Часть 7 «Непростительно слаб»

      Школа дало мне важное сведения насчет меня самого. Я слаб. Не простительно слаб. Среди всех моих ровесников я в самом конце списка по физической силе. Благо, хотя бы последний только среди мальчиков. Если так и дальше пойдёт, мне будет трудно в будущих приключениях… Вот бы был способ… точно!       Сегодня воскресенье, потому, я застал отца в коридоре, когда он как раз собирался идти в свой тренажерный зал.       — Пап?       Он отвлекся от своих мыслей.       — А? Что такое?       — Я… просто… можно я с тобой?       — Хочешь потренироваться или просто посмотреть?       — Я хочу попробовать тренироваться.       Шон прищурился, осматривая меня. Я сразу почувствовал себя будто под рентгеном. Отец не просто смотрел, он оценивал. И не как отец, а как человек, который слишком хорошо знает, чем заканчиваются необдуманные решения.       — Тебе шесть. — Голос спокойный, но с нажимом. — И это не игрушки.       — Я не прошу ничего сложного. Просто покажи что-нибудь базовое. Мне это правда нужно.       Шон на секунду задумался, потом кивнул.       — Ладно. Но запомни: никаких тяжестей, никакого фанатизма. Разминка, базовые движения. Если будет тяжело — говоришь сразу. Договорились?       — Договорились!       Мы оказались внутри его тренажерки. Зал был простым, но ухоженным: груша, пара гантелей, скамья, турник, брусья, мат на полу.       — Разминаемся. Начинай с шеи — круговые движения. Потом плечи, руки… Плавно, без рывков.       Я молча кивнул и начал повторять за ним. Уже на середине разминки почувствовал, как сердце забилось быстрее. Лоб покрылся потом.       Шон не комментировал, только изредка поправлял движения.       — Теперь отжимания. Сколько сможешь.       Я лег на коврик. Первый — нормально. Второй — чуть труднее. Уже на седьмом руки затряслись, и я рухнул.       — Сколько? — спросил он.       — Семь. Почти восемь, — со стыдом ответил я.       — Неплохо. Для начала.       Неплохо? Ага, как же! Утешаешь меня, да?       Я перевёл дыхание, потом были приседания, наклоны, лёгкая растяжка. Шон следил внимательно, не хвалил, но и не ругал. Просто будто озвучивал пометки в своей голове, как будто составлял план.       Когда всё закончилось, я сел на мат, тяжело дыша. В груди жгло, руки дрожали.       — Устал? — спросил он.       — Ага. Но это такая приятная усталость.       Отец одобряющий кивнул.       — Это хорошо.       Мы молча спустились на первый этаж и зашли в кухню. Я налил себе воды и начал жадно опустошать стакан. Мама удивлённо посмотрела на меня:       — Ты чего такой потный?       — Тренировался с папой, — ответил я, параллельно наполняя стакан еще один раз.       — Ух ты. Ну и как?       Я пожал плечами:       — Мне нужно много работать, но я этого хочу.       Вечером, лёжа в кровати, я смотрел в потолок. Никакой магии, никаких внезапных всплесков силы. Даже лёгкого усиления тела нет! Я точно попаданец?.. Хотя, может, второй шанс — это уже чудо. Главное — я начал. И я не остановлюсь.