалась скрытая комната. Заглянув внутрь, Ло увидел стоящего к нему спиной брата, что практически кричал на другого багрянника, что был немногим выше его ростом. — Поверить не могу! Багрянник, растерявший всю свою гордость! Готовый служить этому ничтожеству! — продолжал изливать своё недовольство Гуах, то ли не замечая под буйством эмоций, то ли игнорируя появление Ло. А вот второй багрянник, который стоял лицом к двери, не упустил его появление, тут же насторожившись и вытащив клинки. С каких пор багрянники используют оружие, а не сангвимантию? Впрочем, потом узнает. Движение незнакомого багрянника заставило Гуаха остановиться и настороженно обернуться, но только чтобы кивнуть Лололошке и вновь вернуться к гневной тираде. Лололошка пожал плечами, опёрся об ограду лестницы и молча слушал шоу. Даже если младший багрянник и хотел что-то возразить, то тут же отвлёкся на спор с Первым. Ну, как спор… Жалкие попытки оправдаться, которые тут же парировались и разбивались в дребезги. Гуах как никто другой знал, как надавить на гордость багрянника и добить авторитетом, не забывая сыпать сухими фактами. Из всего этого… эээ… «культурного просвещения молодого багрянника», как позже назовёт свой разнос Гуах, Ло понял не так уж и много. Во-первых, Ублюдок каким-то образом исхитрился создать целую религию себя любимого. Во-вторых, тот самый багрянник, Мрк’грш’траклар, как позже узнал Ло, был последователем этой самой религии, названной «Церковью Очищения». В-третьих, Мрк’грш’траклар родился слабым и без дара к сангвимантии, но Гуах был тем, кто всё же настоял на том, чтобы позволить ему покинуть мир. А, в-четвертых, Ло хорошо напомнили, что Гуаха лучше не злить. Потому что может наблюдать со стороны весело, но вот быть объектом, на который направлен разнос… Бр-р…

***

Едва вернувшись на базу брата в Арнире, Гуах тут же занялся делом. Он слишком долго глядел на высокомерие сквозь пальцы. Досмотрелся. Теперь ему было стыдно даже смотреть Эграссе в глаза. А причина была веской — багрянники слишком возгордились и забыли свои корни. Забыли его и Эграссы щедрость. Но ничего, это поправимо. Не зря же он так долго возглавлял Совет. Он им покажет всю силу разочарования Первого. Это клятва, которую он дал Эграсселю, прежде чем вернуться в свой мир.

***

Сан-Фран нервничал. Совсем скоро должны прийти все главы гильдий, чтобы обсудить важный вопрос. Вопрос, который он собирался поднять по просьбе Эграсселя. Фран до сих пор не мог поверить, что Первый эльф, тот самый, чьей волей было нести свет Искр, тот, которому больше миллиона лет, так легко принял его как своего друга и готов был принять как ученика. Фран признавал, что в глубине души испытывал фанатский восторг. Кхм. Но сейчас не об этом. Зал собраний стали заполнять главы гильдий. — Дорогие главы, — начал свою речь Фран, когда Мускат, последний глава гильдии, занял своё место. — Все мы знаем этот плакат, — он развернул плакат о розыске Междумирца и выставил на обозрение глав. Признаться честно, когда они с Ашрой примчались в Арнир, едва получив сообщение от Кирря, Фран не ожидал увидеть Лололошку и эльфийку в броне междумирцев, им тогда до полного совпадения с плакатом не хватало лишь масок, которые ему в последствии тоже показали, когда всё объясняли. — Все мы знаем слухи об этом существе. — Да-да, — замахал рукой Шрам. — Можно ли быстрее и по короче, Сан-Фран? Пуговица и Мускат были удивительно солидарны с ним. У Шляпы и Змея было больше терпения. Но раз большинство просит его поторопиться, то ладно. — Как скажешь, Шрам, — пожал плечами Фран. — Недавно мне довелось познакомиться с теми, кого мы называем междумирцами, а также с тем, кто признал, что его маска изображена на этом плакате. Все они не имеют никакого отношения к тем преступлениям, о которых мы слышали. Это также было подтверждено лично самим Богом Времени и Ангелом Смерти. Исходя из этой информации, они просят предоставить им свободный доступ в Поэну, — без зазрений совести выдал Фран, игнорируя вскрики и бормотание шокированных глав гильдий. Сами виноваты — он хотел сказать мягче. — Пус-скать в Поэну с-столь древнюю рас-су? Не слишком ли это опас-сно для нас-с вс-сех? — задумчиво поинтересовался Змей. — Междумирцы это не раса, — сбросил на них ещё одну информационную бомбу Фран. — Не раса? — нахмурился Шляпа. — Не мог бы ты пояснить, Сан-Фран? Фран кивнул главе своей бывшей гильдии и стал вдаваться в объяснения. На пересказ всего ушло несколько часов. Но это того стоило. Особенно Франу приятно было смотреть на шокированные лица глав, когда он сказал, что не так давно в Поэне было два междумирца, а они и не заметили, точнее подумать не могли, но всё же. В итоге главы всё же согласились хотя бы познакомиться с междумирцами, и Фран смог немного расслабиться. В том, что очарование Эграсселя и репутация Ло снесут оставшиеся сомнения, он не сомневался, и даже предрассудки к багрянникам не будут им препятствием.

***

— А где Гуах? — оглядев прибывших междумирцев, озадаченно поинтересовался Фран. Реакция последовала неоднозначная. Туилин с Ло переглянулись и дружно фыркнули, а Эграссель смущённо взлохматил свои волосы, покачав головой. — Ты успел познакомиться с Марком? — уточнила Туилин. Фран замялся. В тот день у него появилось столько новых знакомых, что пришлось напрячься, чтобы вспомнить. — Тот багрянник? — Туилин кивнула и усмехнулась. — Ещё в Архее при Гуахе сказал, что багрянники не имеют отношения к другим мироходцам и получили кровь Матери раньше и иначе, — Фран удивлённо поднял брови. — Ага, — усмехнулась Туилин. — Вернувшись из Архея, брат заставил Шангрина и Марка рассказать всё, что им плели во время обучения. — В общем, злой Гуах пошёл войной на Совет багрянников, ему сейчас не до нас, — закончил Лололошка, отбив сестре пять. Всё же хорошо, когда гнев Гуаха направлен не на них. Рядом с ними вздохнул Эграссель, и Фран не смог сдержать смешок. Первые были весьма забавной семьёй.