Часть 5

— два с лишним года назад твоя сестра Канаэ была убита, так ведь? Слова повисли в воздухе. Глаза Шинобу расширились, дыхание замерло. Канаэ. Слыша её имя, Шинобу будто вновь открывала рану, которую она пыталась залечить годами. Это имя прозвучало из его уст с такой непринуждённой спокойностью, будто он просто говорил о погоде, пока внутри неё поднимался ураган. От этой простоты по спине побежали ледяные мурашки. И в следующий миг её настигли воспоминания. Они обрывисто всплывали в её голове, и Шинобу будто второй раз переживала эти ужасные времена. Полицейский участок. Слёзы невольно капали с её глаз, оставляя мокрые дорожки на щеках, хотя казалось, что она уже выплакала всё, что могла. Сидящий перед ней следователь, с серьёзным выражением лица протягивает ей фотографию.

"Это один из подозреваемых. Хякурэн Доума."

На снимке был молодой парень, со светлыми волосами, практически белыми. Он улыбался и на его лице не было ни капли напряжения. Он Улыбался. Уже в тот момент Шинобу возненавидела эту улыбку.. Потом был его допрос. Она не присутствовала там, но следователь, устало потерая переносицу, коротко сказал ей:

"Отрицает. Говорит, что в то время был в другом районе, вроде как и свидетели есть.. алиби шаткое, но формально есть. Пока ничего не ясно."

В голове звучало множество вопросов. Он видел Канаэ в тот вечер? Был рядом? Говорил с ней? Они были знакомы? Шинобу опустила взгляд на свои дрожащие руки. Она понимала, что, возможно, этот парень и вправду не виновен, но, несмотря на это, ненавидела его всей душой. А потом все как-то рассосалось, растворившись в тумане.

"Алиби подтвердилось.. свидетели дали противоречивые показания.. прямых улик и доказательств виновности нет.."

Эти фразы запомнились ей отрывками. Голос следователя звучал фоновым шумом. Что теперь делать? Единственная зацепка оказалась ложной и теперь они опять пришли в никуда. Тупик. Они опять вернулись в начало этого кошмара. Итог. Шинобу представляла, как они найдут убийцу, как посадят его за решётку, и девушка почувствует, что тем самым отомстила за сестру. Но произошло все совершенно не так.

"Дело приостановлено из-за недостатка улик, мисс Кочо. Мы сделали все что могли."

