Глава 14

Гермиона едва не врезалась в Драко, когда завернула за угол к лифту, в который он как раз заходил. Она машинально одёрнула складку на юбке и поправила мантию.   — Проспала? — спросил Малфой, чувствуя, как на губах сама собой появляется ухмылка, когда Гермиона вошла в лифт, так и не заметив его присутствия.   Она одарила его испепеляющим взглядом и скрестила руки на груди.   — Если тебе так уж хочется знать, целитель Рэндалл выдала мне крайне мощную порцию снотворного зелья.   Драко вскинул брови и сделал глоток чая, одновременно протягивая ей второй стаканчик.   — Тогда тебе это пригодится. Глаза Гермионы расширились, напряжение ушло из её позы, и она повернулась к нему со сбивчивым: — Спасибо. Она замялась, открывая крышку, пока лифт проезжал второй этаж и поднимался к третьему. — Ты проехал свой этаж. — Я направляюсь в Отдел тайн, — отрезал Драко. — Мне пришла служебная записка. Полагаю, тебе тоже, просто ты опоздала на работу. — И что в ней было сказано? — спросила Гермиона, прищурившись. Драко пожал плечами, убирая свободную руку в карман брюк. — Только то, что я должен встретиться с аврором Робардсом в… — он поколебался, доставая записку, — комнате девять-четырнадцать. — Девять-четырнадцать — это зал заседаний, — она резко развернулась к нему. — С какой стати он будет встречаться с тобой там? — Скоро узнаем, — Драко закатил глаза, хотя разговор с Гермионой отвлекал его от тяжёлого комка тревоги, осевшего в животе с того момента, как он получил записку. Неужели Робардс или Бёрк узнали что-то новое? Грейнджер раздражённо фыркнула, но всё же сделала глоток чая. Её волосы выглядели ещё более растрёпанными, чем обычно; Драко невольно задумался, не оставила ли она в один прекрасный день попытки привести их в порядок. Рубашка была слегка помята, а мантия невыразимца перекосилась под тяжестью сумки на плече. — Ты сегодня выглядишь ужасно, Грейнджер, — заметил он. Она резко выдохнула через нос и подняла взгляд на табло лифта — они приближались к восьмому этажу. Её голос оказался мягче, чем он ожидал: — У меня снова была головная боль. Не такая, как в тот день, когда я попала в Мунго, но… целитель Рэндалл сказала, что это ожидаемо при повышенной активности мозга. Драко указал на неё пальцем, опустив подбородок. — Если ты вдруг возьмёшь и помрёшь раньше, чем мы закончим это дело, Грейнджер… — Как мило, — сухо протянула она, — что ты так переживаешь за моё благополучие. Он поправил галстук, приглаживая шёлк под ремнём сумки, где смялась ткань. — Очевидно, я к тебе уже привык, разве нет? На её губах появилась тень улыбки, когда их взгляды встретились. — Пожалуй, я соглашусь. Лифт остановился на девятом этаже, и Драко последовал за Грейнджер в отдел. Она задержалась у административной стойки, чтобы получить записку, почти идентичную той, что ему прислал аврор Робардс, а затем с лёгкой гримасой повела его к комнате девять-четырнадцать.   Как и сказала Грейнджер, это была небольшая комната для совещаний, рассчитанная на восемь человек. Аврор Робардс и Невыразимец Бёрк уже сидели у дальнего конца стола, увлечённые разговором; оба умолкли, когда Драко и Гермиона вошли.   — Спасибо, что пришли, — сказал Невыразимец Бёрк усталым тоном, и наморщил лоб. — Пожалуйста, присаживайтесь.   Малфой опустился на стул рядом с аврором Робардсом, а Грейнджер обошла стол и села напротив него.   Между всеми четырьмя повисло напряжённое молчание; Драко уже подумывал спросить, не ждут ли они ещё кого-то, когда Робардс заговорил:   — Я знаю, что мне не нужно объяснять вам обоим текущую ситуацию, — сказал он с напряжённым выражением лица. У Драко ушло сердце в пятки; они собирались передать дело более опытной команде. Он это чувствовал.   