Часть 1

      — Почему я должна ехать туда!? - красивая девушка азиатской внешности была возмущена решением, что её мать приняла без согласия единственного чада. - Найми мне очередную сиделку! Найми дополнительную охрану! Я согласна таскать чертов gps, но не желают ехать в дом того мужчины!       — Хана! - в душе, Карен понимала недовольство дочери, но этот разговор длится уже слишком долго и она от него устала. - Ты знаешь, будь это возможно, я бы с удовольствием оставила тебя в Лос-Анджелесе и не начинала этого разговора. Но твой отец был предельно краток. Ты переезжаешь в Корею. Это твой последний год в старшей школе, - документ, который госпожа Мюлдер пыталась прочитать с того момента как ее дочь ворвалась в кабинет, был безуспешной отложен до лучшего момента.       — То, что его спермотазоид когда-то зацепился в твоей яйцеклетке, не делает его моим отцом, - пробурчала подросток, падая в кресло перед рабочим столом. Нога на ногу, руки скрешенны под грудью, поза кричала о нежелание продолжать общение.       — Ким Ха-Ын! - когда мама использует корейское имя, девушка неосознанно выравнивает позу и садится прямо. - Хватит. Я могу понять твои чувства, но чтобы не происходило между мной и твоим отцом, это не означает, что ты можешь проявлять вульгарное неуважение. - Карен характерным движением масирует переносицу большим и указательным пальцами.       Хана смотрит на прекрасное лицо своей мамы, самой прекрасной из женщин, что она знает. В сознание восемнадцатилетней девушки уже много лет не укладывается, как эта умная женщина позволила появиться в своей жизни такому мужчине как Ким Нам Юн. Единственное, что успокаивало её мысли, только факт рождения такой прекрасной Ханы на свет.       — Мам, скажи правду. Почему, спустя столько лет, он хочет моего приезда? - ей тоже не нравилось ругаться с родительницей. Поэтому, решила сменить гнев на милость. Если уж не избежать переезда, то надо все знать и быть на готове.       — Я не знаю, рыбка. - милое детское прозвище, которое всегда успокаивало ее. Мама называла ее так после очередного кошмара и гладила по голове. - Когда мы узнали, что я беременна девочкой, Нам Юн без вопросов дал мне деньги на открытия моей галереи и оставил все вопросы твоего воспитания на моё усмотрение.       — Воот! Это только доказывает его патриархальные взгляды. Как только узнал, что я не мальчик, так и все. Отказался, предпочтя откупиться, - теперь она была более расслабленна и могла спокойно анализировать происходящее. - И сразу вопрос: зачем ему я теперь? Ответ во-первых: мои братья его окончательно разочаровали. Но его мы отметаем, даже случись подобное, я девочка. Вариант во-вторых: он решил увеличить свою империю через мой брак. Но тоже, так себе идея, ведь тогда факт моего незаконного рождения станет пятном на его репутации. Вариант третий: у меня закончились мысли. - разведя руки, она откинулась на спинку кресла посмеиваясь от собственных мыслей.       — Вариант, что он стареет уже не рассматривается? - усмешка появилась на лице женщины. - Образование, получаемое в старшей школе Empire котируется во многих вузах мира, ты ни чего не потеряешь от того, что закончишь свою школьную жизнь в Корее.       — Ты же знаешь, что это так себе вариант? С учётом того, что мое будущее, как твоей наследницей уже определено? Мое место в колледже Святого Мартина уже ждет, когда я смогу поступить.       — И это место тебе оплатил отец. Может, стоит отблагодарить его хотябы так? Приедь в Корею. Что бы он не планировал, через год ты уедешь в Великобританию и если он попытается помешать тебе, я вмешаюсь.       В кабинете наступила тишина. Хана примирилась с мыслями о переезде и размышляла, что такого могло произойти, раз отец просит, нет - приказывает, ей приехать.       Их отношения никогда небыли искренне отцовскими и дочерние, но грань уважения была. Они общались по телефону, его люди не редко приезжали проведать дела галереи и передавали подарки. А с побегом Тана в Лос-Анджелес охрана усиленно следила, чтобы они не пересекались. Но, тем не менее, она точно знала, что он всегда знал о всех ее увлечениях. Поддерживал увлечение танцами в младших классах, точно смотрел записи всех выступлений, даже самых малозначимых. В средней школе, когда ей исполнилось четырнадцать и фигура стала приобретать женственные черты, он приставил охрану, беспокоясь о ее сохранности. Это мелочно, но доля заботы в этом есть и девушка это признавала.       — Но я не буду жить в резиденции председателя. Не желаю видеть его вторую жену , любовницу и Ким Вона.       — Он твой старший брат. Но я тебя услышала и сделаю все что смогу. Хана Мюлдер единственная дочь успешной галеристки Карен Мюлдер. Девушка была очень похожа на мать, но азиатская внешность ее отца преобладала над геннами матери-нидерландки. У Ханы нежная кожа, небольшие губы и довольно прямой нос. Её выразительные глаза всегда остаются спокойными. Длинные волнистые волосы каштанового цвета с легким медовым оттенком, чаще всего аккуратно уложены и обрамляют лицо, придавая повседневному образу мягкость. Она создаёт впечатление человека сдержанного, но в то же время уверенный в себе. Но, на самом деле, она обдумывает почти каждое свои действия. Ведь, в действительности, обладает ярким темпераментом и недюжинной силой воли. Карен Мюлдер, за пятнадцать лет смогла закрепиться в мире искусства, став самым желанным гостем любого светского мероприятия связанного с красотой. Её утонченные черты лица, высокие скулы, прямой нос, полные губы не оставляют равнодушными ни одного мужчину. Её спокойное и уверенное выражение лица, взгляд немного задумчивый и всегда, возможно, слегка грустный, останавливает многих потенциальных ухажёров. Обычно волосы уложены в небрежную, слегка растрепанную прическу. Часть волос собрана сзади, а пряди обрамляют лицо. Такая прическа выглядит элегантной, но не слишком строго. Весь внешнему вид кричит, что она обладает спокойным и уравновешенным характером. В то же время, в её взгляде чувствуется некоторая меланхолия и внутренняя сила. Одежда и прическа всегда говорят о вкусе к элегантности и утонченности этой невероятной женщины. Карен может быть немного закрытой и сдержанной в проявлении эмоций. Но это черта характера никогда не касалась ее отрады и горячо любимой дочери. Ради которой начинающая художница когда-то и начала свое восхождение в высший класс социальной иерархии.