Там, где не звучат слова

Весь госпиталь погрузился в вечернюю тишину. Хината задержалась дольше обычного — сортировала медикаменты, подписывала свитки с травами, проверяла состояние пациентов. Она устала, но, как всегда, не жаловалась. Её пальцы скользили по свиткам быстро, будто на автомате, мысли были далеко. Она не ожидала увидеть его в коридоре. Саске. Он стоял в полумраке, прислонившись к стене. Его взгляд был сосредоточенным, как будто он уже долго ждал. Ни слова — только взгляд. Острый, цепкий. Между ними пролетело напряжение — будто не было всех этих дней, что они не виделись. — Саске-кун? — её голос был чуть выше шёпота. — Мне нужна ты, — прямо сказал он. Хината замерла, не в силах скрыть удивление. Он редко говорил первым. Редко что-то просил. — Что случилось? Ты ранен? — она уже сделала шаг вперёд. — Нет. Но я собираюсь уйти из деревни. Миссия. От Какаши. Он приблизился, и теперь между ними оставалось всего пару шагов. В его голосе — скрытая тревога. — Остатки «Корня». Тайная база. Где-то в горах. Мне нужен кто-то, кому я могу доверять. Медик. Ты. Хината невольно сглотнула. Такое приглашение от Учихи Саске… она не ожидала. Но и не могла отказаться. — Я пойду, — просто сказала она. Он кивнул. Ничего больше не сказал. Но в этом молчании было гораздо больше, чем в любой речи. Они покинули деревню до рассвета. По лицу Хинаты скользнуло предутреннее дыхание ветра, легкое и ледяное. Саске шёл впереди — тенью среди деревьев. Хината — за ним. Внутри неё всё дрожало от тревоги, но движения были чёткими, решительными. Она привыкла к молчанию Саске, но в этот раз оно было… другим. Густой лес казался глухим, как будто сам мир затаил дыхание. Лишь хруст веток под ногами нарушал тишину. — Ты был в таких миссиях раньше? — спросила она, осторожно. — После войны? — он замедлил шаг, чтобы идти рядом. — Да. И в более тёмных местах. — И ты… один? — Всегда. Она посмотрела на него краем глаза. Плечи напряжены. Рука у пояса, ближе к катане. Но в его походке уже не было прежнего гнева. Только долг. — Почему ты выбрал меня? Саске ненадолго замолчал. — Потому что… рядом с тобой тишина не кажется пустой. На третий день пути лес стал тёмнее. Воздух — плотнее. С каждым шагом Хината ощущала: они близко к чему-то опасному. Внезапно Саске остановился. Резко, как зверь, услышавший хищника. — Трое. Прямо по курсу. Она едва успела сформировать печать, как из тени выступили фигуры. Чёрные плащи. Повязки на рукавах. Старые символы «Корня». — Учиха, — один из них усмехнулся. — Вот уж не думал, что ты приведёшь с собой девчонку. Легче будет убивать. Саске не отвечал. Его катана уже сверкнула в воздухе, и всё вокруг взорвалось движением. Бой был стремительным. Хината следила, готовая вмешаться, но Саске двигался с такой точностью, что даже страх не успевал пробиться. Но один из противников всё же нанёс удар — копьё рассекло воздух и вонзилось в бок Саске. Он зашатался. Кровь хлынула по черному костюму. — САСКЕ! — Хината бросилась вперёд. Всё произошло за секунды. Она выставила защитный купол чакры, отразила ещё один удар, а потом ударила врага ладонью в грудь — точка в сердце. Он отлетел, потеряв сознание. Саске сел на землю, придерживая рану. — Ты… ты спасла меня, — выдохнул он. — Лежи. Ты теряешь кровь, — её голос был жёстким, но пальцы дрожали, когда она прикоснулась к нему. Позже, когда они поставили палатку, лес стал пугающе тихим. Хината сидела у костра, укутанная в плащ. В голове звенело от перенапряжения. Саске лежал внутри, рана была обработана, но он всё ещё молчал. Она не заметила, как он вышел. Сел рядом. Тихо. — Ты не должна была так рисковать, — проговорил он. — И ты не должен был идти один. Молчание. Только треск огня. — Я не хочу, чтобы ты умирала, — тихо сказал он, глядя в пламя. — Ни здесь. Ни где-либо ещё. Она обернулась. — Почему? Он отвёл взгляд. — Потому что тогда всё это… всё, что я делаю… станет бессмысленным. Хината почувствовала, как дрожит внутри. Это был не просто разговор. Это было — признание. Неполное, тихое, но — настоящее. — Саске… Он посмотрел ей в глаза. — Останься. У костра. Со мной. Ночь в палатке была наполнена дыханием и тишиной. Они лежали рядом — не касаясь, но чувствовали друг друга. — Ты боишься? — прошептал он. — Нет, — ответила она. — Только тебя. — Меня? — Того, что ты значишь. Он молча потянулся, и его пальцы едва коснулись её руки. Огонь внутри них уже пылал. Но они не позволили ему разгореться. Ещё нет. Возвращение в деревню было… другим. Хината шла с тяжелым сердцем. Она всё чаще вспоминала Наруто — его тепло, их прошлое. И понимала: всё это уходит. Осталась только боль и привязанность. А чувства… чувства уже были направлены в другую сторону. Сакура ждала у ворот. — Ты была с ним, — сказала она, глядя в глаза Хинаты. — Да. — Ты изменилась. Он — тоже. Что происходит? — Я не знаю, — тихо сказала Хината. — Но я не могу это остановить. Тем вечером, они снова сидели у костра. Уже в Конохе. В саду рядом с госпиталем. Хината принесла чай. Саске молчал, смотрел в небо. — Я боюсь, — сказала она вдруг. Он повернулся. — Чего? — Что я начну верить, что ты — моя судьба. А потом ты исчезнешь. Он подошёл ближе. Склонился. Его губы едва коснулись её. Поцелуй был хрупким. Тихим. Тёплым. А потом он отступил. В глазах — страх. Не перед врагами. Перед собой. — Прости, — прошептал он. — Я не должен был. И ушёл. В темноту. А она осталась. С его теплом на губах. И с болью в груди.