Пульт

У клонов есть настоящая суперспособность, которая, впрочем, очень неудобна для них. При том, что все они абсолютно разные, их мозги порой сходятся в какой-то особенности или привычке - они ведь, по большому счету, копии одного и того же человека. Бывает и такое, что всем восьмерым одновременно резко начинает хотеться чего-нибудь одинакового. Можно подумать, будто в подобные моменты между ними наступает временное перемирие, но нет. Обычно лишь зарождается новый повод побить и оскорбить друг друга, но уже из-за конкуренции за удовлетворение этого желания. Ну, продемонстрируем на простом примере - просмотр телика. Фильм с вымученной сценой смерти главного героя закончился уже давно. В какой-то момент пришёл Ромео, повсхлипывал над драматичной концовкой (при этом не зная ничего из предыстории отношений персонажей), но чуть позднее стремление стать истинным гурманом взяло над ним верх. Был включен другой канал. И вот седьмой клон, не будучи способным в реальной жизни отличить ветчину от колбасы, с видом знатока любовался процессом приготовления чего-то из итальянской кухни какой-то миловидной женщиной в фартуке. Габриэль все ещё сидел на диване. Ему было некуда и незачем уходить из гостиной. А что там по телевизору идёт - вообще без разницы. Червовый наверняка лучше знает, что включать. Но вдруг ни с того ни с чего послышался щелчок. Экран на секунду потемнел, а затем принялся показывать что-то совершенно иное: бородатые дядьки в майках и с объëмными кожаными варежками на руках, странно пружинисто подскакивая, избивали друг друга под восторженные вопли зрителей. Ромео, состроив недовольную гримасу, обратил взгляд на противоположный конец дивана. Там, оказалось, из ниоткуда успел появиться Пик с пультом в руках. -Пикуш, будь добр, верни обратно. - с какой-то кошачьей интонацией попросил седьмой, слащаво улыбаясь собрату. Но в ответ получил мотание головой и краткий комментарий: -Ты уже дольше часа сидишь. Ошарашенно похлопав глазами, розовый выдавил из себя меланхолический смех (который, впрочем, являлся провальной попыткой добродушного). -Нуууу, сегодня моя передача будет длиться ещё долго. А ты завтра можешь смотреть эту свою ахинею. Хоть до посинения. - добавил Ромео, параллельно протягивая руку за пультом. Пик промолчал и никакого пульта червому не отдал. Раздражение Ромео тоже выражал по-слащавому. Его улыбка становилась шире и вместе с тем тошнотворнее, тон настойчивее, а взгляд - высокомернее. -Пик, - с уже какой-то ядовитой вежливостью выплюнул Ромео, впиваясь в собрата взглядом. - дружочек, верни. Мне. Пульт. Тебе же лучше будет. Мы ведь оба знаем, на чью сторону встанет Федя. На этом моменте диалога Габриэль молча слез с дивана и отошёл в угол комнаты от обоих клонов. -На чью сторону встанет..? - грозно переспросил Пик, резко подходя к седьмому. Тот автоматически сделал пару шагов назад. - Ты мне Фëдором угрожаешь? Расстояние между седьмым и восьмым сократилось до такой степени, что их глаза друг от друга разделяло сантиметров пять. -Фëдор настолько меня боится, что даже разговаривать со мной не начинает, когда видит, что я не в настроении. - прорычал фиолетовый, скалясь на червового. Розовый уже раскрыл рот, чтобы либо опровергнуть слова собеседника, либо сдать позиции (сделать второе, будем честны, в любом случае было бы благоразумнее), но тут в ситуацию вмешался третий. -Подвиньтесь, пенсионеры! - вежливо попросил присутствующих Вару, пролезая между пиковым и червовым и распихивая их в разные стороны. Пульт моментально оказался вытянутым из рук Пика, а на экране телевизора задвигались какие-то анимационные персонажи в весьма жуткой рисовке. -Свали отсюда, валет!!! - рявкнул восьмой, отталкивая одномастника от дивана. Вару отлетел в сторону и благополучно сшиб входящего в гостиную Феликса. -ЧТО У ВАС ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?!! - мгновенно вскипел четвёртый, по доброте душевной отталкивая зелёного обратно туда, откуда тот прилетел. -Феля!!! А мне Пик мою Марину Артуровну смотреть не даёт! - воспользовался поворотом событий Ромео, щуря невесть когда успевшие взмокнуть глаза. -Пик! Надо учитывать и уважать желания окружающих!.. - поучительным тоном начал вещать червовый валет, подходя к собратьям ближе. -ТВОЮ НАЛЕВО, ФЕЛИКС, НУ ВОТ ХОТЬ ТЫ ЕЩË СЕЙЧАС НЕРВЫ НЕ ТРЕПИ, А?! - прорычал фиолетовый, который уже щёлкал каналы на телевизоре. После этой реплики затишье окончательно прекратилось и стартовала долгожданная буря. -Пх... Д...