Часть 1/Топот

      Ярмарка. Идеально подходит для людей, которые хотят поскорее избавиться от ненужных вещей, захламляющих дом и собирающих пыль.       Челси ходила мимо палаток, где продавали всякие явства, барахолку и… О, игрушки! Девочка подбежала к одному прилавку, увидев игрушку-кролика маленького роста, неплотного телосложения и зеленоватого окраса.       Торговец, стоявший недалеко, завидев потенциального покупателя, который огромными глазами смотрел на ободранного плюшевого робота, подошел ближе.       — Понравился? — парень улыбнулся. — Это раритет — привезли из другого города.       — Вау! Сколько стоит? — девочка бережно взяла кролика на руки, внимательно осмотрев.       Корпус робота был из штопаного плюша, местами покрытого дырами, сквозь которые виден металлический эндоскелет. На макушке прикреплены длинные кроличьи уши. Короткая мордочка с треугольным носом и множеством острых белых зубов, напоминающих шипы.       — Отдам за три бакса.       — А почему так дешево? Раритет же. — Челси подозрительно посмотрела на продавца, потом на игрушку.       — У него неприятная история: игрушка принадлежала мальчику, который погиб на своем собственном Дне Рождении. Отец его спятил и начал убивать детей, засовывая их в костюмы аниматроников в известной пиццерии. Через несколько лет она закрылась, а маньяк пропал без вести. Несколько вещей, том числе и игрушки, попали сюда. Люди не хотят их покупать — думают, что они прокляты, — торговец усмехнулся, зачесав волосы назад. Девочка моргнула, а после широко улыбнулась.       — Хорошо, что я не верю в эту чепуху про проклятья и темные силы! — достав нужное количество денег, она с энтузиазмом положила их на прилавок, держа кролика под подмышкой. — Беру!       — Хох, конечно, он целиком и полностью твой! Надеюсь, что ты его не вернешь обратно, как другие. — парень помахал рукой, смотря как ее спина становится все дальше и дальше, пока не исчезает среди людей. ***       — Папа, перестань! Это моя игрушка!       Девочка в слезах схватилась за ногу Плюштрапа, тяня его на себя. Руку же кролика держал полу-пьяный отец, пытаясь выхватить его и разорвать.       — Как такой урод может тебе нравится? Ему место на помойке! — отец все же выхватил игрушку из рук дочери и бросил в темный угол.       Безжизненные глаза куклы уставились на него. Оторванная рука робота лежала рядом. ***       Ночь. Тусклый диск луны освещал опустевшую улицу. Челси сидела на кровати с инструментами. Попытки починить ее новую игрушку были тщетны.       — Вот почему мне не везет, а? — девочка горько вдохнула, поглаживая макушку кролика. Плюштрап лишь безэмоционально смотрел на нее кукольными глазками. — Эх, ладно завтра отнесу тебя к крестному. Может он сможет тебя починить.       Челси легла в постель и уложила Плюштрапа рядом, заботливо укрыв одеялом, как будто кукла бы почувствовала тепло, и выключила ночник. *** Топ-топ-топ       — Мама? Папа? Это вы? — Челси приподнялась на кровати и сонно потерла глаза. На дворе была еще глубокая ночь.        Звук шагов усилился.       — Эй, это не смешно! Папа! Мама! Отзовитесь! — крикнула Челси, вскочив с постели и подойдя к двери. Она заглянула в длинный коридор, который вёл прямо в комнату ее родителей.       Там было пусто, лишь крошечный поток света проходил из щели приоткрытой двери, освещая пространство. Снова шаги.       Девчонка подбежала к своей кровати, надеясь взять кролика, который мог бы хоть немного ее успокоить и уменьшить страх. Но его не было на месте. Она ведь точно-точно положила его сюда! Может папа все же решился починить кролика, придя в себя после пьянки и пожалев своё чадо? Это бы могло многое объяснить. Но кто ходит в коридоре? Неужели, ее родители решили над ней подшутить? Хотя, это совсем на них не похоже… После работы они обычно спят, как убитые. И снова шаги!       Взяв себя в руки в надежде на лучший исход, она все же вышла в полутёмный коридор, медленно подходя к двери.       И вот Челси стоит прямо перед ней. Она приближается к проёму всё ближе и ближе…       В нос ударил металлический запах. Она заглянула в комнату. Родительская спальня была забрызгана кровью, а посередине лежал труп ее отца. У него была оторвана рука, а в целой лежала маленькая ручка роботического кролика. А шаги были слышны еще ближе...