Но Робардс продолжил:   — Вчера вечером я встречался с целителем Рэндалл в Мунго, чтобы обсудить возможные варианты. Как вы оба понимаете, ситуация крайне шаткая: четверо сильных авроров выведены из строя, и с учётом того, что команда целителя Рэндалл может как найти, так и не найти способ излечить болезнь, мы с ней пришли к выводу, что в интересах всех сторон стоит рассмотреть и другие возможные пути. — А Отдел тайн, разумеется, обеспокоен состоянием заражённых авроров, — Бёрк прервал его, бросив взгляд на Робардса, — но мы также обязаны учитывать последствия существования подобной магии, если она будет выпущена в общество. Или, что ещё хуже, если её окажется больше — если где-то существуют и другие такие артефакты.   Драко заметил, что Грейнджер смотрит на него широко раскрытыми глазами. Он потянулся за чаем, но заметил, что рука дрожит, и вместо этого опустил её обратно на колени.   — Наши два отдела будут совместно координировать небольшую группу полевых исследователей для дальнейшего изучения древней цивилизации, откуда произошла эта фигурка, — сказал Робардс. — И, учитывая, что и Отдел магического правопорядка, и Отдел тайн напрямую вовлечены в это дело, будет направлен небольшой контингент как авроров, так и невыразимцев.   Драко сдержанно кивнул, заранее настраивая себя на мысль, что в этот контингент авроров он не войдёт. — Аврор Малфой, — произнёс невыразимец Бёрк, наклоняясь вперёд. — Мы с аврором Робардсом видели и по достоинству оценили тот объём работы, который Вы вложили в это дело. Драко удержался от того, чтобы закатить глаза перед одним из самых влиятельных людей министерства. Более того, он начинал верить словам Грейнджер о том, что Бёрк, возможно, стоит по значимости даже выше самого Кингсли. — Благодарю, сэр, — коротко ответил он резким тоном. — Я ценю оказанное доверие. Драко чувствовал на себе и взгляд Робардса, но продолжал смотреть на стол. Его накрывала горячая волна стыда: несмотря на всю свою вовлечённость в расследование, он был не готов к работе вне кабинета, и уж тем более за пределами страны. Голос Робардса прозвучал резко: — И, я думаю, нам не нужно объяснять тебе, какие возможности тебя ожидают в качестве руководителя исследовательской группы. — Сэр? — Драко поперхнулся, его взгляд метнулся к своему начальнику. — Руководителя? Сердце бешено заколотилось в груди, а все фразы, которые он хотел произнести, спутались и так и не добрались до языка.   Робардс усмехнулся, а на губах Бёрка появилась редкая улыбка.   В этот момент Драко стало неловко за собственные вчерашние раздражённые мысли о Грейнджер, когда он представлял, что его вообще не отправят вместе с командой.   — Решение уже утверждено Кингсли, — добавил Бёрк, — на случай, если у кого-то возникнут вопросы или претензии.   Драко кивнул, ощущая сухость во рту.   — Спасибо.   — И ещё, Малфой.., — снова посмотрел на него Робардс, — не облажайся с полевым протоколом, понял? У меня целая команда старших авроров и администраторов, готовых вцепиться мне в глотку, если что-то пойдёт не так.   — Понял, сэр, — коротко ответил он.   Драко сделал большой глоток чая, чтобы успокоиться.   — Отлично! — воскликнула Грейнджер. Драко поднял взгляд, почти забыв, что она тоже присутствовала на встрече.   — Когда мы отправляемся?   Малфой наблюдал, как Бёрк и Робардс обменялись взглядами; у Гермионы на переносице выступила морщинка, а губы сжались.   — К сожалению, Невыразимец Грейнджер, — начал Бёрк, — у тебя нет медицинского разрешения покидать Англию. Целитель Рэндалл посоветовала нам, чтобы ты оставалась здесь.   У Драко что-то сжалось под ложечкой при виде удручённого выражения лица Грейнджер, хотя она и постаралась придать ему более нейтральный вид.   — Я не еду? — тихо спросила она.   — Боюсь, что нет, — огорчённо ответил Бёрк. — Целитель Рэндалл обеспокоена экстремальными мозговыми волнами, которые у тебя проявляются и долгими международными перелётами. Если что-то пойдёт не так, ты не сможешь просто аппарировать обратно в Мунго. — Понимаю, — выдохнула Гермиона. Драко мельком посмотрел на неё, но она не отрывала глаз от стола. — Мы отправим других невыразимцев в эту поездку, аврор Малфой, я могу заверить Вас в их компетентности, — сказал Бёрк. — Подождите, — сказал Драко, поднимая руку. При мысли о том, что Грейнджер не поедет с ним, у него в животе что-то тревожно сжалось. Несмотря на его вчерашние чувства, это ни в малейшей степени не было похоже на победу над ней. — Так же компетентны, как и те невыразимцы, которые наслали на Грейнджер заклинание? — Невыразимец Калисто и её команда были привлечены к дисциплинарной ответственности за нарушение протокола, — ответил Бёрк, нахмурившись. — Грейнджер должна отправиться в эту поездку, — перебил Драко, повысив голос. Робардс бросил на него взгляд, но Драко продолжил: — При всём моем уважении, она знает об этой цивилизации больше, чем я. Грейнджер также нашла больше подробностей и работала над этим делом не меньше меня. — Аврор Малфой, — начал Робардс низким голосом, в котором слышалось предупреждение. — Целителю Рэндалл придётся сделать исключение, — сказал Драко, качая головой. — Или отправьте целителя с экспедицией, или… Грейнджер сильно пнула его под столом в голень. Её глаза сверкнули, когда Малфой с приоткрытыми губами посмотрел на неё. — Аврор Малфой, достаточно, — рявкнул Робардс. — Придержи свою дерзость, пока мы не пожалели о том, что назначили тебя руководителем дела. Его тон смягчился, но Драко всё равно осел на стуле. — Мы с Невыразимцем Бёрком хотели назначить Невыразимца Грейнджер в качестве второго ведущего расследования, однако по медицинским показаниям она непригодна для подобных поездок. Всё будет идти по протоколу, и с тобой поедут другие невыразимцы, чтобы представлять интересы Отдела тайн. Драко стиснул челюсти, прижимая ладони к столешнице и заставляя себя глубоко вдохнуть. — Разумеется, — процедил он. — Прошу прощения за вспышку. Бёрк пристально смотрел на него, когда вставал из-за стола. — Мы свяжемся с Вами, когда команда будет сформирована. Будьте готовы, аврор Малфой. Вы отправляетесь в течение недели. Бёрк отошёл, и Робардс, кивнув, последовал за ним. После их ухода в зале заседаний повисло острое напряжение. Гермиона заметно поникла на своём месте, а Драко заколебался. Её лицо вытянулось, рот скривился в усмешке, а плечи опустились.   — Поговори с целителем Рэндалл, Грейнджер, — сказал Драко, закидывая сумку на плечо. — Может, ещё можно что-то сделать.   Гермиона не посмотрела на него.   — Тебе не обязательно делать вид, что тебе не всё равно, поеду я или нет, Малфой.   Он сжал челюсть.   — Мы в этом деле вместе, Грейнджер. Ты должна быть в команде. Ты заслуживаешь этого больше любых других невыразимцев, которые ни черта не будут понимать, что вообще происходит…   Она медленно и уныло отпила чай.   — Просто уходи. Пожалуйста. Гермиона опустила локти на стол и прижала ладони к вискам.   — Ладно, — раздражённо фыркнул Драко. — Может быть, тогда я поговорю с аврором Робардсом.   — Не смей, — огрызнулась она, нахмурившись. — Если ты продолжишь давить на них, тебя тоже снимут с дела. Одному из нас нужно там быть, тебе не кажется?   Драко впился в неё взглядом.   — Только не говори мне, что ты так легко сдаёшься.   — А чего ты от меня ждёшь? — прошипела она. — Если я пожалуюсь Невыразимцу Бёрку, я потеряю работу. Если поеду и что-нибудь случится, я могу умереть. Какие варианты у меня ещё есть?   — Задействуй свой раздутый мозг и придумай что-нибудь, — отрезал Малфой и направился к двери. — Пришли мне записку, если тебе что-то понадобится.   Гермиона опустилась на стол и ничего не ответила.  

