Часть 3

— Привет, — выдохнула Алёна и с улыбкой посмотрела на Макарова, который в свою очередь тоже смотрел на девушку и улыбался. — Привет. Как ты? — Вот занесла тебе биллинг подозреваемого. Кстати, моя прога его обнаружила с первого прогона, — довольно улыбнулась Астанина и села на диванчик, вытягивая ноги. — Я сниму сапоги, а то устала бегать по всему РОВД. Ты же не против?       Сказав это, Алёна начала медленно расстегивать молнию на сапоге, не отрывая глаз от Макарова, который пристально следил за девушкой. Казалось, все мысли, что тревожили его, были написаны на лице. — Паш, ну давай уже скажи то, что так хочешь сказать с момента, как Саламатин вышел. — Почему ты не хочешь возглавить киберотдел? — Я не хочу быть как твоя Лера. Я не она и никогда ей не буду. И если ты хочешь видеть во мне её, то… — девушка хотела продолжить, но Макаров ее перебил. — Я не вижу ее в тебе и не пытаюсь разглядеть, — начал мужчина. — Ты другая. Я не сравниваю, просто констатирую факт. Говорю так, потому что вижу в тебе искренность, которую ты не прячешь под маской безразличия, чего и ожидаешь от других, поэтому другие… я с тобой тоже искренний. Если бы меня сейчас услышал Жилин или четыре подобия полисменш, то подняли бы на смех, — он усмехнулся и поднялся из-за стола, чтобы подойти к дивану и сесть рядом с Алёной. — Вытягивай ноги, — Павел хлопнул ладонью по коленкам и девушка послушно вытянула ноги.       Сильные ладони тут же обхватили хрупкую девичью ступню, надавливая и растирая напряженные мышцы. Пальцы скользили по ступне, обтянутой чёрным капроном: от аккуратных пальчиков через подушечку по своду к пятке и обратно.       Девушка прикрыла глаза, откинула голову и отдалась приятным ощущениям, что приносили крепкие мужские руки. Она машинально приложила пальцы к губам, чтобы случайно не застонать. Но один стон все же вырвался. Его руки плавно переместились к ладоням девушки и начали медленно растирать пальчики и сами ладони. — Ммм, — протянула Алёна, улыбнулась и случайно зевнула. — Надо же, знакомы не так долго, а ты уже знаешь мои слабые места. — Ступни и ладони. Ты всегда начинаешь зевать, если я делаю массаж рук, — довольно проговорил Павел и потянул за левую ногу девушку, чтобы она оказалась сидящей на его коленях.       От неожиданности Астанина вскрикнула и ухватилась руками за шею. Сон как рукой сняло. Ладонь девушки мгновенно погрузилась в волосы мужчины и начала медленно оттягивать волоски, пальчиками оглаживая кожу головы. Он закрыл глаза и довольно подставился под женскую руку.       Девушка приблизилась к лицу Макарова и еле ощутимо прикоснулась губами к его. Руки, что покоились на талии Алёны, мгновенно напряглись и сжали тело девушки, отчего ей пришлось выдохнуть прямо в губы майора. Павел воспользовался секундным замешательством Астаниной и поцеловал ее в раскрытые губы. Та сразу же отозвалась, позволяя горячему языку полностью взять над ней контроль. Буквально кожей ощущая эту нужность, чувствуя, как желание усиливается во сто крат, дрожит и тает под кожей, заставляя хотеть большего, чем просто поцелуй.       Рука отпустила талию и спустилась на колено девушки, скользя широкой ладонью по бедру и ускользая на внутреннюю сторону. Не прерывая поцелуя, он ласкал кожу бедра, подбираясь все выше. Дёрнув бёдрами, Алёна открыла глаза и оторвалась от горячих губ мужчины. — Кто-то может войти, я не закрывала дверь, — прошептала девушка и посмотрела на Макарова. Он тоже дышал тяжело и смотрел в ее глаза, что с поволокой желания сейчас наблюдали за ним. — Так ведь интереснее, правда? — мужчина продолжил поглаживать кожу на бедре девушки, доводя ее до исступления. Медленно проводя по краю чулок, которые сегодня решила надеть под плотную юбку Алёна.       Астанина задохнулась, начиная глотать комками воздух, что сейчас сгустился вокруг них, пропитанный желанием. Мужские пальцы коснулись ткани, проводя по ластовице чёрного кружевного белья и слегка отводя ткань в сторону. Павел медленно вводит один палец, застывая. Он слегка толкнулся вперёд, добавляя ещё один. Слегка разводит внутри пальцы, чувствуя как сокращаются мышцы. Проникает глубже. — Я… не… Паш, пожалуйста, — всхлипывает Астанина, пытаясь хоть как-то сложить отдельные слова в одно предложение.       Короткий рывок с места заставляет девушку ахнуть. Лишь спустя секунду, когда сильные руки, подхватившие Алёну, опускают ее на поверхность деревянного стола, она бросает быстрый взгляд на диван. Так ещё лучше.       