Часть 3: "Небольшая попытка сбежать"

007n7 продолжал смотреть на часы, пытаясь сосредоточиться на их тиканье. Время шло, но всё было как в замедленной съемке. Половина дня уже прошла, но ощущение, что C00lkidd словно ушёл пару лет назад, не покидало его. Ожидание было невыносимым. Мужчина пытался найти в себе силы, чтобы хоть как-то двигаться, но его положение было почти безвыходным. Ремни на его руках и ногах были тугими, но не настолько, чтобы они доставляли физическую боль. Они были скорее... символом. Символом контроля, того, что он всё ещё здесь, в этом мире, под чьим-то властью. Но тем не менее, они не были настолько неудобными, чтобы не попытаться немного освободиться. - 007n7: Может мне... попробовать? Он сжал зубы и попытался слегка пошевелиться, изгибая спину. Противодействуя веревкам, он начал тянуть их на себя, борясь за свободу, но его усилия не увенчались успехом. Ремни не поддавались. Всё, что ему удалось, - это немного ослабить их, почувствовать, как он может хоть чуть-чуть двигаться. Но этого было недостаточно. Он уже подумал, что спасение рядом, что свобода была в его руках, но тут - дверь неожиданно открылась. В комнату вошёл C00lkidd. - C00lkidd: Угадай кто до-! Но как только он заметил, что ремни были ослаблены, его радостное лицо быстро сменилось на испуганное. Он застыл на месте, а взгляд его стал каким-то отчаянным. - C00lkidd: П-папа?.. Ты... пытался сбежать?.. Шаг назад, он сделал его с таким выражением лица, как будто только что увидел самую большую предательскую угрозу. Его глаза наполнились сомнением и обидой. - C00lkidd: Ты... не любишь мою заботу? А как же блинчики?? А как же мягкие ремни, а, ПАПА?! Он стоял на месте, обхватив свой старый плюшевый мишку, как будто искал утешение в нём. Глаза его были полны слёз, а голос дрожал от усиливающегося отчаяния. - C00lkid: Я просто хотел, чтобы мы снова стали семьёй... А ты... Ты как в тот день. Уходишь, не оглянувшись… Эти слова пробили сердце 007n7. Он почувствовал, как нечто внутри него сжалось, и из глубины груди вырвался тихий, почти неслышный вздох. - 007n7: Я просто хотел воды… Но C00lkidd не слушал. Он был переполнен эмоциями. Его лицо покраснело от волнения. - C00lkidd: Воды?? ВОДЫ?! Так сказал бы! Я бы тебе снёс всю ВОДОПРОВОДНУЮ СИСТЕМУ, ПАПА! Словно его хватало на всё. Гнев, страсть, боль... Он подходил к отцу, уже не таким беззаботным, а скорее решительным, с чем-то ледяным в глазах. Он снова крепко, но нежно фиксировал его, но на этот раз добавил новое: плюшевое одеяло, подушку на живот и мягкие тёплые носки, как если бы это был жест заботы. - C00lkidd: Вот теперь ты точно никуда не уйдёшь... потому что ты МОЙ. Навсегда. Хе-хе… Он посматривал на отца с таким выражением, как будто все его усилия были оправданы. Он был в своей реальности, где всё под контролем. А вот теперь ему нужно было кое-что ещё, и он улыбался. - C00lkidd: Но если хочешь, можешь выбрать цвет нового ошей... ремня! Я не монстр! Мужчина не мог оторвать взгляда от сына, и сердце его сжалось от тяжести происходящего. Всё было так нелепо и одновременно... так страшно. Этот мальчик, его сын, с которым он когда-то разлучился, теперь стоял перед ним как хозяин, как властелин, который решил, что не отпустит его. И это было не только физически, но и психически. Он был прикован к этому моменту, будто не было другого выхода. Страх сковывал его. Всё в этой комнате стало невыносимо чуждым. Он чувствовал, как тепло одеяла обвивает его, но в этом тепле была не забота - а захват. Каждое слово сына теперь звучало не как просьба, а как приказ. - C00lkidd: Ты ведь не обиделся, правда, пап? Ты... ты любишь меня, да? Голос его стал мягким, но в нём оставалась тонкая линия напряжения. Это был последний тест. Вопрос, который проверял, всё ли ещё под контролем. Вопрос, который 007n7 не знал, как правильно ответить. Потому что если он скажет "да", это будет означать, что он подчиняется, что он готов стать частью этого кошмара. Он посмотрел на своего сына и тихо произнёс: - 007n7: Я… Я люблю тебя. Слова прозвучали как признание поражения. Как последнее желание не потерять того, что осталось. И в этот момент он понял, что его жизнь уже никогда не будет прежней.