Шинобу надолго запомнила эту фразу, повторяя её каждую ночь у себя в голове как мантру. Недостаток улик? А как же показания?.. а как же её сестра?.. Папку с её делом кинули в архив. По лицам следователей было ясно, что они рады, что наконец закончили с этим делом. Ей вежливо посоветовали двигаться дальше. Но Шинобу не представляла, как это сделать. Смысла двигаться дальше не было. Она пыталась забыть. Пыталась зарыть боль в учёбе, в учебниках по медицине. Иногда ей казалось, что если она будет спасать чужие жизни, то это поможет искупить свою вину за то, что не смогла спасти сестру. Но это тоже у неё отобрали. В тот момент Шинобу окончательно поняла, как же мир несправедлив и жесток. С того момента внутри неё проростала пустота, которая каждый день пожирала Шинобу, засасывала всё глубже. И теперь перед ней сидит главный символ этой несправедливости, просящий её о помощи. Шинобу понимала, что не могла винить его. Он ведь был не виноват. Шинобу ненавидела его впустую, из-за чего иногда винила себя. Он ведь и вправду ничего не сделал. *** Шинобу молча ушла к себе в комнату, оставив Доуму сидеть одного на кухне. Она вспоминала ту чёрную, беспростветную полосу в её жизни.. Воспоминания давили. Ей было больно. Доума. Он специально заставил Шинобу опять прожить те моменты. Тем временем парень сидел за кухонным столом, подперев голову рукой, скучающе глядел в окно. Он не особо понял, почему Шинобу так резко ушла. Вроде бы ничего такого не сказал, а она так отреагировала.. Будто он плюнул ей в лицо. Его внимание упало на немного залежавшиеся яблоко. Он, пожав плечами, взял его и откусил. В это же время раздался скрип двери. Девушка вошла на кухню. Её взгляд стал более серьёзным, холодным и отстранёным. — Ты упомянул, что тебя укусили. Значит, ты, скорее всего, тоже заражён. Какая у тебя группа крови? — Серьёзным тоном спросила Шинобу, смотря прямо в глаза парня. Её голос звучал ровно. Тот сидел также спокойно, медленно пережёвывая яблоко, даже услышав её слова. Немного подумав, парень ответил ей: — Четвёртая отрицательная, редкая, но иммунитет не даёт.. — Доума немного печально выдохнул, но в глазах грусти не было. — Ясно. Слушай, я не могу быть уверена, что ты не захочешь какой-нибудь ночью убить меня или сожрать, поэтому мне нужно обезопасить себя, — она протянула руку, в которой лежали пластиковые стяжки и небольшая верёвка. Всё это она недавно купила в том самом магазине для "внутреннего спокойствия." Пригодились. Доума удивился, но сопротивляться не стал, лишь ухмыльнулся. Его покорность казалась немного странной. Они прошли в её комнату. Там девушка точными движениями связала ему руки стяжками за спиной и обматала верёвкой, привязав другой конец к холодной батарее. Отопления всё ровно не было. Теперь ей было спокойнее: Доума хоть и будет рядом, но не сможет даже дотянуться до неё. — Выглядит так, будто ты маньяк, а я твоя жертва, — Сказал Доума, усмехнувшись и наколонившись вперёд. Шинобу проигнорировала его слова. — Покажи место укуса, — улыбка Доумы пропала. Он кивнул, указывая на свою ногу. Девушка осторожно приподняла его штанину. Она начала осматривать его кожу, пытаясь найти рану или хоть какой-то след. — Вообще, меня укусили пару дней назад, рана вроде как зажила уже, поэтому вряд-ли ты её увидишь.. — Уточнил Доума, наблюдая за действиями Шинобу. И вправду, укуса нигде не было видно. Лишь около колена было небольшое пятно, зеленоватого цвета, похожее на синяк. Кожа Доумы была необычно холодная. Девушка выдохнула, отойдя от него. — Хочешь есть или пить? — Доума отрицательно покачал головой, а его длинные волосы упали на лицо. Шинобу вздохнула и подошла к столу. На столе лежали тетрадки, учебники и всякие другие вещи. Она отодвинула их рукой в сторону и, взяв дневник, она открыла пустую страницу. — Ты знаешь что-нибудь о вирусе и заражённых? — Спросила Шинобу, будучи готова записывать все в дневник. — хм, дай-ка подумать.. Знаешь, пока я шёл сюда, по пути встречал множество заражённых и заметил, что ночью они становятся прям бешенными, а днём ходят спокойные такие, сонные.. — Доума замолчал. Подумав немного, он продолжил: — ещё я слышал, что у некоторых заражённых начинается мутация: появляется новая пара глаз или что-то подобное.. лишние пальцы там.. ухх, надеюсь это обойдёт меня стороной! — Последнюю фразу Доума сказал шутливым тоном, без какого-то страха. Шинобу в это время всё записывала в дневник. — так, что же ещё тебе рассказать...даже и не знаю... может узнаем что-нибудь новое посмотрев новости? — Доума улыбнулся. Шинобу выдохнула, ничего не сказав. Доуме было немного обидно, что его игнорируют, но виду не подал. Девушка открыла одну из страниц дневника, на которой лежал засушенный цветок, и осторожно достала от туда засохшую веточку Глицинии. Раньше Шинобу с Канаэ очень любили ездить смотреть на цветение Глицинии. Эти цветки были очень красивыми, хоть и опасными. Шинобу каждое лето срывала веточку глицинии и забирала себе домой, в память о Канаэ. Доума, увидев Глицинию, сразу скорчил лицо. Вся его радость и веселье куда-то делись, и он напрягся. — Боже.. убери это, оно же ужасно воняет.. — Серьёзно сказал Доума, отвернувшись от источника запаха издав характерное "бее". Шинобу удивилась, она поднясла цветок к носу и понюхала веточку, которая уже практически не пахла. — Это же обычный цветок? Да и запаха уже почти нет.. Шинобу в недоумении уставилась на Доуму. Тот покачал головой и ответил: — Может быть, но для меня запах отвратительный.. — Он говорил сквозь зубы. — может, на это как-то влияет вирус, я не знаю, но убери его, умоляю.. Девушка все ещё в недоумении убрала цветок обратно в дневник, но в нутри неё появился интерес. Открыв другую страницу, на которой только что писала, добавила пункт про Глицинию. — Это может быть что-то вроде аллергической реакции?.. — Шинобу задумалась, стуча ручкой по столу. — Возможно, Вирус, изменяя организм, делает нервную систему слишком чувствительной к какому-нибудь веществу глицинии.. э.. к Вистарину? Или.. Лектину? И если это все правда, то ты уже точно заражён.. — Шинобу озвучивала свои мысли вслух, параллельно записывая все в дневник. Доума слушал это все, пытаясь понять. — Надо как-нибудь проверить это... жаль, что сезон цветения закончился.. — Тихо добавила девушка, наконец дописав. В её голове появилась идея, — Выглядишь так, будто что-то задумала.. — Усмехнувшись, заметил Доума. В его голосе опять звучала шутливость. — ну.. может, так и есть, — Шинобу улыбнулась и закрыла дневник. Она встал из-за стола, собравшись выйти из комнаты. Зайдя на кухню, она включила телевизор. Скорее все новости должны были начаться именно сейчас. Пару дней назад Шинобу нашла в интернете примерный график, по которому шли новости.. там было не точное время, но в основном оно было близко к правде. Шинобу взяла пульт и включила телевизор. Новости уже шли, девушка опять пропустила начало. Вдруг из комнаты послышался громкий, немного жалобный голос Доумы: — ээй, Шинобу!! Сделай погромче, мне же тоже интересно! Шинобу закатила глаза и прибавила громкость, немного поморщившись от громкого звука. Сегодня новости вёл другой человек. "..и так, военные официально утвердили класификацию. Особую категорию заражённых приянто называть "иные". Как мы и сообщили ранее, они отличаются от обычных заражённых тем, что их разум остаётся в полном порядке, а физические способности увеличиваются еще сильнее, в намного большем количестве, чем у обычных заражённых.. они признаны особенно опасными. Ещё мы хотим сказать, что—" Вдруг телевизор выключился, как и весь свет в доме. Шинобу тихо выругалась: "чёрт". Ну, рано или поздно свет должны были отключить. Она вернулась в комнату, в которой было также темно.. Шинобу задумчиво повторила себе под нос слово из новостей: — Иные..