Глава 17: Опасно

Сакумо и его команда разделились, как только они передали свои свитки разведывательному отделу Конохи по прибытии в Коноху. Тецу и Абуме ушли, чтобы передать свой отчет о миссии Хокаге, а Сакумо уехал в больницу. Ниндзя-медик как раз закончил перевязывать рану Сакумо, когда вошел Хокаге. «Хокаге-сама». Седовласый мужчина начал приветственно подниматься, когда старик поднял руку. "Нет нужды." Сарутоби кивнул, отпустив медсестер, прежде чем снова повернуться к своему джонину. "Сакумо, я слышал, что ты наткнулся на неожиданную помощь в своей миссии", сказал Хокаге прямо в точку. Когда Белый Клык наклонил голову, Хокаге продолжил. «Я получил отчет от ваших товарищей по команде, но они посоветовали мне поговорить с вами об этом человеке. Вы больше всего контактировали с ним?» - Верно, Хокаге-сама. Сакумо сжал кулак при воспоминании о неизвестном ниндзя, стоящем перед ним, пытаясь вести себя невинно, несмотря на то, что преследовал их на протяжении всей их миссии. Не было никаких колебаний, когда Сакумо высказал все, что мог, о шиноби, которые слишком сильно пахли Какаши, чтобы Сакумо просто проигнорировал. "Я понимаю." Хокаге ответил, когда Сакумо закончил выкладывать все. Что именно увидел Хокаге, Сакумо не знал. Все, что у него было, это его собственные подозрения, и ни одно из них не звучало лучше, чем следующее. «Первое, что я подумал, это то, что он хотел, чтобы я думал, что он Какаши, — начал Сакумо, озвучивая свои мысли, — но это было смешно. Какаши пять лет, и ему было явно около двадцати пяти лет. в любом случае, не было абсолютно никакой причины, по которой Какаши следовал бы за мной на задании. «Тогда я подумал, что, возможно, он был Хатаке, — продолжил Сакумо, — или, по крайней мере, пытался выдать себя за Хатаке». Что бы не сработало, учитывая, что Сакумо был уверен, что он и его сын были единственными оставшимися членами клана Хатаке. Не говоря уже о том, что у неизвестного ниндзя были волосы цвета воронова крыла, в отличие от характерного серебристого цвета волос Хатаке. «Обе идеи звучали до смешного нелепо». Сакумо очень сомневался, что какой-либо вражеский ниндзя попытается использовать эту явно бесполезную тактику. — Да, — задумчиво согласился Хокаге, — тогда это приводит нас к третьему выводу — это была угроза. Ниндзя в шарфе хотел, чтобы вы заметили, что он приблизился к Какаши. Сакумо нервно закусил губу. — Да, я думал об этом. В голосе Сакумо постепенно нарастала паника. "Но как? Когда?!" — Боюсь, я не знаю, — ответил Хокаге. Старик произносил каждое слово спокойно и ровно, несомненно, пытаясь своим тоном успокоить безумные мысли Сакумо. Но Сакумо проигнорировал утешительную силу Хокаге, которую пытался передать. Мысль о неизвестном ниндзя, крадущемся в их деревне, который подобрался к Какаши достаточно близко, чтобы запах Какаши оставался на его одежде, слишком сильно пугала Сакумо. Сакумо никому не позволит использовать своего маленького мальчика в качестве приманки. Икс Когда в тот день Сакумо помчался обратно в комплекс после того, как выразил свои опасения Хокаге, этот человек сразу же разыскал Какаши. В тот момент, когда Сакумо увидел своего маленького мальчика, сидящего на крыше их комплекса, Сакумо схватил его, перевернув в поисках травм. Кто знал, что этот проклятый неизвестный шиноби снова подошел к Какаши, когда тот заканчивал свою миссию? Какаши, как и любой пятилетний ребенок, попытался вырваться из хватки мужчины. "В чем дело?" Какаши плакал, когда его отец грубо обращался с ним. С сыном на руках Белый Клык спрыгнул с крыши, опустив их двоих обратно на твердую землю. Он еще раз посмотрел на Какаши, сильные руки обняли мальчика, чтобы удержать его на месте. Сакумо зарылся лицом в волосы сына, пытаясь уловить запах чего-нибудь постороннего. " Что ?" Какаши снова напрягся, пытаясь увернуться. — Какаши, — начал Сакумо с большим страхом, чем хотел, — ты не видел кого-нибудь подозрительного, слоняющегося поблизости? Мальчик в маске остановился на месте, склонив голову. "Почему?" — спросил он слишком любопытно, по мнению Сакумо. Что - то было в его голосе, когда Какаши сказал это, но Сакумо не мог понять, как это называется. Неужели этот проклятый шиноби осмелился приблизиться к Какаши? Сакумо встал, чувствуя, как его спина напряглась от этой мысли. Пожилому мужчине понадобилось две попытки, чтобы разжать зубы от натянутой гримасы, в которой он их сдерживал. — Когда это было? — спросил мужчина, не в силах сдержать злобное шипение, сопровождавшее его слова. Из своего переполненного гневом разума Сакумо мог различить