Часть 1

      Цзян Чэн старательно оттирал стол от остатков крема сиреневого цвета. Ох и намучился Ваньинь, пытаясь сделать именно такой оттенок, чтобы изготавливаемый торт был таким, как хочется, и ничуть не хуже! Ведь предназначался он для Яньли.       Зато теперь приходилось срочно прятать все следы готовки, так как до прихода старшей сестры оставалось не так много времени. В ее день рождения все должно быть идеально! И никакой грязи.       Звук открывающейся двери заставил дернуться от испуга (неужели уже Яньли пришла?), но тут же раздавшееся кряхтения доказало обратное.       — Ну и где ты так долго шатался, оболтус? Иди сюда уже, показывай, что нашел.       Возмущение Вэй Ина было слышно даже без слов, и Ваньинь был вполне доволен этим фактом. Когда, наконец, Усянь зашел на кухню, он со всей аккуратностью, на какую только был способен, положил на стул большого плюшевого розового пони.       — Чтобы ты знал — мне пришлось обойти по меньшей мере пять магазинов, чтобы найти достаточно милого и плотно набитого пони! — Вэй Ин надул щеки, всем своим существом выражая негодование. — А ты обвиняешь меня в безделье!       Ваньинь закатил глаза, наскоро вытирая руки и кидая брату тряпку:       — Помогай давай. У нас час на то, чтобы заставить квартиру сиять.       — Дай хоть оставшиеся пакеты разберу, зануда, — Вэй Ин, поймав тряпку, тяжело вздохнул: уборка находилась где-то в конце списка того, что бы он хотел делать, но сегодня надо.       Зато сейчас наступило время хвастаться покупками: несколько пачек маршмеллоу, упаковка зерен кофе, и набор косметики, названия которой Вэй Ин забыл сразу, как только вышел из магазина. Но главное, что смог купить то, про что Яньли однажды обмолвилась. Оставалось только верить, что не прогадали и сделали именно то, что она хотела: как оказалось, наличие выбора порой делает все не столько лучше, сколько страшнее.       — Надо было еще перьев купить, чтобы на павлина нацепить, — фыркнув себе под нос, Вэй Ин аккуратно разложил подарку вокруг уже стоящего на столе букета.       — Ага, и сверху клеем полить, — Ваньинь изогнул бровь, отходя к раковине чтобы закончить мытье посуды. Несмотря на все шутки, оба понимали, что сегодня постараются поладить с Цзысюанем, чтобы ничем сестру не расстраивать.       — Кстати, о клее! Помнишь последний детектив, который мы с тобой смотреть начали? Ну, тот, что с убийством в закрытой комнате, — Вэй Ин махнул рукой и чуть не уронил пони. Усянь ойкнул, подхватил заваливающееся мягкое чудо, усадил получше и погрозил ему пальцем, мол, смирно сидеть надо.       — Я-то помню, но при чем тут клей? Не начинай опять свои теории всемирного заговора только, — Цзян Чэн постарался сдуть со лба прядь волос, не касаясь ее мокрыми и мыльными руками.       — Но в прошлый раз я ведь оказался прав, и там правда был отравитель, — Вэй Ин хитро улыбнулся, напоминая о своей маленькой победе в прошлой дискуссии.       — И не надейся, что тут все обойдется обычным ядом! — Ваньинь не сдержался и резко махнул рукой в сторону наглеца, заставляя того коротко пискнуть от внезапного попадания брызг.       — Ну и все, ну и пожалуйста, ну и не буду делиться теорией, — Усянь показал в спину брату язык и все же взял тряпку, стирая со стола остатки муки, крема. — Торт-то хоть покажешь мне заранее, а, великий кондитер?       — Так уж и быть, разрешаю заглянуть в холодильник, — Ваньинь улыбнулся уголками губ, будучи искренне гордым за результат своих трудов.       Вэй Ин тут же ринулся любоваться. Открыв дверцу холодильника, Усянь тихо присвистнул: зрелище и прям впечатляющее, особенно для столь далекого от готовки человека.       — Просто блеск. И правда великий кондитер, я в восхищении! — Ваньинь приподнял голову, усмехнулся. Вот на слова Усянь никогда не скупился, но в этот раз Цзян Чэн был готов принять похвалу. Он сделал пусть неидеально, но все еще на таком высоком уровне, что мог сам согласиться с этим.       — Я-то молодец, а ты все еще лентяй и бездельник. Давай-давай, про тряпку не забываем.       Тяжко вздохнув, Вэй Ин все же вернулся к столь скучному занятию, как наведение чистоты. Таков уж был уговор: к готовке Усянь не притрагивается, но в уборке помогает, чем только может.       До прихода Цзян Яньли оставалось каких-то пятьдесят минут.