...

      "Меня пугаете Вы. И если Вы не прекратите свои эксперименты, я буду вынуждена Вас уволить", - как-то раз сказала Иродиада Максимовна штатному психологу. В тот день на пятиминутке он расспрашивал всех о страхах. Весь персонал, кроме Иродиады, наивно доверился, а потом получил "подарочки". Со страхом ведь надо бороться!       Иродиада много чего боится: насекомых, темноты, замкнутого пространства, потерять любимого человека, понижения в должности, сладкого, мамы... Ах да, это мама зажала дочку нравоучениями и чёткими планами на будущее.       Иродиада обязательно должна была поступить в лучший медицинский университет, на бюджет, а по завершении получить красный диплом с наивысшими отметками. Совершенно не важно, что приходилось ходить на занятия даже с высокой температурой. Свободное время только снилось (в те редкие моменты, когда появлялось время на сон), ведь конспекты сами себя не выучат. А против противных (это ещё самая культурная формулировка) людей пока что не придумали лекарство. Рулетка. Кто-то, видя старания девушки и её бессонный, растерянный вид, специально спрашивал что попроще. Недоучила маленько, с кем не бывает. Но были и те, кто, боясь проверок, занижал оценку за правильный ответ.       Единственными друзьями во время учёбы стали пирожные. И пусть Иродиада умеет вовремя остановиться, мать всё равно была недовольна. Она взяла протянутый красный диплом и скривилась. Дочка вообще видела себя в зеркало? Такое ощущение, что она ограбила кондитерскую. Пришлось сесть на жёсткую диету. С мамой ведь не спорят.       Великая актриса потянула за нужные ниточки и устроила чадо в министерство. Интересно, а чтобы готовить кофе, обязательно было получать красный диплом? Но с мамой ведь не спорят... Тем более, что девушка стала помощницей ЕГО. Умного, красивого, неженатого, красивого, доброго, умного... короче, идеального Тимофея Дмитриевича. Правда, идеальный недели две не мог запомнить её имя, но кто же не без изъяна? Или там счёт шёл на месяцы? Кстати, в месяц у него было по три новых модели. Но он исправился! Настоящие чувства познаются в беде. Когда произошла та неприятная история с вакцинами, Тимофей понял, что никакие длинные ноги не заменят преданность. До счастья осталась мелочь — взять на себя вину и пережить долгие судебные тяжбы, неизменно сопровождаемые вскриками ненависти, всё-таки дети погибли.       Было бы гораздо проще, не будь Иродиада умной. Счастье очень быстро превратилось в очередной страх. Появилась уверенность, что любовь — постановка. Почему-то Тимофей делал предложение исключительно в те моменты, когда ниточки марионетки угрожающе трещали. Конечно же, она отказывалась. На страхе счастье не построишь. Вот если бы он её по-настоящему полюбил... или она его. Симпатию и чувства лучше не путать, это чревато ужасными последствиями.       Почему пара всё ещё в силе? Мамочка научила дочку пользоваться моментом. Дружба с Тимофеем — это такой карьерный рост... И всего-то надо играть доверчивую дуру. С мамой-актрисой это не составляет труда. Единственное, гораздо сложнее оказалось скрывать пустоту внутри.       Иногда Иродиада чувствует себя забитой в угол кровати девочкой. В комнате выключили свет, а она от страха дрожит. Под кроватью ведь живёт монстр. Так страшно, а утро всё никак не наступит. И пусть Ференц уже взрослая женщина, свет в её комнате так и не включили.       Хочется кричать на маму за то, что ни разу не обняла, только постоянно театрально жизни учила. Видимо, старушка перепутала сцену с реальностью.       Хочется кричать на дурацкие советы, которые не только не помогли, но и сделали ещё хуже.       "Если ты будешь хорошо учиться, то многого добьёшься". И как, помогло? Тимофею её ум только мешает. На работе её ум даже не пытаются разглядеть, привыкли, что место куплено.       "Мужчины любят красивых, смотри за собой". Едва ли Тимофея интересует её красота, он как-то всё больше за духовную...       Хотелось кричать на себя. Разве можно так жить? В постоянном страхе, ненависти? Куда в итоге приведёт такая жизнь? В пустоту? Она уже там, куда дальше? В безысходность? А стоит ли спешить, уж оттуда пути назад точно нет. Смешно. Тупик.       В тот период жуть как хотелось быть любимой. Тогда-то она и обратила внимание на Зиновия. Он так романтично ухаживал, а как горели его глаза при одном только её виде...       Ференц влюбилась как подросток. Бросила Тимофея, перестала поддаваться на уловки матери. Наконец приняла ухаживания Зиновия. Последнее, видимо, оказалось лишним.       Пылкие чувства как-то подозрительно остыли после свадьбы. Безумный циник просто хотел трофея? Девушка снова осталась одна. К былым страхам прибавился ещё один. Она боялась своего мужа. Вернее, того, что творилось у него в голове. Чего стоили эти постоянные "гениальные идеи", как улучшить жизнь сотрудникам. Вроде бы и ничего криминального, и помочь хочет, но способы сильно смахивают на месть. Сотрудники недолюбливают его, открыто насмехаются, строят "добрые" козни. А он встречает их с неестественной улыбкой и скалится вслед. У Иродиады такое странное ощущение, что в этой невидимой борьбе он выигрывает.       Однажды, проснувшись и посмотрев в зеркало, женщина долго не могла понять, кто перед ней. Начмед больницы? Запуганная девчонка? Жена? Неужели у безысходности нет имени? Наверное, НИКТО.       "Ты, Иродиада, никто и звать тебя никак", — подумала женщина и пошла кормить детей в надежде, что их жизнь сложится лучше, чем у неё.       Можно снова перевернуть лист, но какой смысл? Где гарантии, что она снова не ошибётся? Где гарантии, что она вообще кого-то себе найдёт? Отметка возраста опасно скрипит. Ей уже не двадцать, чтобы начинать жить для себя.       Чем больше проходит времени, тем увереннее становится Иродиада...       ПУТИ НАЗАД НЕТ. ОНА ПРОИГРАЛА. Постоянные страхи одержали победу.