внезапную дрожь в своем мальчике. Старший Хатаке резко сделал глубокий вдох, заставив дыхание выровняться, и на его лице снова появилось полуспокойное выражение. — Извини, — снова начал Сакумо, держа мягкую руку на плече Какаши, чувствуя в них тугое напряжение. «Я не хотел показаться сердитым на тебя. Это не так», — успокоил Сакумо. — Просто если этот человек связался с тобой в любой форме… Он опасен, — прорычал Сакумо. Какаши моргнул на секунду, прежде чем посмотреть на него с настороженностью. — «Этот человек»? «Опасный»? "Да." Сакумо кивнул, прежде чем сообразил, что не смог описать этого человека Какаши в безумном настроении, в котором тот находился. «Он примерно на дюйм ниже меня. Гибкое телосложение. Бледная кожа. Темно-черные волосы. одежда шиноби с ярко-красным шарфом, обернутым вокруг его нижней части лица. Возможно, ему около двадцати пяти лет». Что-то, что Сакумо мог описать только как «надежду» (но он очень надеялся, что неправильно это понял), казалось, ускользнуло из пристальных глаз Какаши. — Ах, он. — Где ты его видел? Старший Хатаке настаивал, сильно надеясь, что это совсем не то, чего он боялся. Его сын помолчал секунду, прежде чем лениво пожать плечами. «Он стоял у деревенских ворот, когда я прощался с вашей командой», — вежливо сказал он. Сакумо захотелось рассмеяться, внезапно осознав, что он, возможно, немного преувеличил, если весь контакт Какаши с ним был просто наблюдением издалека. Но подождите, как это объясняет запах Какаши, оставшийся на мужчине? Должно быть, он подошел к своему сыну. — Он тебе что-нибудь сказал? Сакумо смотрел, почти желая закричать на сына: « Поторопись и выплюнь уже это!» — не пугая его, когда мальчик небрежно потянулся. Не помогло и то, что Какаши проигнорировал его вопрос. "Что он делал?" — вместо этого спросил он. - Это не важно, Какаши. — Что он такого сделал, что ты считаешь его таким опасным? Какаши настаивал. Сакумо снова хотел отмахнуться, но в глазах его сына была безмолвная мольба, почти заглушающая серо-голубые тона мальчика, которую Сакумо не мог игнорировать. «Он преследовал мою команду на протяжении всей нашей миссии. Он может быть врагом», — предположил мужчина. — Значит, он напал на тебя? "… нет." — Тогда что он сделал? Сакумо не мог понять, почему Какаши так безжалостен ко всему этому. «Это не важно». — Если он не напал на тебя, значит, он спас тебя, — рассуждал Какаши, раздражённо растопырив пальцы перед собой. — Тогда почему ты так упорно настаиваешь на том, что он враг? «Потому что он … Насколько нам известно, у нас просто был общий враг. То, что он настаивал на том, что он союзник и что он не хотел причинить нам вреда, не означает, что это правда». — Может быть, он говорил правду, — настаивал Какаши, пытаясь скрыть свое разочарование от упрямства отца. — Что, если он был союзником? На лице Белого Клыка появилось хмурое выражение. «Нет. Если бы он думал об интересах Конохи, он бы пошел и стал зарегистрированным шиноби. У дружинников есть свои скрытые планы», — резко сказал Сакумо. Взгляд мужчины сфокусировался на лице Какаши, пытаясь прочитать, какие эмоции он мог вызвать у своего сына, потому что это звучало так, как будто Какаши стремился защитить этого человека, и Сакумо боялся, что это было из-за того, что неизвестный ниндзя уже контактировал с его драгоценным сыном — и кто знает, в чем ему удалось убедить Какаши? Какаши посмотрел мимо Сакумо, его глаза скользнули в сторону от лица его отца и застыли пристальным взглядом. — Я полагаю, — пробормотал мальчик, наконец смирившись с фактом. Неохотное соглашение беспокойно сжало сердце Сакумо. — Обещай мне, — внезапно сказал он, привлекая к себе внимание Какаши, — обещай мне, как только увидишь его снова — или кого-нибудь подозрительного — сразу же скажешь мне. Седовласый путешественник во времени услышал в голосе отца обеспокоенную панику при мысли о том, что Какаши мог быть причастен к этой «неизвестной угрозе», и он действительно не хотел больше его беспокоить. Мальчик в маске тихо кивнул. — Хорошо, — наконец ответил Какаши. «Я обещаю, что буду». А так как его двойник так беспокоил его отца, "Я уверен, что ты больше никогда не столкнешься с ним", - сказал Какаши с утешительной уверенностью. — Никогда не знаешь, — возразил Сакумо. — Я думаю, твоих упрямых подозрений в его отношении более чем достаточно, чтобы отогнать его, — прокомментировал Какаши со слабым, почти лишенным юмора смехом. — Хорошо, — твердо сказал Сакумо. Потому что, если этот проклятый самопровозглашенный ниндзя когда-нибудь приблизится к его сыну, ему придется заплатить ад.