Фаза 1 - Глава 47 Первая Голова

8:30 — Мадам, время завтракать, — обходительный молодой человек в форме работника отеля вошёл в уютную комнату. Из-под накрытого подноса доносился фантастический аромат свежеприготовленной еды. О стакан, заполненный свежевыжатым апельсиновым соком, стучали кубики льда. Свежие фрукты, только что доставленные с рынка, были аккуратно и заботливо нарезаны и уложены в простую, но красивую композицию. Впрочем его никто не встретил, но по звуку журчащей воды, было понятно где находится важная гостья. — Мадам! — слегка повысив голос, чтобы гостья его услышала, он продолжил: — Я оставлю поднос с завтраком на вашем столике! Ответом ему было лишь журчание воды. Проклиная про себя, мужчина вышел из комнаты. Переход между гостиничным номером и холодными коридорами подземного бункера был настолько резким, что казалось, будто кто-то сшил два разных измерения. Солдаты «Гидры» в полной выкладке стояли у единственного входа и выхода, охраняя — или, скорее, удерживая в заточении — старушку, которая попала к ним несколько недель назад. Прошло несколько часов, и строго по внутреннему расписанию научного комплекса, расположенного под Нью-Йорком, агент «Гидры» под прикрытием снова принёс обед. Нужно было ещё проверить её состояние. Непонятно, зачем, но эта старуха была очень важна. А задание есть задание, даже если оно унизительно. — Мадам, время обедать, — он открыл дверь, и тут же поток воды хлынул наружу, заливая пол и намочив его ноги почти по колени. — Какого чёрта?! Всё вокруг было залито водой. Дверь ванной была заложена какой-то массой, похожей на расплавленный пластик. Завтрак стоял нетронутым на столе. Чавкая мокрыми ботинками по полу, агент бросился к ванной и попытался открыть дверь, но та оказалась заблокирована изнутри. — Проклятье! — выхватив спрятанный пистолет, он выстрелил, снося замок. Вся ванная была заполнена водой, которая обильно лилась из-под крана. Сливное отверстие было плотно забито каким-то мусором. — Чёртова старуха! — его серые глаза с ужасом уставились на дыру в потолке, которую пожилая женщина просто не могла пробить своими силами. — Код красный! Объект сбежал из-под наблюдения! *** 12:00 Мэй Паркер ползла по узкому проходу, тихо ругаясь про себя — Годы берут своё… Колено болит, ещё и плечо… Надо было всё-таки ходить на аэробику для пожилых, а не воротить носом. Но кто ж знал, что так всё получится? С другой стороны, спасибо, что не выбила запястья, пока долбила этот проклятый потолок. И зачем только делать переборки настолько прочными?! Простая футболка была ободрана о узкие стены, обнажая потускневшую от времени татуировку на плече — что-то вроде рыцарского клинка в круге или на щите. — Старость не радость… — проворчала старушка и с неожиданной силой выбила ногами вентиляционную решётку. Выбравшись из тесного лаза, она оказалась в просторном тоннеле, по которому текла мутная жидкость. — Надеюсь, эти придурки не сливают радиоактивные отходы в общую канализацию. Слава старым архитекторам, которые делали трубы с запасом! Стараясь не дышать, Мэй двинулась вперёд, полагаясь скорее на чутьё, чем на чёткий план. В конце концов, если всё равно, куда идти, то можно идти куда угодно. Главное — подальше отсюда. Если её заперли в этой золотой клетке, значит, Питер снова вляпался в серьёзные неприятности. Другого объяснения не было — никто не мог знать о её прошлой работе. Данные давно засекретили и отправили в Форт-Нокс. Так что дело точно в нём. — Бедный мальчик… — прошептала она. — Куда ты ввязался на этот раз со своими геройскими замашками? Весь в отца *** 12:10 - где-то в бункере Мне было плохо. Нет, не так - мне было хуже некуда! Настолько, что хотелось выть и биться головой о бронированное стекло, но смирительная рубашка не давала даже этого. Каждые два часа начиналась новая волна лихорадки. Казалось, всё тело вибрирует изнутри, готовое разорваться на части. Порой мне чудилось, будто становлюсь полупрозрачным, а конечности проходят сквозь предметы. Или это была лишь галлюцинация? Меня накачали каким-то дрянью, и теперь я ловил "приход" под