Глава 5 — Слизеринский галстук

Они добрались до спальни, но не дошли до кровати. — Руки вверх, — приказал он. Гермиона подчинилась. Её грудь тяжело вздымалась, дыхание было прерывистым. Он достал из внутреннего кармана тёмно-зелёный галстук — тот самый, слизеринский, с узором в тон. — Узнаёшь? — Драко провёл тканью по её предплечью. — Слизеринский. Только для самых непослушных гриффиндорок. Он ухмыльнулся той самой фирменной ухмылкой, от которой когда-то хотелось дать пощёчину. А теперь — раздвинуть ноги. Он обвил её запястья, связал и аккуратно прикрепил к стойке кровати. — Скажи спасибо, что не прикрепляю тебя к флагу факультета, Грейнджер, — прошептал он. — Скажи спасибо, что я это позволяю, Малфой, — прошептала она в ответ, уже дрожа. Он только усмехнулся: — О, я очень, очень благодарен. Он встал перед ней, ещё в одежде. А она — голая, возбуждённая, связанная. Он опустился на колени и без предупреждения скользнул языком туда, где она уже горела. Гермиона вскрикнула и натянулась на своих собственных руках. Он ласкал её медленно, затем быстрее — языком, пальцами, дыханием. Когда она закричала и начала дрожать — он продолжал, пока не сорвал с неё оргазм, заставив тело содрогнуться в потоке жара. — Ещё… прошу… — выдохнула она. — Я только начал, — прошептал он с хищной нежностью. Он поднялся, встал за ней, не развязывая рук. Подхватил под живот и одним резким движением вошёл в неё. Глубоко. — Да… Драко… — простонала она. Он толкался в неё сильно, уверенно. Его рука — на её горле, не сжимая, а напоминая — кто здесь командует. Когда она почти достигла новой вершины, он остановился. — Не сейчас, — приказал. — Ты кончишь, когда я скажу. Он вышел из нее, обошёл, посмотрел ей в глаза и наклонился. — Когда-нибудь мечтала, чтобы я взял тебя в библиотеке Хогвартса? — Я… — Гермиона сглотнула, пылая. — Один раз… между полками… представляла, как ты… — Трахаю тебя, пока книги падают с полок? Ты в юбке? Я поднимаю тебя на стол? — Да… Он усмехнулся. Затем смазал анальную пробку и медленно ввёл её в неё. Гермиона задохнулась. Но не сопротивлялась. Она отдавалась. Полностью. — Ты моя. Во всех смыслах. Когда он вошёл снова, с пробкой, с рукой на бедре и другой — в её волосах, она потерялась. Он трахал её в двух местах — телом и голосом. — Такая послушная. Такая извращённая, Грейнджер. — Только с тобой… — хрипло прошептала она. — Только с тобой, Малфой. Он развязал её. Перевернул. Теперь она лежала на спине, а он встал над ней, взяв её ноги на плечи. Его толчки стали жестче, жарче, почти звериными. Он шлёпнул её по бедру. Потом по другому. С каждым разом она стонала всё громче, пока её тело не заполнилось дрожью и пламенем. Их оргазмы взорвались вместе. С криком. С судорогами. С дыханием, будто после боя. Он рухнул рядом, уткнувшись в её шею. — Никто… — прошептал он. — Никто никогда… — Заткнись, — прошептала она и поцеловала его. В этой тишине не было нужды в словах. Потому что тела уже сказали всё.