***

  — Подожди, Малфой будет руководить экспедицией? — спросил Гарри, проведя рукой по растрёпанным волосам.   Его на время выписали из Мунго, так как магический след в крови был достаточно стабилен, чтобы была нужна госпитализация. Требовалось только периодически сдавать анализы и ежедневно проверяться, чтобы убедиться, что магия не усиливается.   — Да, — ответила Гермиона. — Кингсли уже дал добро, и всё оформлено. И Невыразимец Бёрк тоже, так что жаловаться Робардсу нет смысла, если это то, о чём ты подумал.   — Нет, — пожал плечами Гарри, делая глоток сливочного пива. — Просто меня это удивило.   — Честно? — спросила Гермиона. — Меня это не удивляет. Если бы остальная часть Отдела магического правопорядка хоть на минуту отпустила свои предрассудки о нём, они бы увидели, насколько он поглощён этим делом и как эффективно работает. — Он очень умён и проницателен, — добавила Дафна, слегка подтолкнув Гарри в бок. — Гермиона? — спросил Поттер, насмешливо прижимая руку к её лбу. — Ты точно в порядке? — Вот в чём проблема, понимаешь? — сухо спросила она. — Каким бы ни было это заклинание, которое воздействует на мой мозг, оно настолько сильное, что я не могу поехать. Я бы предпочла, чтобы этим делом занимался Малфой, а не кучка авроров и невыразимцев, которые ничего не знают о том, что происходит. — И целитель Рэндалл не разрешает тебе? — спросила Дафна, и глубокая морщина исказила её красивые черты.   — Она не дала мне медицинское разрешение, — пробурчала Гермиона. — А значит, я не могу покинуть Англию.   — Это ужасно, Гермиона, мне жаль, — сказал Гарри. — Я знаю, как усердно ты работала, чтобы найти ответы.   — Дело не только в ответах, Гарри, — сказала она, бросив на него многозначительный взгляд. — Если мы не сможем выяснить ничего о магии…   — Может быть, Тео мог бы поговорить с Рэндалл, — предложила Дафна. — Должен же быть какой-то другой способ, чтобы они могли следить за твоим здоровьем на расстоянии.   — Ты говоришь как Малфой, — вздохнула Гермиона. — Он настаивал, чтобы я нашла обходной путь.   — Малфой? — спросил Гарри, моргая. — Ты хочешь сказать, он не прыгал до потолка от радости, что едет, а ты нет?   Гермиона скривилась.   — Он повысил голос на Робардса, когда они нам сообщили о поездке. — Малфой это сделал? — Гарри разинул рот, качая головой. — Это что, параллельная вселенная? — О, хорошо, что ты здесь, — сказал знакомый голос, и глаза Гермионы расширились, когда Малфой уселся рядом, держа в руках бокал с огневиски. Нотт занял место рядом с ним за круглым столом, по другую сторону от Дафны. — Вас сюда не приглашали, — невозмутимо ответила Гермиона, хотя в её словах не было злого умысла. Она пренебрежительно махнула рукой. — Но ради всего святого… — Мы ведь здесь все друзья, — отрезал Нотт. — По крайней мере, мы с Драко дружим с Даф, которая трахается с Поттером, и... — Прекрати, — прервала его Гермиона, приложив руку к голове. Головная боль, которая была раньше, сменилась тупой пульсацией, но всё ещё продолжалась. — Так значит, ты всё ещё согласна с этим решением и не собираешься спорить, — сделал выводы Малфой непринуждённым тоном, делая большой глоток из своего бокала. — Я ничего не могу поделать, — процедила Гермиона сквозь зубы.   — На самом деле, ты можешь многое сделать, — возразил он, размахивая бокалом, — но большинство из этих вещей приведут тебя к увольнению.   — Тебе бы это понравилось, — пробормотала она себе под нос, хотя и знала, что его действия говорят об обратном.   — Если бы я так сильно ненавидел работать с тобой, Грейнджер, я бы радовался тому, что ты не можешь поехать, а не пытался найти обходной путь, — сказал Малфой, пристально глядя на неё.   Гарри наблюдал за этой перепалкой с широко раскрытыми глазами и нахмуренными бровями.   — Послушайте, — вмешался Нотт, —поскольку я невольно стал ещё одним участником всей этой каши…   Гермиона закатила глаза и сделала глоток из своего стакана.   — Целитель Рэндалл может быть настоящей занудой, — продолжал Нотт, поднимая руки, — но при определённых обстоятельствах её можно убедить отпустить тебя.   — И ты собираешься предложить свою помощь в этом вопросе? — усомнилась Гермиона.   Нотт поднял палец.   — Нет. Она моя начальница, и я не хочу портить с ней отношения.   — Тогда что ты вообще здесь делаешь? — Гермиона закатила глаза. Ситуация становилась всё более раздражающей. Да, она не могла поехать и хотела, чтобы все перестали обсуждать это.   — «Дырявый котёл» — общественное достояние, Грейнджер, — сказал Нотт, приподняв бровь. — Нам с Драко здесь рады, так же, как и тебе...   — То, о чём он говорит, — перебил Малфой, наклонившись, — это то, что есть способы обойти медицинское заключение Рэндалл о твоей непригодности.   — И хоть один из этих вариантов вообще реалистичен? Почему ты так зациклился на этом? — спросила она, устремив взгляд на Малфоя.    Гермиона не в первый раз удивлялась, почему ему так важно, что она не сможет поехать. Накануне Малфой был холоден и насмехался над ней, когда думал, что она сможет отправиться в экспедицию, а он нет. Грейнджер считала, что его больше всего беспокоит то, что ему предложили возглавить поездку.   Драко уставился на неё на мгновение, отбросил прядь волос с глаз и наклонился ближе. Когда он заговорил, его голос был достаточно тихим, так что никто другой не мог ничего услышать: — Я же сказал тебе, Грейнджер. Без нас двоих это будет уже не то. Нам нужно во всём разобраться и получить настоящие, конкретные результаты, так? — Да, — выдохнула она, понизив голос в тон ему. На лице Драко отразилось сомнение, когда он сказал: — Ты нам там нужна, — он поднёс стакан с огневиски к губам и сделал глоток. — И я так сильно хочу раскрыть это дело, что вынужден признать, что не смогу сделать это без тебя. Гермиона удивлённо уставилась на него, потрясённая его честностью. За столом повисло напряжение, и, когда она отвела взгляд, Гарри и Дафна начали вынужденный разговор; Нотт наблюдал за ними с лёгкой улыбкой, потягивая свой напиток. — Думаю, это самое приятное, что ты когда-либо говорил мне, Малфой, — мягко сказала Гермиона, с оттенком покорности. Он поморщился, откидываясь на спинку стула: — Не привыкай, — он допил свой огневиски и помахал бармену, заказывая ещё один. — Обсудим это завтра. Я зайду к тебе в кабинет первым делом. — Звучит заманчиво, — Гермиона поёрзала на стуле, осознав, что во время их разговора была повёрнута к нему лицом. Гарри уставился на неё поверх своего бокала, в его изумрудных глазах читался вопрос, а губы насмешливо изогнулись. Она пнула его ногой под столом. Чувствуя себя не в своей тарелке, Гермиона поняла, что Дафна тоже смотрит на неё, а на её лице блуждает понимающая улыбка. Гермиона почувствовала, как румянец заливает её щёки, и решила уточнить: — Тогда хорошо. Я буду в своём кабинете, как обычно, — чтобы все поняли, что они обсуждали работу и ничего больше. Малфой усмехнулся, сложив свободную руку на груди: — Я приду, — он снова мельком взглянул на неё, слегка сверкнув серыми глазами. — И теперь твоя очередь угощать чаем. Нотт расхохотался, Дафна тихо захихикала, в то время как Гарри настороженно уставился на них обоих. Гермиона вжалась в свой стул, желая, чтобы с её лица сошёл румянец; она понятия не имела, почему Малфой поддержал шутку, и даже не была уверена, в чём именно она заключалась. — Думаю, на сегодня хватит, — сказала Гермиона, чувствуя себя неуютно.   — Ерунда, Грейнджер, — вставил Нотт. — К чему такая спешка?   Даже Гарри теперь хихикал:   — Тебе действительно стоит остаться ещё ненадолго, — он насмешливо надул губы.— Кто знает, когда Рэндалл решит окончательно запереть меня в Мунго?   Гермиона тяжело вздохнула. Взгляд Малфоя задержался на ней, пока он потягивал обновлённый огневиски.   — Ладно. Останусь ненадолго.