пристальными взглядами учёных, наблюдавших за мной как за лабораторной крысой. С глазами творилось нечто невообразимое. В отражении моё лицо будто плавилось, приобретая лиловый оттенок. Скулы выдвигались вперёд, образуя сплошную костяную пластину. Глаза превращались в узкие щели, светящиеся изнутри. Через мгновение видение рассеивалось, оставляя после себя фантомную боль. Иногда руки жили собственной жизнью, совершая странные пассы. А изо рта вырывались щелкающие звуки, в которых угадывалась речь на неизвестном языке. Неужели я сходил с ума? — Нет... — мои губы неожиданно сложили звуки в осмысленное слово. — Просто тебе досталась сложная роль. — Правая половина лица онемела, но в зеркале её сводила судорога, превращая в карнавальную маску. И она двигалась против моей воли! — Бедное, несчастное дитя, затерянное между мирами... — Головная боль нарастала, становясь невыносимой. — Бедное несчастное дитя... Мир взорвался болью и померк. Но не исчез - нет. В сознание врывались бессвязные видения, выжигая себя в памяти. Шёпот тысяч голосов, мёртвые языки... Каждый пытался вбить в человеческий мозг пласты знаний, превращавшиеся в белый шум. Всё оборвалось внезапной вспышкой. Я открыл глаза, не помня, когда их закрыл. Комната изменилась. Вернее, осталась той же, но... иной. Пол прогибался под ногами с мерзким чавканьем, словно я ступал по живой плоти. Стены дышали, изгибаясь в такт моим движениям. Воздух перестал быть невидимым - он струился по коже, затекал под ногти, насильно проникал в каждую пору. Я не мог пошевелиться, лишь в ужасе наблюдал, как на стенах раскрываются глаза. Сотни. Тысячи. Без зрачков. Они не смотрели - они поглощали, анализировали саму суть моего существа. — Смотрящий был прав, — голос возник в пустоте, проникая прямо в череп. Моё сознание поплыло, стекая по костям под невыносимым давлением. — Последний выживший объявился спустя тысячелетия. — Глаза истекали тьмой, обволакивающей меня. — Ничтожное примитивное создание, — хор голосов выкручивал тело. — Какая отвратительная оболочка... И вдруг давление исчезло. Я ощутил присутствие. Трёхпалая рука легла на плечо, изгоняя ужас. — Ваши глаза по-прежнему слишком любопытны, — существо, на которое я не смел поднять взгляд, погладило меня по голове. — Но сейчас не ваше время. — Взмах руки — и кошмарная комната растворилась, оставив нас в бесконечной пустоте. — Прости, что возложил это бремя на тебя. — Тёплый многосуставный палец коснулся лба, и я почувствовал, как тело перестраивается. — Мы ещё встретимся. Когда ты будешь готов выдержать... *** 12:15 — где-то на окраине Нью-Йорка Несколько джипов с тонированными стёклами мчались по пустынным улицам. Местные жители прекрасно знали: любая вооружённая колонна означала либо облаву, либо начало территориальных разборок. Оба варианта сулили проблемы, поэтому люди попрятались по домам, забившись в дальние углы и прижав поближе оружие. Квартал замер в напряжённом ожидании, пока машины не остановились у полуразрушенного здания. Люк в крыше ведущего джипа отъехал в сторону, и оттуда показалась голова Лиама. Кто-то пода́л ему ракетную установку. Оружие дёрнулось — и смертоносный заряд за секунды преодолел расстояние, врезавшись в ветхие стены. Оглушительный взрыв слился с треском разлетающегося кирпича. Ударная волна расшатала каркас здания, несмотря на стальные укрепления. Солдаты на постах успели дать лишь па́ру беспорядочных очередей, как второй снаряд угодил в то же место. Дом рухнул, как карточный домик, погреба́я под обломками дозорных. Видимо, внутри были деревянные перекрытия — в воздух тут же потянулись чёрные клубы дыма. Пламя, подхваченное ветром, быстро расползалось по руинам. Оставив на асфальте чёрные полосы от резины, джипы резко затормозили. — Ёбаные чимичанги! Выстрел на десятку, Смитти! — Наёмник в красно-чёрном костюме выпрыгнул из машины и встал в пафосную супергеройскую позу. Впрочем, кривлянья не помешали ему с ходу всадить две пули в головы выживших солдат «Гидры». — Дашь пару уроков своему мохнатому дружку по меткости? — Он вытянул руку вперёд, сложив пальцы