да... ДА КАК ТЫ МОЖЕШЬ...ТАК...- блонидин аж затрясся от гнева, оскалив тут же заострившиеся зубы, но ничего дельного произнести не успел. Вару, приземлившийся на пол по итогу своего последнего перемещения, в этот момент дëрнул стоящего рядом одномастника за ногу. Тот грохнулся на ковëр и выронил пульт. Ромео времени зря не терял и тут же побежал подбирать бесценный трофей. Пик первые пару секунд, видимо, пытался решить, на кого из них с Вару заорать первым делом. Так и не решил. Вместо ора начал отпихивать от себя пятого. И в конце концов смог. Когда окрылённый Ромео торжествующе поднял над головой заполученный пульт, выяснилось, что пиковый король уже на него несëтся, и триумф на лице розового сменился ужасом. -Габрюша, лови!!! - ни с того ни с чего заверещал червовый, кидая через всю гостиную злосчастный предмет дистанционного управления. Габриэль, все это время молча сидевший в углу рядом со шторой, послушно вытянул руки и схватил. Ему же русским языком сказали - ловить. Он и поймал. Пик уже было ринулся к бубновому, но тут на него опять с боевым воплем наскочил Вару. Мимо дерущихся на полу пиковых в сторону Габриэля побежал Ромео, но пятый и его умудрился снизу за ногу схватить. Спустя секунду на ковре, отчаянно мутузя друг друга, валялись уже все трое. Вскоре Пик опять одержал временную победу. Он отцепил от себя собратьев, кое-как поднялся и прорычал: -Габриэль, кидай мне пульт!!! Габриэль кинул. Как ему и сказали. Пик поймал пульт и прижал к груди, как наидражайшего родственника. Словно знал, что сейчас снова начнут отнимать. -ТЫ МЕНЯ ВООБЩЕ СЛУШАЕШЬ?!! Я С ТОБОЙ РАЗГОВАРИВАЮ!!! - встряхнул его за плечи подошедший со спины Феликс. А Пик уже на автомате развернулся и с ходу наподдал блондину кулаком. Повисла тишина. Восьмой сам от себя в шоке пребывал - он-то наверяка на адреналине решил, что это Вару к нему опять драться лезет (пятый, кстати, на самом деле до сих пор по ковру с Ромео в обнимку катался). Короче говоря, Феликса бить никто не собирался. Видимо, именно таким объяснением Пик перед четвëртым и попытался бы оправдаться в следующую секунду. Но не успел: ему тут же прилетела сдача от взбесившегося добряка, который, будем честны, в тайне от самого себя уже последние минут пять жаждал кому-нибудь втащить. -Ого! И хлеб, и зрелище! - с ленивым удовольствием в голосе прокомментировал непонятно откуда появившийся в гостиной Данте. Бубновый король с ногами забрался на кресло и принялся как ни в чëм не бывало уплетать лапшу быстрого приготовления из коробочки, параллельно наблюдая за начавшейся дракой. Габриэль никогда не понимал, как так можно - смотреть на то, как твои собратья избивают друг друга как бойцы на ринге и при этом что-нибудь есть. Самого бубнового валета, наверное, стошнило бы на его месте. А между тем драка перерастала в настоящее побоище. Феликс, Пик, Ромео и Вару царапались, лупили, кусались и пинались (тут уж кому какие приëмы применять удобнее) так, словно на полном серьёзе хотели друг друга убить. Причëм один из них делал это потому, что пытался данным способом навязать им взаимоуважение, а три других - из-за пульта. Из-за обычного пульта от телевизора. Кажется, вбежали трефовые. Зонтик, как обычно, что-то перепуганно залепетал, а раздражëнный Куромаку начал разглагольствовать на свою любимую тему: "прекратите этот антинаучный балаган". Будто и один, и второй могли данным образом как-либо помочь делу. Шума стало больше. Крики, вопли, стоны, угрозы, замечания, рычание и всхлипывание смешались в единый ком