Дрожащие руки девушки нащупывают край свитера и тянут вверх, заставляя мужчину поднять руки и снять ненужный предмет гардероба. Взгляд замирает на татуировках на груди и девушка медленно сглатывает. Павел стягивает водолазку Астаниной и откидывает на диван. Юбка задирается. Его добивает, не давая ни малейшего шанса уцелеть, несокрушимая уверенность в нем, в них, в происходящем. Руки нащупывают ремень брюк и с нетерпением спускают их вместе с бельём.       Жесткий поцелуй обрушивается на губы программиста, сминая и сжигая все задние мысли и оставляя после себя выжженное поле в виде абсолютно пустой головы. Заставляя хотеть развести ноги ещё шире, уничтожая любую преграду. — Паш, пожалуйста…       Низ живота взрывается приятными спазмами, желая большего. Сжав тазовые косточки ладонями, мужчина рывком придвигает Алёну еще ближе к себе, на самый край стола. Она на несколько секунд напрягается, когда чувствует наконец, как он входит, разрываясь от желания ускориться. Он чувствует, как впиваются ее пальцы в плечи, требуя большего. Тугие стенки сжимаются, обхватывая ещё сильнее и ему не остаётся ничего другого, кроме как отдаться ей и отключить голову.       Хриплые вздохи вырываются у девушки по мере того, как ускоряется мужчина. Низ живота Алёны сводит тёплой подбирающийся волной с каждым толчком Павла. Дрожь проносится по телу, вызывая тонну мурашек по спине и пояснице. Павел делает последние толчки, подаётся вперёд и замирает, тяжело дыша в каштановые волосы. — Что ты со мной творишь, м? — куда-то в волосы задаёт вопрос мужчина. — Я уже не мальчик, чтобы такие секс-марафоны каждый день повторять. Ночью, — сколько? — семь раз, вот сейчас тоже, — засмеялся Павел и помог девушке надеть кофту и заправить в юбку. — А что тебе не нравится? — подхватила смех Алёна и подала с дивана коралловую кофту мужчины. — Я что-то не услышала особого недовольства за все это время. Если тебе тяжело, ну там дыхалка прихватывает или сердечко пошаливает, — с этими словами она приняла серьезный вид и схватилась за сердце, — то можем сделать секс раз в неделю или раз в месяц. Как тебе? Только мне придётся найти способы, как удовлетворить себя самостоятельно. Не против? — На секс раз в месяц я не согласен. А вот посмотреть на то, как ты делаешь себе приятно, я не против, — произнеся эти слова, Павел подошёл к девушке и улыбнулся, глядя в глаза. — Меня все устраивает, Алён. — Кстати, хотела предложить тебе пойти со мной в кино. Недавно вышел фильм про Нахимовское. Это была моя мечта детства — поступить в Нахимовское училище и продолжить службу на морфлоте. Мечтала попасть в отряд боевых пловцов специального назначения, — проговорила Астанина и мечтательно прикрыла глаза. — Но судьба распорядилась иначе и я всем довольна. Не люблю сетовать на судьбу, я счастлива. — Сказала девушка и обняла мужчину. — Со мной никто не делился своими мечтами, — проговорил Павел на ухо Астаниной. — Я ценю твои откровения. И тебя. А тебя особенно. — Море было, да и сейчас тоже, остаётся чём-то очень дорогим сердцу. Я же выросла в семье военного в Новороссийске. Только с детства я хотела создать семью, а будучи военным офицером, да ещё и спецназовцем, невозможно создать нормальную семью и родить детей, — восторженно делилась своими мыслями девушка. Когда она сказала про детей, взгляд тут же метнулся к мужчине. Почему-то ей стало неловко.       Однако Павел улыбался. — Так, ладно, я побежала к себе, а то Тарасов не переживет, если не похвастается своей новой должностью передо мной. Почему-то в соревнованиях со мной, которые он сам организовал, ему постоянной гребтится покичиться своими псевдо-успехами. Но есть истина, которую он не озвучивает по причине того, что не хочет ударить в грязь лицом, и я не озвучиваю, потому что ненавижу хвастаться. — Алён, ты лучшая, — восторженно проговорил Павел и выпустил девушку из объятий. — Я покупаю билеты и идём сегодня после работы? — Забились. — Ой, не говори подобные словечки. Мне Поповой хватает с ее пацанским жаргоном. Кстати, интересно, они сделали то, что я просил их? — Они давно все сделали, отсиживаются в кафетерии в надежде, что ты их не найдёшь, — засмеялась Астанина, — по крайней мере, были, когда я зашла к вам с Саламатиным. Чего ты их муштруешь? Классные девчонки же. — Классные? Твои девчонки, как ты выразилась, довели Самсонову до ручки, что та, пошла к Леонидовичу и какую-то писульку оставила с жалобой на этих девчонок, — передразнил девушку Павел. — До вечера, Паш. Заходи ко мне, только шоколадку не забудь. «Алёнка» подойдёт прекрасно. Кстати, — уже у выхода остановилась Алёна, — я тебя люблю. — Подмигнула и оставила в замешательстве Макарова…       … который уже через несколько секунд довольно улыбался.