пистолетом. — Может, тогда у него детишек побольше будет? Станет добрым папашкой? — Свист лезвий — и наёмник остался без пары пальцев, — Сука! Логан, это были мои любимые пальцы! Ты бы знал, какие они нежные и ласковые... Хотя спасибо, что оставил самый важный. — Он оттопырил средний палец и ухмыльнулся под маской. — Отрежешь и его — и тогда признаешься, что любишь меня! Бляяя! — Ещё слово — и после миссии запишу тебя в кружок ручной вышивки, — проворчал Росомаха, втягивая воздух носом. Он двинулся к месту, откуда доносился неестественный металлический запах с примесью химикатов. — Смешно, пушистик. — Дэдпул осмотрел руку, где уже начинали отрастать новые пальцы, и пожал плечами. — Ничего, я и мизинцем всем им устрою мокрого Вилли. Пробурюсь до мозгов. Аманда закатила глаза и посмотрела на Лиама. — Он точно лучший выбор? — Чтобы устроить шум? — Смит перехватил автомат поудобнее. — Определённо. — Эй! — Логан выпрямился. — Нашёл вход. Ледышка, Вибра́тор, идите сюда. — Моё имя Шокер! — Да мне насрать. Иди сюда. Бандит, чей костюм основательно доработали, превратив в технологичный экзоскелет, едва не зарычал от злости. — На куски порву. — Не раньше, чем твой босс отпустит поводок, — отвернувшись, Росомаха ткнул пальцем в пол, где всё было завалено обломками. — Айсберг, проморозь тут всё основательно, чтобы этот хер проделал нам путь. Через минуту железная заслонка способная выдержать выстрел танка разлетелась вдребезги, обломки с грохотом застучав по коридору. — Ну, здравствуйте, дети подземелья! — Дэдпул первым сиганул вниз, сразу запрыгнув в середину строя врагов, не давая им нормально прицелиться. — Вы в курсе, какой сейчас век? Нацизм больше не в моде! Время нести демократию! За его спиной приземлился Логан, который сходу пронзил двух солдат. Остальные члены отряда спускались друг за другом и тоже вступали в бой, пробиваясь в недра научной станции. Первый этаж был практически полностью зачищен — разве что кто-то из учёных забился в угол, но искать недобитков времени не было. Дэдпул с ноги высадил металлическую дверь, сломав при этом колено, не удержался и упал вниз. Только это и спасло его от очередной дыры в теле пуля отскочила от стены в сантиметре от головы Уэйда. — Кто стреляет без приглашения?! Хамы! — Дэдпул рванул вперёд, одновременно стреляя из обоих пистолетов. Пули зазвучали, как бешеный метроном. — Надеюсь, у вас есть страховка, парни! Или хотя бы доноры органов! Лиам, шедший позади и сохранявший абсолютное спокойствие, крутил головой. — Аманда, у них на каждом этаже должен быть терминал для связи. Причём не один. — Знаю, уже нашла, — девушка присела на стул, стоявший посреди разгромленного кабинета, залитого кровью, и, столкнув отрубленную голову, включила компьютер. — Мне нужно несколько минут и благословение, чтобы этот код, который ты принёс, точно внедрился в их сеть. В противном случае придётся бежать вперёд, пока нас всех не перебьют. — Хорошо. Лиам, может, и хотел попросить её побыстрее, но понимал, что девушка и так сделает всё настолько быстро, насколько способна. А до этого момента оставалось лишь сдерживать натиск и создавать иллюзию того, что они хотят пробиться вперёд. Впрочем, скоро действительно пришлось просто обороняться. С каждой минутой сопротивление усиливалось — видимо, решили испытать новые образцы, нацистские ублюдки. Кибернетически улучшенные бойцы в специальной броне стали мелькать то тут, то там. Если бы не бессмертие авангарда и уязвимость к высокочастотным волнам Шокера, пришлось бы туго. — Как думаешь, — Дэдпул пнул остатки механической головы, — у них тут действует продлёнка для детишек? Я хотел бы к ним своего сына отдать — такой уровень робототехники ни в одной школе не найдёшь. Главное не пропустить момент и вовремя отучить его кидать зигу . — Заткнись — Ты как всегда очарователен в своей грубости и полном отсутствии манер Они стояли посреди второго яруса, ища проход ниже, которого почему-то не было. Впрочем, они ещё не исследовали весь этаж, который по размеру явно не уступал футбольному полю. Логан не успел ответить, как пискнула