оглашающего звука. Части тел клонов разноцветными пятнами мелькали в пространстве гостиной, и от этого в глазах рябило сильнее, чем при просмотре каждого из любимых мультиков Вару. Габриэль заткнул уши и уставился в однотонный неподвижный пол. Ничего, ничего, они рано или поздно остановятся... Такие происшествия случаются регулярно, тут привыкать не приходится. К тому же, раз все семеро считают, что так надо, значит, всë происходящее действительно несëт в себе определëнную пользу. Какое им должно быть дело до того, что там ему, чудику, не нравится? Да всë бы ему нравилось, будь он, как они, нормальным. Так что сам виноват. Габриэлю кажется, что он слышит любой из доносящихся до него звуков с увеличенной в несколько раз громкостью. Он различает каждый из них по отдельности: вот Данте жуëт свою лапшу, и слышно, как третий клон раз за разом смыкает и размыкает челюсти. Вот пальца Пика согнули и сломали чей-то нос. Первый клон слышит хруст каждого хрящя, последовавший за этим. А после раздаëтся истошный крик Вару, который настолько оглушает Габриэля, что его уши закладывает. Он готов на всë, чтобы подняться и просто уйти куда-нибудь отсюда, но что-то словно пригвоздило его к несчастному углу комнаты. Он не может пошевелиться. В груди снова вибрирует с бешеной скоростью. Пространство перед глазами темнеет и кружится. В нëм по-прежнему видны чьи-то разноцветные очертания, набрасывающиеся друг на друга с устрашающим рëвом вновь и вновь. Габриэль уже не понимает, что из этих мельтешащих пятен есть что. Не может даже различить неодушевлённый предмет от кого-нибудь из клонов. Шум продолжает оглушать. Первому плохо, он задыхается, он не понимает, где находится. Но это ничего, для чудика такое состояние не является чем-то невероятным. "Это нормально... Это нормально... Это нормально... ЭТО НОРМАЛЬНО... " К ногам Габриэля (хотя он уже не уверен, что это в самом деле они) вдруг плюхается какое-то бесформенное пятно. Оно постоянно меняет цвет и извивается, как бешеная бактерия. Из кучи двигающихся линий и фигур в его сторону вытягивается чья-то кривая длинная когтистая лапа. В шуме едва различается рычание: -ГАБРИЭЛЬ, ПОДАЙ ПУЛЬТ!.. Габриэль опускает голову и пристально вглядывается в извивающееся пятно. Что ж, раз эта мерзость так им нужна, пусть сами подбирают, но без его вмешательства! Валет резко хватает вибрирующее тело,  сжимает его влажными пальцами (странно, наощупь оно твëрдое и ничуть не скользкое, хотя выглядит как оживший кусок слайма) и со всей силы отбрасывает от себя в какую-то сторону. Раздаëтся оглушительный грохот, и бубновый, мгновенно съëживаясь, сжимает гудящую голову руками. Далее ужасный шум по какой-то причине постепенно сходит на нет. Габриэль даже различает сквозь него звук собственного дыхания. Ему становится ясно, что весь бешеный рëв, видимо, все это время воспроизводило его чуднóе воображение. А что до реальных криков, разговоров и замечаний, то... "Они заткнулись." "Вернее, они посчитали нужным остановить этот шум." - тут же автоматически поправляет сам себя разум бубнового валета. Он открывает глаза и видит перед собой лишь тëмно-коричневый фон своих брюк. В ушах - абсолютная тишина. Первый сидит в таком положении где-то минуту, наслаждаясь и успокаиваясь. -Ты... ты что сделал, гадëныш?!. - неожиданно прервал всеобщее молчание севший голос Вару. Интересно, к кому пятый обратился с этой репликой? Габриэль поднял голову и оглядел гостиную. Клоны молча стояли вокруг дивана. Феликс и Пик уже были разукрашены многочисленными фингалами и синяками. У Вару вся часть лица под носом (который теперь заметно покраснел и распух) оказалась забрызганной чем-то тëмно-алым. Ромео, как ему это было свойственно от природы, умудрился выйти практически без каких-либо особо заметных увечий из заварушки, которую сам же и начал. На кресле все ещё восседал Данте, держа в руках пустую коробку из-под лапши. Всех вышеперечисленных объединяло следующее: они как один таращились на бубнового валета, будто видели