Пульс новой жизни

Всё началось с тихого утреннего дождя. Тёплого, как весеннее дыхание. Он барабанил по крыше усадьбы Учиха, когда Хината вдруг остановилась на пороге комнаты, положив ладонь на округлившийся живот. — Они… — прошептала она. — Они уже совсем близко. Саске оказался рядом быстрее, чем она успела сказать что-то ещё. Он не растерялся. В его взгляде было напряжение, но и бесконечная забота. Он помог ей дойти до комнаты, при этом едва ли отпуская её руку. — Я здесь. Я не уйду, — повторял он, словно клятву, вновь и вновь, прижимая её ладонь к своим губам. Весь день Хината провела в окружении заботы. Сакура, как доверенный медик, прибыла по просьбе Саске, отложив все дела. А рядом были Хару и Акио — испуганные, но восторженные. Они впервые видели, как кто-то из их семьи дарит жизнь. Вечером, когда дождь сменился звездным небом, в доме Учиха родились два мальчика. Сначала появился Шин. Малыш с удивительно спокойным выражением лица, с копной чёрных волос, похожих на отца. Когда Сакура уложила его на грудь Хинаты, он не закричал, а просто раскрыл глаза, словно уже знал, кто его ждал. А потом — Рай. Чуть более активный, он сразу сжался в комочек, а потом разразился звонким плачем, словно заявляя о себе миру. Саске впервые взял его на руки, и на мгновение замер — в этих маленьких чертах уже были его черты. — Ты был прав, — прошептала Хината, уставшая, но сияющая. — Они действительно… твои отражения. Саске наклонился, их лбы соприкоснулись. — Я буду защищать вас и вашу маму любой ценой, — тихо произнёс он, гладя Райа по щеке. — Когда вы подрастёте… я научу вас быть сильными. И справедливыми. Я научу вас быть Учиха. Он подошёл ко второму сыну, Шину, и тихо добавил: — Но, прежде всего, я научу вас любить. Позже, когда в доме всё затихло, а Хината уснула с детьми на руках, Саске стоял у окна и смотрел на луну. Он не чувствовал себя больше одиноким. Всё, что он когда-то потерял, теперь вернулось в новой форме. К нему подошёл Акио. Он посмотрел на новорождённых и, чуть хрипло, сказал: — Они… наши братья? Саске кивнул. — Они — часть тебя, как и ты часть их. А Хару, стоя у двери, добавил: — Значит, теперь нас четверо. Саске впервые за долгое время улыбнулся. Тихо, по-настоящему. — Нет. Нас — шестеро. Не забывайте про неё. Он посмотрел на спящую Хинату — женщину, которая принесла свет в его жизнь.