рация — Мы нашли нужный проход. Возвращайтесь на первый этаж… *** 12:20 — на минус десятом этаже подземной лаборатории Агнес сидела, скрестив пальцы и положив на них голову. Она почти не моргала, наблюдая, как непрошеные гости бегут по коридорам её станции, её лаборатории. — Поразительная наглость, — в её голосе не было эмоций. Лишь слегка дёргающийся глаз выдавал раздражение, клубящееся внутри. — Какие-то отморозки разносят наше здание, пробиваются в лабораторию, убивают больше пятидесяти солдат, взламывают нашу систему и спокойно продолжают спускаться на нужный им ярус. К слову, куда они направляются? — Мэм… — ответственный за внутреннюю безопасность нервно сглотнул. — Мы не можем отследить их маршрут… Неизвестная программа… Кх-кх… Чёрные отростки обвили его тело и начали душить. — Не знаете?! — Питер в костюме, скрывавшем огромные синяки под глазами и слегка посеревшую кожу, злобно выплюнул слова. — Тогда нахера вы нужны?! — Спокойнее, мальчик мой, — женщина коснулась его плеча, заставляя отпустить человека. — Но суть претензии ты передал доходчиво. Она поднялась из-за стола и подошла к лежащему на полу человеку, который судорожно пытался вдохнуть. Жёстко схватив его за подбородок и приподняв голову так, что чуть не сломала шею, она посмотрела на него ледяными глазами. — Мне нужны головы этих людей. Каждого. Живых не брать. — Но… — Бенджамин, стоявший в тени, шагнул вперёд. — Нужно узнать, откуда они и… — Пустое. — Она поправила пару золотистых локонов, выбившихся из причёски, после чего села на место, взяла слегка остывший кофе и снова обратила взгляд на монитор. — Моей репутации и так нанесён непоправимый урон. Придётся полностью пересматривать все планы. Надо немедленно преодолеть текущий кризис и двигаться дальше… Она перевела взгляд на Питера и Бенджамина, и её глаза сверкнули, как отточенная сталь. — Если вторженцы проникнут ниже четвёртого подземного уровня — помогите нашим солдатам. Сделав небольшой глоток, она идеально выверенным аристократичным движением слегка улыбнулась. — А я пока разберусь с делами здесь, после чего спущусь на пятнадцатый ярус. Не переживайте, — она подняла руку, останавливая возражения. — Там своя система эвакуации. Только для учёных. *** 12:30 — Вставай. Моё обмякшее, горячее тело подняли с пола, но я сполз с рук конвоиров обратно. — Это ещё что за... Эй! Принесите пакет три и каталку. Срочно! Моя ладонь скользнула по его поясу. Поле энергии поползло по одежде, перетекая на пистолет в кобуре. Мгновение — и оружие оказалось у меня в руке. Три выстрела — тела падают замертво. — Как приятно снова чувствовать себя полноценным... — Неосознанно рука потянулась к небольшой выпуклости на голове. — Да, пришлось позволить инопланетянину покопаться у меня в мозгах, из-за чего они теперь буквально набекрень. Но пока жить можно. Я взмыл в воздух и рванул вперёд. — Правда, что-то тянет в мою бедную головушку... Голоса разных инопланетных тварей... — Отряд «Гидры» в коридоре не успел сообразить, что происходит, как гравитационное поле размазало их по стене, оставив кровавые отпечатки. — В который раз убеждаюсь: если бы герои действовали радикально, не было бы ни бесконечных сиквелов, ни сбежавших злодеев. Я потянулся, чувствуя, как регенерация восстанавливает повреждения — не то чтобы их было много. Но не успев сообразить, куда двигаться дальше, скрючился пополам прямо в воздухе. Гравитация хлестала по стенам, разнося всё вокруг. Но мне было плевать. Я видел, как моя ладонь начинает вибрировать. Казалось, вместо пяти пальцев у меня теперь пятнадцать — и каждый живёт своей жизнью, двигаясь независимо от других. И в этот раз приступ длился дольше. Не пару секунд — целых полминуты. Ужасно долгий срок, когда чувствуешь, как тебя рвёт на куски. Каждая клетка, каждый атом воют от боли, разрываясь между реальностями. Как только кошмар закончился, вопрос «куда идти» отпал сам собой. Где-то здесь была эта чёртова лаборатория, где ставили эксперименты с моей кровью. Нужно уничтожить все образцы. Не хотелось бы, чтобы меня скрючило в самый ответственный момент...