его в первый раз. Только Куромаку, в которого вцепился хныкающий Зонтик, изумленно глядел в какую-то точку на полу. Габриэль проследил за его взглядом и заметил слева от себя валяющийся на полу пульт. Крышка батарейного отсека несчастного устройства отлетела, а содержимое из-под неё раскатилось по всему полу. -Ребят, из него, кажется, выпало что-то. - обратился к клонам Пик, подходя к куче разбросанных запчастей. -Только ничего не трогай. - цокнул губами серый кардинал, следуя за собратом. Наклоняясь над пультом и осматривая его, второй прокомментировал: - Превосходно. Пока я вижу как минимум трещину на корпусе. -Габриэль, ты какого чëрта натворил?! - принялся докапываться до бубнового и Феликс, потряхивая валета за плечи. - Зачем пульт об стенку кинул?.. -Так, это вот сюда, это левее...сейчас...не вставляется... А, вот, кажется... - бормотал Куро, присоединяя детальки обратно к пульту и периодически отстраняя тянущиеся к устройству руки Пика. Все остальные клоны уже встали вокруг второго и нависли над ним, пытаясь разглядеть, что тот делает. -Теперь, вроде, всë на месте. - наконец произнëс серый кардинал, поднимаясь. Он направил пульт на телевизор и нажал какую-то кнопку. Канал переключился, и за этим последовало шесть облегчëнно-радостных возгласов. Однако счастье клонов было недолгим. На третий раз проверка исправности оказалась провальной - канал остался тот же. Кнопка выключения так же не делала своë дело. Габриэлю казалось, что с каждым безрезультатным нажатием изначально в принципе отсутствующих морщин на лбу Куромаку появлялось все больше и больше. -Вероятно, поломка кварцевого резонатора... - бубнил он себе под нос, похоже, постепенно отчаиваясь. -А если на русском?.. - неуверенно подал голос Вару. И мгновенно получил подзатыльник от стоящего позади Феликса. -Ясно. Пульту хана. И нам, по ходу, тоже. - подытожил пиковый король, отходя в сторону от затаивших дыхание собратьев. -Куромашечка, ну хоть попробуй, что ли... Ты же умный, ты наверняка догадываешься, что в таком случае нужно сделать... - плачущим голосом пролепетал Ромео. -Спешу тебя разочаровать. Насколько бы я ни был признателен за данный комплемент об уровне моего интеллекта, боюсь, я специалист лишь в сферах, даже близко не относящихся к технологиям удалëнного управления. - получил он убивающий наповал ответ. Пик обхватил голову руками и прорычал себе под нос, плюхаясь на диван: -ЧËРТ, ГАБРИЭЛЬ, ЧТОБ ТЕБЯ НЕЛËГКАЯ..! -Да чего вы все на него набросились? - с блаженной улыбкой произнëс Данте. - Ребëнок при взрослых виноватым не бывает. Вы сами за ситуацией не уследили. А это - Габриэль. Что с него взять? Никто не нашëл слов или аргументов, чтобы с ним поспорить. Аксиома - вещь весомая. Лишь Вару пробормотал скорее про себя, чем обращаясь к кому-либо: -Ну с него-то ничего, как же... Вот только с нас Фëдор ТАКОГО возьмëт, когда вернëтся... -Пойдëм, может, я тебе нос обработаю? - робко вставил Зонтик. - Потом ещё, наверное, в больницу с ним надо будет сходить. Ты, кажется, его сломал... Он даже не решился вслух проконстатировать тот факт, что это Пик самолично сломал одномастнику нос. Побоялся как-либо задеть восьмого. Габриэль испытывал непонятную досаду по отношению к себе (слова "злость" он тоже пока не знал). И тем не менее никакими вопросами по поводу произошедшего не задался: объяснение Данте его вполне устроило. Бубновый валет просто странный. Взял и пульт о стену разломал. Без причин, просто так. Ну, чëрт его какой-то попутал - он и сломал. И всë же сейчас первый готов был каким-то образом выйти из собственного тела и побить самого себя. Старшие семеро ни в чëм не виноваты. А из-за него они теперь пострадают. Габриэль молча поднялся на ноги и вышел из гостиной. Вару, проводив его взглядом, подсел к телевизору и принялся нажимать кнопки под экраном. Заработал. -О! Не так уж всë и плохо. Танцуем! - прокомментировал пятый. На его слова никто не отреагировал. Только Зонтик боязливо подсел к собрату с ватой, мокрым полотенцем и бинтом.